"Подход к музыке как к бизнесу себя изживает". Лидеры группы MARU о честности в шоу-бизнесе и музыкальном космополитизме

комментировать
Денис Дудко и Ольга Лукачева
Фото: пресс-служба MARU

Денис Дудко и Ольга Лукачева

Около полутора лет назад басист группы Океан Ельзи и создатель джазового проекта Denys Dudko Sextet Денис Дудко и джазовая певица Ольга Лукачева объединились в дуэт под названием MARU.

Выпустив несколько собственных песен и клипов в дуэте, музыканты принимают решение о расширении состава. Так в начале этого лета к коллективу присоединились еще четверо не менее известных участников: барабанщик Александр Люлякин (Бумбокс, The Erised), клавишник Павел Литвиненко (Бумбокс), барабанщик Денис Глинин (Океан Ельзи) и гитарист Александр Зброцкий.

В новом составе группа уже успела выступить на киевском фестивале AtlasWeekend.

НВ STYLE встретился с лидерами MARU Денисом Дудко и Олей Лукачевой накануне их сольного концерта и поговорил о развитии украинского музыкального бизнеса, сложностях параллельной работы во многих проектах, "жанровой диете" и космополитичном отношении к музыке.

Полтора года назад появился дуэт Дениса Дудко и Ольги Лукачевой MARU. Буквально в начале лета коллектив разросся до шести человек. Как возникла идея создания первоначального дуэта "контрабас+вокал" и как сложилось, что сейчас на сцену выходит втрое больше музыкантов?

Денис: Идея дуэта пришла в голову нашему менеджеру и идейному вдохновителю Марине Сикоевой. Впервые в формате контрабас-вокал мы выступили в небольшом киевском клубе с программой из каверов на известные композиции: поп, рок, джаз, а слушателями были в основном наши друзья. Получилось очень неплохо, нам и самим понравилось. Через пару месяцев мы повторили этот опыт. Потом решили: зачем нам делать каверы, если можно писать свои песни и двигаться дальше в этом направлении. Мы записали первую песню ‒ With you, известный киевский клипмейкер Виктор Придувалов снял на нее видео. Позже появилась вторая композиция Sparks.

Спустя некоторое время нам захотелось большего. Мы понимали, что, включив новые инструменты, сможем расширить свои возможности, и решили стать секстетом. Причем сначала был квинтет, и в последний момент мы добавили еще одного барабанщика ‒ Дениса Глинина. Но мы с Олей остались фронтменами этой группы. Я пишу музыку, Оля ‒ lead singer (главный вокалист ‒ НВ).

Мне в какой-то момент захотелось, чтобы было больше барабанов, тарелок, трещоток, шейкеров, бубнов, тамбуринов. Захотелось чуть больше перкуссии, чем в стандартном составе. Остальные инструменты у нас обычные ‒ это клавишные и гитара.

 


Фото: пресс-служба MARU
Фото: пресс-служба MARU


У многих из участников MARU есть опыт работы в нескольких коллективах. Что, по вашему мнению, делает из группы цельный организм, а что способно отравить совместное творчество?

Оля: Бывает так, что у людей есть общая идея, но они не находят общий язык из-за разного видения каких-то решений. Это лотерея, чисто человеческий фактор. У нас собрались опытные музыканты, которые имеют за плечами большой концертный багаж, это помогает более конструктивно подходить к вопросу создания музыки. И тогда не теряется ни сама идея, ни ее воплощение. Все получается.

Денис: Чтобы узнать, можете ли вы играть вместе, нужно начать это делать, и через какое-то время все станет понятно. Иногда это бывает ясно на первой же репетиции.

Когда мы впервые собрались полноценной группой, я не был до конца уверен, что все вольются в то, что нам нужно. Ребята ведь пришли из разных жанров. Например, Паша Литвиненко ‒ изначально джазовый пианист (‒ Изначально классический, потом джазовый, ‒ добавляет Оля). У Саши Люлякина свой опыт. Но через какое-то время я с радостью понял, что все получается.

Оля: Вначале даже было интересно, насколько тот же Паша Литвиненко, будучи известным джазовым пианистом, причем очень крутым, правильным, хорошо знакомым с новыми мировыми джазовыми тенденциями, отнесется к подобного рода музыке, что он будет в ней делать, как будет себя чувствовать. Сложно было предсказать, насколько ему будет интересно играть эту музыку, ведь она не такая сложная технически или гармонически, она больше завязана на выверенных партиях, очень конкретных, где особо не поимпровизируешь.

