8 декабря 2016, четверг

Теннисист, ненавидевший теннис: миф и суровая правда о жизни Андре Агасси

Андре Агасси остался одной из самых загадочных персон мира тенниса
Фото: atpworldtour

Андре Агасси остался одной из самых загадочных персон мира тенниса

Тяжелое детство – не повод отказаться от карьеры культового теннисиста. Доказано Андре Агасси. Поразительная история его жизни – в новом спецпроекте о суперзвездах мирового спорта, достигших вершин, несмотря на жизненные испытания, который представляют Sport Arena и Новое Время.

Обычно широкая общественность знакомится с человеком, который чего-то добился, непосредственно в момент его большого триумфа. Мало кто знает, откуда он, как прошли его юные годы и что определило взгляды на жизнь. Кажется, что Криштиану Роналду и Лионель Месси всегда получали Золотые мячи, ЛеБрон Джеймс с пеленок попадал в кольцо с закрытыми глазами, а Оле-Эйнар Бьорндален родился в снегах Холменколлена с лыжными палками в руках и винтовкой за спиной.

Но это все выдумки, приукрашенные СМИ. Медиа создавали облик незаурядного теннисиста Андре Агасси слишком долго. В начале карьеры американца представляли самоуверенным хиппи, которому плевать на вековые традиции тенниса, высмеивали его поражения и то, что он никак не мог выиграть турнир Большого Шлема. А когда Андре стал добывать большие победы, они критиковали его даже за это. "Майк Лупика из нью-йоркской газеты Daily News указал на 19 моих ошибок, посчитав, что я сделал их сознательно, чтобы затянуть матч против Джимми Коннорса. Будто я хотел доказать, что способен играть длинные поединки. Раньше они смешивали меня с грязью после поражений, а теперь доказывали, что я неправильно побеждаю", – пишет об одной из главных несправедливостей своей жизни Агасси в автобиографии.

Собственно, в жизнеописании, которое вышло в 2011-м году под названием "Андре Агасси. Откровенно", восьмикратный чемпион турниров Большого Шлема и показал себя миру в настоящем свете. Он хотел без предвзятости поведать публике собственную историю, без "розовых" тонов. Скандальный образ игрока, оказывается, был ничем иным, как протестом против мира, заставившего его заниматься нелюбимым делом. Теннисом.

Домашняя тюрьма

Пустыня. Невада. Дом в пригороде Лас-Вегаса. Отец Агасси включает машинку для подачи мячей, давая тем самым старт тренировке. Семилетний Андре отбивает удар за ударом, в это время Эммануэль Агасси дает ему указания. Парень умело обращается с ракеткой, но отец и не думает похвалить сына, заставляя того бить сильнее по мячу. Он установил аппарат на несколько сантиметров выше, чем обычно, чтобы Андре было тяжелее отбивать снаряды, летящие по резкой траектории. Агасси старается ловить мячи с лету, иначе они попросту перелетят не самого высокого ребенка. Он должен был возвращать около двух с половиной тысяч ударов в день.

По замыслу Майка Агасси, его чадо должно было выработать до автоматизма навыки игры с лету и у сетки. За день он отобьет более двух тысяч ударов, за неделю – 17 500. К концу года парень отправит обратно около миллиона мячей, что вряд ли делает кто-то из ребят его возраста. Отец страшно любил цифры, математику, потому и решил сделать Андре теннисистом, умеющим координировать свои действия до миллиметровой точности и сразу определять угол, под которым полетит удар. Самым главным противником Андре считалась сетка – лучше не попасть в корт, чем не перебить свою половину. Майк особенно ненавидел такие ошибки.

Андре лупит по мячу, не чувствуя рук и ног. Машинка для подачи мячей кажется ему драконом, который плюется желтым пламенем. Он заключен в тюрьме, где должен днями напролет сражаться с этим чудищем под присмотром сурового надзирателя. "Брось, Андре, сдавайся! Положи ракетку и уходи с корта, прямо сейчас. Иди-ка домой, съешь что-нибудь вкусненькое. Поиграй с Ритой, Фили или Тами. Посиди с мамой, посмотри, как она вяжет или складывает паззл. Разве это не здорово, Андре? Просто уйти и никогда больше не играть в теннис? Но я не могу. И не только потому, что отец потом будет гонять меня ракеткой вокруг дома. Что-то глубоко внутри меня — в животе, в мускулах — не дает сделать это. Я ненавижу теннис, ненавижу всем сердцем, и все же продолжаю играть, играю все утро и весь день, потому что у меня нет выбора. Неважно, насколько мне хочется бросить, — не сделаю этого. Я продолжаю уговаривать себя остановиться и все-таки по-прежнему играю, и эта двойственность, это противоречие между тем, чего я хочу, и тем, что я делаю, составляет суть моей жизни", – вспоминает те дни Агасси.


thefamouspeople.com
Фото thefamouspeople.com


Наконец, парню становится невыносимо тяжело, и он специально подставляет деревянную часть ракетки так, чтобы шар улетел за ограждение. Папаша, матерясь, отправляется в его поисках, а Андре, опершись на забор, получает редкую минуту отдыха. Позже, отработав дневную норму, он, обессиленный, отправляется в койку, при том что на улице только обед и дети его возраста обычно не спят в такое время.

Нельзя назвать отца Агасси домашним тираном. К жене он относился вполне нормально и даже подчинялся ей в бытовых делах. Обычно он был занят – либо тренировал детей, либо работал за чаевые в гостиницах и казино. Андре поражался, как ему хватало сил заниматься многими вещами одновременно.

Родился Майк Агасси в Тегеране в 1930-м году, в полной мере испытав тяжести войны и последующей разрухи. Впрочем, был и небольшой плюс: ему нравилось наблюдать за тем, как иностранные солдаты играют в теннис, он подавал им мячи. В конце концов, его назначили уборщиком корта и подарили, пускай и старую, но настоящую ракетку.

Несмотря на то, что позже Майк стал боксером и дважды ездил на Олимпиаду, он сохранил любовь к теннису. Спустя годы этнический армянин, эмигрировав в Америку и заведя там семью, принялся учить детей игре. Он долго искал место для будущих тренировок и остановился на пустыне, где хватало места для корта. Наняв рабочих, Майк соорудил площадку нужного размера. У Андре было две сестры и брат, будущий теннисист был самым младшим ребенком. У девушек не получалось с теннисом, а Фили стать спортсменом мешал характер. Отец не уставал ругать старшего сына, но тот никак на это не реагировал, проигрывая один матч за другим. Карьеру в теннисе Филипп так и не сделал.

Вот и получилось, что последним шансом воплотить великий теннисный план для Майка стал Андре. Ребенок был необычайно талантлив – еще в яслях у него была игрушка с подвешенными шариками, которые он охотно набивал. Далее сын показал отличную реакцию в настольном теннисе. К шести годам Андре уже крепко держал ракетку в руках и знал основные приемы. После того, как он отбил миллионы ударов адской машины, пришло время сразиться с живыми противниками.

Боязнь проиграть

Первые турниры своей возрастной группы Андре выигрывал "одной левой". Каждые выходные он ездил по Неваде или же отправлялся в Аризону и Калифорнию. Он ездил с отцом, который совершенно не реагировал на победы сына, принимая их как должное. "Машина, которую ведет отец, — второе самое ненавистное мне место после теннисного корта. Но за меня все решили; я обречен провести детство между этими двумя тюрьмами", – вспоминает Агасси.

С "дорожными приключениями" связан один из главных детских страхов теннисиста. Однажды они с Майком ехали по Вегасу и отец забыл включить поворот, о чем в грубой форме просигнализировал водитель находящегося рядом грузовика. Недолго думая, Агасси-старший вышел с машины и пошел разбираться. Естественно, бывший боксер быстро отправил в нокдаун неприятеля и бросил того на асфальте. Андре еще долго смотрел в зеркало заднего вида, но водитель грузовика так и не вставал. Он боялся, что отец убил его или на него наедет какая-нибудь машина. Этот эпизод еще не раз вспоминался парню, особенно когда он чем-то провинился перед папой.

Эммануэль Агасси был жестоким и суровым практически во всем. Он брился без пены, буквально сдирая кожу и волосы с тела, наблюдая потом за тем, как потоки крови засыхают. Иногда он носил с собой топор или даже пистолет, который не гнушался показывать очередному выведшему его из себя водителю. Однажды к Майку приехал из Ирана его брат Исар, который был абсолютной противоположностью родственника по характеру. Андре он нравился, мальчик был в восторге от мягкого характера и спокойствия дяди. Раз он захотел напугать Исара, подумав, что тот подходит к двери, но в дом вошел отец. Недолго думая, Агасси-старший встретил сына кулаком, отправив его на пол. "Чего лежишь? Иди в свою комнату", –  грубо бросил отпрыску Майк.

Самым страшным грехом для юного Агасси было проиграть. На одном из детских турниров он решил загонять соперника укороченными ударами, но тактика не сработала. Отец сказал, чтобы он прекратил так играть, но Андре не мог отойти от стратегии. В итоге, на тай-брейке парень впервые в жизни проиграл, а последний розыгрыш соперник выиграл, объявив об ауте, которого на самом деле не было. Отец был в ярости, но Агасси впервые больше злился не на него, а на обидное поражение. (Парнем, обыгравшим его, был Джефф Таранго, которого, уже, будучи профессионалом, Андре обыграет в финале турнира в Нью-Джерси).

Теннис и точка

"Я ненавижу все юношеские турниры без исключения, но особенно — общенациональные: ставки на них выше, а кроме того, они проходят в других штатах, а это значит — самолеты, мотели, арендованные машины и ресторанная еда. Отец тратит деньги, инвестируя в мое будущее, и, если я проигрываю, часть его инвестиций потрачены впустую. Проигрывая, я обкрадываю весь клан Агасси".

Во время одного из национальных чемпионатов в Техасе Агасси, будучи фаворитом, вылетел в полуфинале, а потом проиграл утешительный матч за третье место. Ему все равно вручили статуэтку за рвение к победе, которую позже отец вырвал у него из рук и разбил вдребезги. Но парню не было обидно, так как уже в 11 лет он понимал, что не имеет права проигрывать. И все же, несколько поражений подряд выбили из колеи Андре. У него неплохо ладилось с американским футболом, и эта игра действительно приносила ему удовольствие – Агасси входил в детскую команду школы. Травмировав мышцу накануне одного из матчей, парень сказал матери, что его ногу отпустило и он готов играть. Уже во время матча к полю подъехала машина отца и через несколько минут Агасси был дома. "Ты больше не будешь играть в футбол", – сказал он.

Майк сделал из своего сына безвольного раба, который должен был исполнять все его требования. Однажды накануне соревнований Филипп рассказал младшему брату, что придет время, и отец даст ему какие-то белые таблетки – наркотические вещества. Андре таки довелось принять пилюли, однако, по совету Фили, он нарочно начал плохо играть, ссылаясь на плохое самочувствие, вызванное "колесами". Отец купился и больше таким не занимался. А вот братья потом не могли нарадоваться победе над родителем, пускай и локальной.


GQ.com
Фото GQ.com


Между тем, не заметить прогресс юнца было невозможно. Майк поставил сыну игру, которую называл "взрывом в мозгах соперника". Она строилась на активной оборонительной манере действий и великолепном приеме. Спустя годы такой теннис станет фирменным знаком Агасси и элементы его обращения с мячом внесут в Зал теннисной славы.

На детских турнирах ничего не платили, а семья Агасси, несмотря на то, что жила в Вегасе, к разряду богатых не относилась. Потому папа решил заработать на уникальном таланте сына и предлагал либо заезжим звездам, либо ребятам постарше сыграть с его сыном на деньги. В начале встречи Андре притворялся, что едва держит ракетку в руках, специально бил мимо. Когда ставки возрастали, хилый и маленький мальчик внезапно превращался в уменьшенную копию Бйорна Борга и выносил зеваку. Агасси вспоминает момент, когда отец хотел поставить на него 10 тысяч долларов – на тот момент все состояние семьи, дабы обыграть одного футболиста, который не верил, что какой-то пацан сможет его переиграть. В итоге ему очень повезло снизить ставку до 500 долларов.

"Работай и в будущем ты будешь получать огромные бабки", – говорил отец. Он позволял ему не делать домашние задания, прогуливать школу, теннис стал главным аспектом жизни сына. Но Андре рос, имел свои потребности, у него были друзья и подружки. Брат Фили, а также парень из Вегаса Перри были для него самыми близкими людьми, с которыми он позже ездил не на один турнир во время профессиональной карьеры.

Академия Ника Боллетьери

Оказывается, бывают места и похуже домашней тюрьмы.

В 13 лет отец отправил Андре в теннисную академию во Флориде, сказав, что оплатил ему там три месяца обучения. Парню не хотелось уезжать так далеко от своих друзей, да и условия в центре Ника Боллетьери были не самыми приятными. Агасси не понравился режим, местная пища, вонь с соседствующих птицефабрик, а также Брадентонская гимназия, куда их возили на "обычные" уроки. В школе у него была ужасная успеваемость по всем предметам, кроме английского. Учительница языка заметила в Андре писательский талант и намекнула, что он сам мог бы выбрать, чем заниматься всю жизнь, чем посеяла сомнение в сердце парня, занимающегося нелюбимым делом.

Однажды один из матчей Агасси в академии посетил сам Боллетьери. Посмотрев немного на то, как парень обращается с мячом, он подозвал его к себе. Они пошли к телефону и Ник набрал отца Андре, сказав, что сам готов оплачивать его обучение. "На шару" Майк согласился, чтобы с его ребенком делали все, что угодно, что означало крах надежд подростка на возвращение домой. Такое не могло понравиться Агасси, у которого и так не было детства. В его голове академия предстала "комфортной зоной для теннисных заключенных".

Сначала Андре попробовал взять отца на жалость. Когда ничего не вышло, намекнул на игровые аспекты – в академии их постоянно тренировали в игре от задней линии, не уделяя внимания выходам к сетке. Отец пообещал поговорить с Ником на эту тему, но не более того. В итоге, шансов выбраться из-за "колючки" у парня не было. Тогда и проснулся в Агасси бунтарь. Сначала Андре вместе с другими несогласными ограничивался небольшими выходками – обрисовывал двери директора, прогуливал уроки в школе, начал носить серьги, которые потом стали его фирменным атрибутом. Но когда эти методы не подействовали, он перешел к более радикальным мерам.

Бунт

"Я изуродовал свою шевелюру, отрастил ногти, один из которых, выкрашенный в огненно-алый цвет, уже достиг пяти сантиметров в длину. Я сделал пирсинг, нарушал распорядок, не спал после комендантского часа, дрался, изводил всех приступами раздражительности, прогуливал занятия и даже залезал в девичий барак после отбоя. Я литрами поглощал виски, частенько беззастенчиво устраиваясь для этого на собственной койке. И наконец, в качестве заключительного аккорда моих наглых выходок, выстроил пирамиду из моих павших бойцов — метровое сооружение из пустых бутылок Jack Daniels. Я жую табак — ядреную отраву, вымоченную в виски. После каждого поражения засовываю за щеку устрашающую порцию табачной жвачки размером со сливу. Чем крупнее поражение, тем больше моя жвачка. Какие формы сопротивления я еще не использовал? Какой еще грех мне изобрести, чтобы все вокруг, наконец, поняли: я несчастен и хочу домой?"

Последней каплей, которая таки заставила Боллетьери обратить внимание на Агасси, стала его выходка во время одного из юниорских турниров. Нет, свой матч Андре, конечно же, выиграл, однако его игровая форма вызвала негодование у организаторов. Чудак с ирокезом, длинными ногтями, пирсингом и футболке цвета радуги вышел на корт в джинсах. После матча Ник прилюдно обозвал Андре позорником, корчащим из себя девчонку, и заставил его выбирать – либо он сейчас же идет на все четыре стороны, либо будет в качестве наказания убирать территорию академии. "Ребята быстро расходятся. Я стою, пытаясь понять, что мне делать. Могу обругать Ника, попытаться ввязаться в драку с ним или поднять крик. Вспоминаю Фили, затем Перри. Что бы они сделали на моем месте? Я помню, как бабушка отправила моего отца в школу в девчачьей одежде, чтобы унизить его. Именно в тот день он стал бойцом".

Через некоторое время Андре принял попытку сбежать. Он попытался уехать, остановив едущую по шоссе машину, но там оказался Хулио – человек из команды Боллетьери. Заключение продолжилось. После этого Агасси стал "образцовым узником", исполняя технические работы в качестве наказания. Но это не мешало ему находить способы сделать какую-то пакость. Дошло до того, что, пользуясь авторитетом, Андре вынудил пригласить на открытый турнир в академию его друга Перри, сказав, что помнит этого "чертовски талантливого мальчика из Вегаса" по предыдущим соревнованиям.

Вместе с приятелем они здорово повеселились и сумели выманить у продавщицы большую панду в супермаркете в качестве приза в игре, где надо было попасть кольцами на горлышко бутылки. Андре хотел подарить ее своей подружке в Вегасе, но, как оказалось, эту зверушку заприметила дочь Боллетьери и жутко хотела видеть ее у себя. Агасси поначалу отказался идти на любые сделки с директором, которому объявил бойкот. Но, послушав друга, он потребовал взамен на игрушку разрешение на заочное посещение занятий, приглашения на турниры и особый статус в академии. После недолгих раздумий Ник согласился. «Мне 14 лет и больше никогда не придется ходить в школу.  Больше не будет ручек, учебников, мерзких учительских взглядов. Ты свободен, Андре».

Начало большого пути

Получив относительную свободу действий, Агасси делал шаги к профессиональному теннису. Вместе с братом он путешествовал по Америке, играя на различных турнирах. Он принимал в них участие в статусе любителя, потому не мог рассчитывать на призовые. Тем не менее, в отсутствие денег Андре проявлял изобретательность: так, на одном из соревнований он получил 2000 долларов в качестве "возмещения расходов", которые они вместе с Фили выдумали.

У него наладились отношения с Боллетьери, который теперь был его тренером и сопровождал на некоторых турнирах. Но без денег человеку, живущему далеко от дома, было не обойтись, и в 1986 году Агасси стал профессионалом, взяв чек на 1100 долларов после выхода в финал на одном из мелких соревнований. Андре сомневался, ведь понимал, что подпишет себе приговор и после этого пути назад уже не будет. Он позвонил отцу, но тот сказал, чтобы сын немедленно забирал призовые. Вот так Агасси и шагнул на тропу, которая принесли ему потом всемирную славу и возможность ни в чем себе не отказывать.

Узнав о том, что талантливый парень теперь на всемирной авансцене, подсуетились ребята из Nike, предложив ему контракт на 20 тысяч в год, чтобы тот "просто оставался Андре Агасси". В том же году он впервые поучаствовал в Открытом чемпионате США (US Open), а заканчивал первый профессиональный сезон на 91-й строчке рейтинга. Спонсорских денег хватало, чтобы путешествовать по миру на различные турниры, где он, впрочем, не всегда "отбивал" затраты. Столкнувшись с сильнейшими игроками, Андре запаниковал, так как перестал побеждать. Провалив один из турниров, американец разозлился и раздал все свои ракетки бездомным. Он заявил, что уйдет из тенниса, но брат посоветовал ему "хлопнуть дверью" с деньгами в кармане. Обыграв Майкла Чанга на "последнем в карьере" турнире в Северной Каролине, Агасси вновь почувствовал сладкий вкус победы. Уход из тенниса уже не рассматривался.


atpworldtour
Фото atpworldtour


Финиш

Начав карьеру в 16, Агасси завершил выступления через 20 лет на Открытом чемпионате США, где являлся двукратным чемпионом. Он выиграл 60 турниров, восемь из которых принадлежали к Большому Шлему, провел 103 недели на первой строчке мирового рейтинга, заработал кучу денег, воплотив в реальность мечту отца. Его соперничества с Питом Сампрасом и Борисом Беккером навсегда войдут в историю тенниса, как баталии непримиримых соперников. Его стиль игры и походка также надолго останутся в памяти болельщиков. Будь Агасси с длинной шевелюрой, в бандане или вовсе лысым, его будут помнить человеком, который смог перебороть все трудности как на корте, так и вне его.

Суровое отцовское воспитание и муки в академии не надломили молодого парня. Он пробил себе путь на вершину, став иконой тенниса. Но Агасси никогда не любил этот спорт, отобравший у него большую часть жизни. Сейчас у него свой бизнес в Вегасе, жена и двое детей, которых он готов сделать кем угодно, лишь бы они не занимались теннисом. Вспоминая тяжелое юношество, Андре открывает детские школы с пригодными для нормальной жизни условиями, как будто мстит своим "тюремным надзирателям". Также легендарный игрок - один из главных меценатов мира тенниса, открывая различные проекты для развития детей и борьбы с болезнями. Он дважды был удостоен приза Ассоциации теннисистов (АТР) "За человечность и благотворительность".

Конечно, у Агасси всегда хватало ненавистников, которые презирали его поведение и манеру игры. Тот же Сампрас не отказывал себе поглумиться над извечным противником во время выставочных матчей, копируя его странную походку. Андре не был эталоном для подражания – в свое время принимал наркотики после развода с женой, часто переходил за грань дозволенного на корте, шокировал яркими образами. Но это было ни что иное, как протест против действительности и необходимости каждый день отрабатывать удары, чему его научил отец с помощью адской машины.

"Теннис — игра одиночек… Игрок стоит напротив своего противника, обменивается с ним ударами, но не в состоянии ни дотянуться до него, ни заговорить с ним или с кем-либо другим. Правила запрещают теннисисту, пока он на корте, разговаривать даже с тренером... Он как будто находится на необитаемом острове".

Кажется, про Агасси знали все и не обсуждали его только ленивые. Но это не мешало ему оставаться одной из самых загадочных персон мира тенниса. Единственным и неповторимым.

Читайте также другие истории об успешных спортсменах, прошедших через серьезные жизненные испытания:

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Другое ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: