Ранения и заболевания, приобретенные в российском плену, теперь приравниваются к боевым — Шмыгаль
Провел в плену 9 лет. В Украину вернулся гражданский заложник Богдан Ковальчук, которого Россия похитила в 17-летнем возрасте
Плен не останавливает выплат. Какую помощь получают военнопленные и их семьи в августе — Объяснение юриста
На акции-напоминании о военнопленных освобожденный боец Азова сделал предложение своей возлюбленной — видео
Гибель Виктории Рощиной в плену РФ: пытки журналистки организовал начальник СИЗО Таганрога, ему сообщили о подозрении
Зеленский наградил погибшую в плену РФ журналистку Викторию Рощину орденом Свободы посмертно
«Желаю, чтобы никто не попробовал эту „диету“». Морской пехотинец ответил реперке Азилии Бэнкс, которая высмеяла его вид после плена
«Все было завалено кроватями, телами, и огонь повсюду». Интервью с азовцем Александром Веренготовим, который выжил во время теракта в Еленовке
Украина и РФ договорились работать над обменом военных, которые более трех лет в плену
В России умер самый старший гражданский пленный из Энергодара Александр Марков
«Нагло спрашиваю: жить хочешь?» Боец 10-й ОШБр голыми руками взял в плен вооруженного оккупанта — защитник рассказал, как это было
Успел повоевать три дня. Пленный оккупант рассказал, что сейчас творится в войсках РФ, и обратился к россиянам
«Клинически тяжелый случай». Подолог рассказала о лечении ран на ногах защитника, который три года пробыл в плену РФ
Сбрасывали с дрона воду и еду: украинские десантники взяли в плен российского офицера — видео
«Почему он из Москвы не забирает». Пленный бурят пожаловался на Путина и рассказал, сколько дней живут российские штурмовики
«Я не стала такой, как они». Активистка Людмила Гусейнова — об опыте плена, тюрьме Изоляция и работе с пострадавшими от насилия
Суд продлил арест военному, которого подозревают в жестоком обращении с украинцами в плену
Военные ВСУ, Нацгвардии и Госпогранслужбы. Из российского плена вернулись украинские защитники
Первый в Украине. Во Львове открыли Центр помощи людям, которые пережили плен и пытки
«С момента его плена я не ем конфет». Три щемящие истории украинок, которые ждут своих братьев и мужей-военных из российской неволи