Разговор на равных

21 комментировать
Cилой и принуждением полюбить язык не заставишь

Cилой и принуждением полюбить язык не заставишь

Полюбить язык не заставишь. Сначала возникает потребность в нем, а затем — все остальное. Поэтому не стоит превращать языковую проблему в Украине во второй фронт

Двуязычие в Украине сложилось исторически. И за годы независимости в повседневной практике практически ничего не изменилось. По данным Института социологии НАН Украины, в 1992‑м на украинском языке в семье общались 37 %, на русском — 29 %, на обоих языках — 32 %, в 2016‑м — 42 %, 32 % и 25 % соответственно. Но вот в отношении к статусу русского языка перемены произошли существенные. В 1996‑м впервые был поставлен вопрос: “Поддерживаете ли вы предоставление русскому языку в Украине статуса официального?”, и тогда 51 % опрошенных ответили позитивно, 33 % — негативно.

Процент тех, кто одобрял эту идею, снижался постепенно. Примерный паритет наступил еще в 2010–2012‑х. После известных событий 2014 года ситуация резко изменилась. В 2016‑м уже 50 % населения выступают против, и лишь 30 % — до сих пор за. Естественно, против украиноязычное население (83 %), но и среди русскоязычного нет единодушия: да, относительное большинство (59 %) хотели бы официальный статус для русского, но 26 % — против, еще 14 % не определились.

Если посмотреть на регионы, то этот вопрос все еще раскалывает Украину. Запад однозначно против, центр — тоже, юг (даже без Крыма) делится в пропорции 41 % к 39 %, восток (без Донбасса) большей частью за, Донбасс — абсолютно за. Но если посмотреть даже на Донбасс, то поддержка русского языка все‑таки снизилась: в 2013 году это были 73 %, а сейчас — 66 %.

Что касается продвижения украинского языка, то я считаю, что силой и принуждением полюбить язык не заставишь. Развивать любовь нужно позитивными методами: издавать интересную литературу, показывать хорошее кино, создавать театральные клубы.

На собственном опыте могу сказать, что люди будут изучать украинский язык, когда им это станет нужно

Следует проводить четкое различие: государственный язык — украинский, и все государственные дела должны вестись на украинском. Тут двух точек зрения быть не может.

Другое дело — в быту. Здесь хотелось бы обойтись без перегибов, так как это может озлобить людей против украинского языка. Помню, как в начале 1990‑х в обществе украинского языка Просвіта активно выступали против всего русского. Я тогда сказала им: “Направьте свою энергию в школы, не трогайте взрослых”. Их глава ответил: “Вы что, хотите, чтобы эта проблема растянулась на десять лет?” С тех пор прошло 25. Думаю, если бы они занялись школьниками, ситуация была бы другой.

Так и сегодня. Не нужно карательных методов, если речь не идет о государственном уровне. Упаси боже бросаться монетами в кассиров — это вызывает лишь ответную реакцию.

Основываясь на собственном опыте, могу сказать, что люди будут изучать украинский язык, когда им это станет нужно. Я сама выросла в русскоязычной семье, жила в русскоязычном окружении, училась в русской киевской школе. В старших классах, мечтая, как и многие девочки, об актерском будущем, поступила в театральную студию Театра детского и юношеского творчества при Дворце пионеров. Солидный театр, с 30‑летней традицией — и при этом украиноязычный. В русскоязычных школах украинский преподавали со второго класса, у меня была заслуженная пятерка, но я чувствовала, что этого недостаточно, чтобы свободно актерствовать на украинском языке.

И поступила просто: начала читать вслух Кобзаря, книги Нечуй-Левицкого и прочих украинских авторов. Я лицедействовала. До сих пор помню восторг, с которым изображала царицу, которая “мов та чапля між птахами скаче, бадьориться”. И все. Я полюбила мову. Но началось все с того, что мне это стало нужно.

Даже в советское время украинский язык мне очень помог. Я могла покупать и читать книги на украинском, выписать журнал Иностранная литература удавалось лишь большому начальству, а вот Всесвіт — без проблем. После университета работала редактором Філософської думки — кстати, единственный в Украине философский журнал выходил тогда только на украинском.

Я это к чему? Сначала возникает потребность в языке, а потом уже все остальное. И стимулировать нужно эту потребность, понимание нужности, если хотите, прагматической необходимости знать украинский язык. Это важный жизненный капитал.

К нам в Демократические инициативы раньше постоянно приезжали на практику студенты из Донецка, и все они говорили по‑украински, потому что понимали: язык им пригодится. Они даже просили нас разговаривать по‑украински, чтобы больше практиковаться.

Работают поощрения, интерес и необходимость. Силовые методы дадут только обратный эффект. Если швыряться металлическими предметами в русскоязычных украинцев, обзывать их разными словами, естественной реакцией станет ненависть. Не надо превращать вопрос языка во второй фронт. И давайте не забывать, что треть нашей страны — русскоязычная.

Колонка опубликована в журнале Новое Время за 27 января 2017 года. Републикация полной версии текста запрещена


Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

опрос

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.