В результате все сложилось, звезды совпали, несмотря на то, что все очень заняты, у всех плотный график ‒ и репетиционный, и концертный. У Сани Люлякина есть еще The Erised, у Паши Литвиненко ‒ Бумбокс, джазовая карьера, параллельно он создает сольную джазовую музыку.

У каждой из ваших творческих единиц множество видов деятельности. Как получается переключаться?

Денис: В моем случае это не всегда просто. Когда приезжаешь с концертами с ОЕ, а через два дня у меня концерт с джазовым секстетом, где музыка вообще другая, мне нужно хотя бы 1‒2 дня, чтобы как-то переключить этот тумблер. Ведь если я погружаюсь во что-то, то обычно с головой. Сейчас я с головой в MARU. У меня в ноябре будет выступление с джазовым секстетом на одном из фестивалей в Киеве, и я сейчас вообще об этом не думаю, я не представляю, как это будет. Но надеюсь, что у меня будет несколько дней, чтобы как-то настроиться.

MARU и джазовый секстет ‒ это разные чакры, разная музыка для меня. И мне на переключение нужно не много времени, но все-таки желательно, чтобы оно было. Нужно время, чтобы ты начал хотеть играть эту музыку. Когда я в MARU, я целенаправленно не думаю о джазе. Но я знаю, что когда будет приближаться дата джазового концерта, я буду стараться перестроиться, морально подготовиться к нему, чтобы выйти на сцену и не просто играть по нотам – ведь у нас джазовая программа готова, теоретически можно выйти на сцену, поставить все ноты, сыграть и уйти домой ‒ а очень важно этого еще и захотеть. Не поставить галочку, а сделать это с удовольствием.

Оля: Денису нужен этот процесс. За счет этого он более объективно подходит к музыке. Те люди, которые сидят в одном музыкальном жанре, узконаправленные, мыслят векторно. Это, с одной стороны, круто, но в нашей стране среди музыкантов я наблюдаю какой-то "упадок цивилизации". Когда люди заточены под один жанр, с ними иногда тяжело найти общий язык даже в плане обсуждения музыки. Причем с очень крутыми людьми, которых я очень уважаю.

Музыка ‒ это же вся музыка. Есть люди, которые тащатся от Стиви Уандера, от соул-исполнителей, R&B, фанка, джазовых исполнителей, всей музыки, которую придумали афроамериканцы. Но при этом, например, они брезгуют классикой вообще в любом виде. Мне это непонятно, для меня это загадка. И мне кажется, это пора менять.

 


Фото: пресс-служба MARU
Фото: пресс-служба MARU


Недавно в интервью известный украинский художник заявил нам, что после событий 13‒14 года волновался за будущее нашей культуры, музыки, арта, но когда увидел некоторых молодых исполнителей, понял, что будущее украинского искусства совсем не туманно. Вы согласны с этим утверждением? И, с другой стороны, какие сейчас условия для этих самих молодых исполнителей: у них больше возможностей или, наоборот, они ограничены из-за сложной ситуации в стране?

Денис: Больших успехов добиваться сложно всем и всегда, и до войны, и теперь. Сейчас бум новой музыки, отчасти связанный с тем, что к нам перестали ездить из России некоторые артисты и народ захотел больше разной музыки, больше искусства, творчества. Наверняка это такой способ настроиться на что-то хорошее, на какую-то хорошую эмоцию в то время, когда в стране идет война. А вот добиться крупного успеха очень сложно. Должна быть удача, стратегия, менеджмент. Нужно вкладывать также деньги, с кондачка мало шансов, что что-то получится.

И наверняка это движение происходит не специально, а на каком-то подсознании. Совсем не так, что в сложившейся ситуации все вдруг поняли: о, надо срочно занимать ниши! Нет. Подсознательно начали делать больше мероприятий, а люди стали больше на них ходить. У джазовых музыкантов сейчас столько концертов, сколько не было последние полтора года.

Оля: В целом это исторически так сложилось, когда случаются какие-то революционные события в стране, творческая элита начинает действовать активнее, потому что происходят информационные перемены, открываются какие-то новые ниши. Соответственно, появляется место для кого-то. Что касается успеха и самой дороги, пути становления, у всех знаменитых артистов это было через тернии к звездам. В любом случае всегда будет какая-то борьба, независимо от того, как живет в этот момент страна. Обычно спокойное, нулевое, экваторное состояние ‒ это отсутствие развития, по сути. И в такой стоячей воде тяжело создать какой-то всплеск, что-то выходящее за обычные рамки.

Каждый действует в какой-то своей сфере. У нас очень талантливый народ, художники сейчас делают прикольные штуки. Заходишь в мастерскую – а там шедевры. Так же и артисты, танцоры, певцы, ребята, которые занимаются какими-то фестивалями, выставками, те же стилисты, дизайнеры одежды. Все шуршат, все что-то делают. Все отдаются.

То есть сейчас скорее момент творчества для удовольствия, самовыражения?

Оля: Самоотдача. Самореализация. Это шаг вперед, к более честному отношению к себе, к миру, к этому взаимодействию. Подход к музыке как просто к бизнесу себя изживает. К власти приходят творцы.

Денис: Причем, несмотря на то, что экономическое положение сейчас сложное, гонорары у всех артистов стали намного ниже, чем были, денег в стране стало меньше, но при этом количество людей, которые ходят на концерты, почему-то увеличивается.

Пару месяцев назад под руководством Ольги множество отечественных музыкантов и групп собрались в рамках проекта VOLGA: FUNK. Как вам работалось с коллегами? Планируете ли вы снова провести что-нибудь в таком духе? И самое главное: как вам кажется, готов ли украинский зритель к экспериментам со стороны знакомых ему музыкантов? 

Оля: Что касается того, готов ли слушатель к экспериментам, то часто складывается так, что некоторое время слушателю нужно рассказывать и показывать то, что он будет потом слушать. В какой-то степени это было очередное знакомство с фанком, с настоящим фанком без каких-либо примесей.

Будет ли это еще или нет, я не знаю. На сегодня в планах этого нет, но было бы круто. При подготовке бывало очень весело: например, когда Женя Галич, который никак не мог доехать на репетиции, чтобы как-то сгладить ситуацию, решил выставиться.

Я довольна тем, что произошло. Я бы с удовольствием это повторяла раз в месяц: стабильно все должны собраться и потусоваться именно под фанк. Можно было бы сделать фанковый фестиваль. Это все вполне могло бы быть.

 


Фото: пресс-служба MARU
Фото: пресс-служба MARU


За кем из наших исполнителей вам интересно сейчас наблюдать?

Оля: Есть артисты, на концерты к которым всегда приятно прийти. Мы все любим ходить на ДахуБраху. Нам срывает крышу от их выступлений. Потому что они настоящие, на их концертах происходит обмен энергиями. Мы ходим к своим друзьям Бумбокс, я люблю ОЕ. Интересны молодые исполнители, хотя я специально за ними не слежу, информация поступает сама собой. Но пока они не удивили. У нас есть много ребят, которые кому-то подражают, проходят такой путь становления.

Денис: Onuka тоже интересная.

2 ноября прошлого года вы выпустили дебютный сингл. В этом году планируете порадовать первым альбомом. Как идет работа над ним и когда он появится в продаже?

Денис: Альбом на стадии сведения. Мы все записали, накопили. Сейчас сводим. Это займет у нас какое-то время. Надеюсь, в сентябре альбом выйдет. Мы хотим издать его как в цифровом варианте, так и на виниле.

Туда также войдут композиции, которые мы исполняли, будучи дуэтом, ‒ Sparks и With you.

Первые ваши песни записаны на английском, недавно на AtlasWeekend можно было услышать ваши песни на украинском. По вашему мнению, оправданно ли введение квот на музыку в стране и может ли это помочь молодым проектам? Какое соотношение песен будет в вашем дебютном альбоме?

Денис: Я не считаю, что квоты помогают, потому что у нас куча хорошей музыки на английском языке, так уж складывается.

Что касается нашего альбома, то у нас будет всего 12 песен в альбоме. Из них 6 на украинском, 6 на английском, 50 на 50. Так совпало.

Какие сцены вам ближе и лучше дают возможность передать эмоции своей музыки: большие фестивальные или маленькие камерные? Может ли группа MARU однажды выйти, допустим, на сцену Дворца спорта или Олимпийского?

Денис: Мы можем начинать с клубов. В клубе я точно вижу MARU. Я точно вижу MARU на каком-нибудь фестивале. У нас все песни сейчас очень разные. И однозначно сказать, что у нас стадионная или клубная программа, нельзя. Какие-то песни я осмелюсь назвать стадионными, а какие-то больше камерные. Но мне это нравится, я в этом ничего плохого не вижу.

 

Следите за самыми интересными новостями раздела НВ STYLE в   Facebook

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Еще на НВ style

Еще на НВ style

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: