Репутация вместо денег. Почему покупка культовых часов Rolex в бутиках стала настоящим квестом
Белковый голод. Как рост цен на спортивное питание спровоцировал бум альтернативных белков
Авиаколлапс и падение прибыли на 30%. Как геополитический кризис ударил по отелям Ближнего Востока
Миллиардные потоки в обход санкций. Как лазейки в ОАЭ позволяют легализовать «конфликтное золото»
1 триллион долларов на субсидии. ПРООН предупредила о пике мирового топливного кризиса
Цена войны. Кремль запланировал три года рекордных военных расходов и скрывает бедность и потери армии
Опасаются утечки технологий. Власти Китая ограничивают выезд из страны специалистам по ИИ и их семьям — Bloomberg
Ловушка на 5 долларов. Почему H&M годами теряет миллионы на продаже подержанной одежды
Вместо хлама и мебели. Как украшения на $750 млрд стали единственным наследством, которое нужно молодежи
Дома за $7600 в масштабе 1:12. Почему мир сходит с ума по миниатюрам и как это стало терапией в Украине
Алгоритмы красоты. Как искусственный интеллект превращает внешность в рынок объемом 90 миллиардов долларов
Антипластиковый бунт. Почему мир массово отказывается от полиэстера и как экотренд меняет рынок одежды
Шопинг по-бедному. Почему Rolex и Patek Philippe стали покупать в мире значительно реже
Стэнфорд против алгоритмов. Как искусственный интеллект меняет бизнес-образование
«Технологии попадут к Китаю». Администрацию Трампа критикуют в Конгрессе за план продать Саудовской Аравии десятки F-35 на $24 млрд
Мерц заявил, что завязавшаяся после Второй мировой дружба Европы и США «закончилась»
Форс-мажор на фабриках. Как война на Ближнем Востоке и климат делают мировой гардероб дороже
Топливный шок. Как удары по российским НПЗ подняли цены на дизель в США и Украине
«Уязвимость российской энергетики». Атаки Украины по газовым заводам РФ в Арктике могут ударить по мировому топливному рынку — Bloomberg
Пришлось ужинать с Дмитриевым. Путин заставил Виткоффа и Кушнера ждать несколько часов перед встречей в Кремле — Bloomberg