3 декабря 2016, суббота

Так решил мачо. Зачем Путину дружба с Турцией, — российский экономист

Владислав Иноземцев: Мы дважды получили подтверждение того, что российский народ для российской власти не более чем быдло

Владислав Иноземцев: Мы дважды получили подтверждение того, что российский народ для российской власти не более чем быдло

И какие уроки можно вынести из «турецкого» кризиса? Отвечает российский экономист Владислав Иноземцев в своей колонке для Сноб

Разрыв между Россией и Турцией, произошедший в ноябре прошлого года после того, как турецкие ВВС сбили российский Су-24, а поддерживаемые турецкими властями сирийские повстанцы убили его пилота, оказался преодолен на прошлой неделе практически так же неожиданно, как и начался. (…)

Итог известен: извинения приняты; компенсаций, вероятно, не потребуется, так как семья погибшего летчика с негодованием от них отказалась; с 7 июля в совершенно безопасные, как уже стало очевидно, турецкие аэропорты полетят чартеры с российскими туристами; лидеры обеих стран проведут в ближайший месяц личную встречу; большинство российских санкций будут отменены. (…)

Какие уроки можно вынести из «турецкого» кризиса? Большинство из них достаточно очевидны.

Во-первых, мы дважды получили подтверждение того, что российский народ для российской власти не более чем быдло, которое можно использовать в своих интересах как только заблагорассудится. Если нашему мачо захотелось поссориться с турецким, то интересы пенсионеров, которые лишатся зелени и овощей, потому что не смогут за них переплачивать, не в счет (о защите наших аграриев не хочется и вспоминать, так как большая часть периода эмбарго на турецкие овощи пришлась на зимне-весенний период). Если мачо решил возобновить с бывшим противником отношения, то россияне могут смело ехать в самое «пекло» (никаких ограничений на посещение Турции из-за разгула терроризма самый гуманный в мире российский МИД и не думал объявлять). Главное — геополитика; экономические и гуманитарные соображения несущественны. Это, я думаю, самое важное последствие кризиса: предельно четкое выражение отношения власти к народу.

Единственное, чего стоит пожелать, — чтобы дружба с Турцией не аукнулась России бóльшим числом гробов, чем конфликт с ней

Во-вторых, очень важно время, в которое началась нормализация отношений.

С одной стороны, на протяжении последних месяцев Турция вела оживленные переговоры с Европейским союзом о размене своей «ответственной» позиции по вопросу о беженцах на безвизовый режим въезда для турецких граждан и солидный пакет финансовой помощи от Брюсселя. Переговоры, в некоторые моменты казавшиеся близкими к завершению, в итоге к заветному результату не привели. В то же время резко обострились отношения Анкары и Вашингтона — и в результате турецкое правительство оказалось если и не изгоем, то, по крайней мере, почувствовало себя более чем некомфортно. В Кремле оценили ситуацию — и, будучи и сами загнанными в угол, протянули Ак Сараю руку дружбы. Дружбы, я убежден, сугубо временной и ситуативной.

С другой стороны, примечательно, что возобновление отношений совпало с масштабным терактом в аэропорту имени Ататюрка. Многие годы Москва изображает борьбу с террором в качестве своего важнейшего приоритета (хотя сама является одним из крупнейших в мире поставщиков террористов — от организаторов взрывов в Бостоне и убийц неугодных чеченцев в Катаре и Вене до тех же стамбульских боевиков). Примирение с Эрдоганом крайне напоминает известный звонок Путина Бушу-младшему 11 сентября 2001 года — за ним, как мы помним, последовал «медовый месяц» в отношениях с США, продлившийся, правда, недолго. Чего-то подобного я жду и сейчас — борьба с террористами сможет сплотить Москву и Анкару, но лишь временно: стороны скоро поймут, что террористами они считают совершенно разных людей и бороться с ними намерены по-разному. (…)

Так что для России возвращение к более нормальным, скажем так, отношениям с Турцией — вполне естественный шаг. Он позволяет несколько сократить масштаб международной изоляции, продемонстрировать, что Москва может не только вводить санкции, но и отменять их (хотя боится делать это в случае, если санкции установлены с двух сторон — по крайней мере так Путин объяснял, почему Кремль не хочет отменять ограничения по импорту продовольствия из ЕС в одностороннем порядке). Для Турции этот шаг столь же объясним: страна стремится вернуться к нормальным отношениям со своими ближайшими соседями на фоне растущей отчужденности от Европы и США (одним из подтверждений можно считать и восстановление контактов между Анкарой и Иерусалимом, практически прерванных шесть лет назад после известного инцидента с «флотилией свободы»). Так что не приходится сомневаться, что ближайшие месяцы и даже несколько лет станут периодом оживления российско-турецких отношений.

Однако сохраняется вопрос о том, долгим ли окажется это оживление — и это сейчас самое важное. Лично у меня есть в этом сомнения. (…)

Единственное, чего стоит пожелать, — чтобы дружба с Турцией не аукнулась России бóльшим числом гробов, чем конфликт с ней.

Полную версию колонки Владислава Иноземцева читайте на Сноб

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: