ГПУ, СБУ и журналисты

4 октября 2018, 13:43
Цей матеріал також доступний українською

О том, как легко правоохранительные органы могут вмешаться в работу журналистов. Всех журналистов в принципе

Генеральный прокурор Юрий Луценко, выступая на форуме YES 15 сентября, объяснил, зачем ГПУ проверяет телефоны двух журналистов – Натальи Седлецкой, главного редактора программы Схемы: коррупция в деталях и мой. «Нам нужна дата вероятного преступления. Баланс между нуждами следствия и защитой прав журналиста, по-моему, найден. Это минимальное вмешательство в зону приватности людей и журналистов», – заявил генпрокурор.

Напомню, 27 августа Печерский райсуд разрешил ГПУ получить данные наших телефонов за 17 месяцев – с июля 2016-го по ноябрь 2017-го. Прокуратура утверждает, что это необходимо для расследования. Глава НАБУ Артем Сытник якобы разгласил информацию, содержащую государственную тайну и якобы сделал это off the record на встрече с журналистами. На одном из сайтов появилась аудиозапись разговора. ГПУ полагает, что на этой встрече присутствовали и мы с Седлецкой.

Сейчас Генпрокуратура не имеет права проверять наши телефоны. Европейский суд по правам человека применил правило 39, отреагировав в срочном порядке на жалобу Натальи Седлецкой и запретив украинским правоохранительным органам собирать информацию с телефона журналиста до 18 октября. Кроме того, 26 сентября Апелляционный суд Киева отреагировал и на мою жалобу, признав незаконным постановление Печерского суда. На данный момент дело вернули на рассмотрение в тот же Печерский суд.

Каким же образом ГПУ пришла к выводу, что именно я присутствовала на какой-то встрече?

В ходе апелляции адвокаты ознакомились с материалами дела. Вмешательство правоохранительных органов в жизнь журналиста очень сложно назвать «минимальным» и вряд ли его можно объяснить попыткой установить дату одного события. Публикую здесь лишь некоторые документы.

СБУ

Меня не покидает вопрос, каким же образом ГПУ пришла к выводу, что именно я присутствовала на какой-то встрече. Вот что мы нашли в материалах дела. 22 ноября 2017-го Генеральная прокуратура направила поручение первому замглавы СБУ, начальнику Главного управления по борьбе с коррупцией и оргпреступностью, Павлу Демчине на проведение следственных действий. Демчина – фигурант расследований НАБУ. Антикоррупционное бюро подозревает его в незаконном обогащении.

ГПУ попросила Демчину поручить оперативным подразделениям СБУ установить всех участников встречи, а именно: 1) ФИО, 2) регистрационный номер учетной карточки налогоплательщика, 3) серию и номер паспорта гражданина Украины, 4) адрес проживания, 5) место работы, 6) стационарные и мобильные средства связи, 6) другие контактные данные.

4 декабря СБУ прислала ответ в ГПУ, в котором сообщает, что среди прочих, вероятно (!), участниками встречи была я и журналист-расследователь Наталья Седлецкая. А теперь у меня возникает вопрос, какие следственные действия проводила СБУ по отношению ко мне и моей коллеге? Каким образом они установили, что это были именно мы? Нас прослушивали, за нами следили? Зачем ГПУ для установления истины по делу нужны адреса проживания журналистов и другие контактные данные? Скольких еще журналистов проверила СБУ и каким образом, прежде чем установить, что это были, возможно, мы? Проводили ли экспертизы наших голосов? Мой голос не слишком узнаваем. Какие именно действия совершила Служба безопасности, чтобы высказать это предположение?

При этом СБУ пишет, что голоса, вероятно (!), принадлежат конкретным журналистам. Точно этого они не установили. Четыре дня спустя на ответе СБУ появилась подпись «обеспечить допрос свидетелей», хотя СБУ так ничего окончательно и не подтвердила. Хотя в Уголовно-процессуальном кодексе четко указано, что журналист не может быть допрошен в качестве свидетеля о ведомостях, которые содержат конфиденциальную информацию профессионального характера, предоставленную при условии неразглашения источника информации. Но на допрос в декабре 2017-го я все же сходила.

Если же были еще какие-то люди, просто назвавшие спецслужбе по какой-то причине наши фамилии, то тем более, не было никакой необходимости проверять телефоны журналистов за 17 месяцев, а просто спросить у свидетелей о дате встречи.

1,5 ГОДА

Все публичные комментарии ГПУ по поводу необходимости проверки телефонов журналистов за 17 месяцев сводятся к тому, что им просто нужно узнать дату встречи, а не получить информацию обо всех источниках журналистов и их перемещении, и что следствие не имеет ни малейшего понятия, когда она состоялась.

Но в ходатайстве ГПУ следственному судье Печерского райсуда, старший следователь по особо важным делам Руслан Ижук пишет, что следствием установлено: «Директор Національного антикорупційного бюро України Ситник А.С., володіючи у повному обсязі інформацією щодо стану та результатів досудового розслідування кримінальних проваджень у підпорядкованому йому правоохоронному органі, влітку 2017 року надав журналістам неофіційне інтерв’ю, в ході якого повідомив обставини та подробиці досудового розслідування у ряді резонансних кримінальних проваджень, які ганблять людину, принижують її честь і гідність».

Я правильно понимаю, что следствие точно знает, что встреча произошла летом 2017 года? Зачем тогда ГПУ пытается получить доступ к телефонам журналистам почти за год до этого? Про лето 2017-го пишет и народный депутат Елена Масорина в своем обращении к Юрию Луценко. Это тоже есть в материалах дела.

СУД

Печерский суд рассматривал материалы дела 27-го августа. Из журнала судебного заседания следует, что это судебное заседание продолжалось всего пять минут. За это время суд успел перейти к судебному рассмотрению, изучить материалы дела, удалиться в совещательную комнату, вернуться, озвучить постановление и разъяснить его содержание. И все это за пять минут.

Из материалов дела мы с адвокатами узнали, что следствие точно не установило, что именно я присутствовала на какой-либо встрече. Тем временем СБУ совершала какие-то следственные действия по отношению к журналистам, какие именно неизвестно, искала их адрес проживания и контакты. ГПУ же пишет судье, что встреча прошла летом 2017-го, но при этом просит все телефонные данные за 1,5 года, а суд с фантастической скоростью в пять минут открывает доступ правоохранительным органам ко всей телефонной информации журналистов за 1,5 года. И это называется минимальное вмешательство?

Мы до сих пор не знаем, получила ли ГПУ информацию из наших телефонов по решению суда, это невозможно проверить, нужно лишь верить на слово, но теперь еще предстоит выяснить, какую именно информацию по нам собирала СБУ и каким образом?

Редакция Нового времени отправила запросы и в СБУ, и в ГПУ со всеми этими вопросами. На момент публикации блога, пришел ответ из ГПУ.

В ответе на запрос Генпрокуратура разъясняет мои права, как свидетеля и пишет, что оснований для предоставления свидетелю в этом уголовном производстве информации о проведении следственных (розыскных) действий нет.

Это дело продемонстрировало, как легко правоохранительные органы могут влезть в работу журналистов, поставить под угрозу работу со всеми источниками. И не только двух человек, а всех журналистов в принципе. Из материалов дела видно, что ГПУ не пыталась установить истину еще каким-то образом, кроме копания в наших телефонах.

Именно поэтому мы продолжаем собирать каждую бумажку по этому делу, оспорили решение Печерского суда, будем мониторить, каким путем пойдет Печерский суд дальше, ведь туда снова вернули дело, если нужно обратимся в Европейский суд по правам человека.

Этот случай не должен стать практикой. И, возможно, пришла пора Генпрокуратуре просто извиниться перед всеми украинскими журналистами.

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу Мнения Нового Времени

Журнал НВ (№ 21)

Парламентские списки

Благодаря двум новым политсилам парламент ждет беспрецедентное в истории Украины обновление

Читать журнал

Стань автором

Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу:

nv-opinion@nv.ua

Выбор редакции

Футбол

Сегодня, 01:05

img
Таким должно быть будущее. Реакция соцсетей на победу молодежной сборной Украины на чемпионате мира
Политика

Сегодня, 07:03

img
Филарет не знал содержания томоса, а NASA не должно говорить о полетах на Луну. Топ-5 цитат недели
Lifestyle

Вчера, 09:45

img
Сейчас нет цели накачать мышечную массу. Как тренируется и питается Зеленский — эксклюзив НВ