7 декабря 2016, среда

Волчья яма для посягающих на Украину, - социальный психолог

Олег Покальчук: Кто идентичность выдумывает, тот ее и танцует

Олег Покальчук: Кто идентичность выдумывает, тот ее и танцует

«Жизнь показала, что нация может перенести относительно безропотно любые лишения, но больше не будет терпеть унижений, от кого бы они ни исходили», - пишет социальный психолог Олег Покальчук в своей колонке для Zn.ua

(…) Мы когда-то прикалывались, узнав благодаря пьесе Янки Купалы, что не очень древние жители Полесья и Подляшья (они же литовцы, поляки, украинцы и белорусы) называли себя просто "тутейшыя", "тутешні". И на польском, и литовском звучит сходно. При совке это выдавалось за некую умственную отсталость. Экие, право же, дикари! Имени своего не знать! И лишь благодаря большевикам "красная кузькина мать" их усыновила, да так люто, что еле сбежали от новой идентичности. Догнали, кого смогли, и навязали: "новая историческая общность советских людей". "Ниослы" — сокращенно. По-украински и того пуще звучало — "нісральці", т.е. "нова історична спільність радянських людей". Ну разве не красота? И все всем сразу понятно.

Кто идентичность выдумывает, тот ее и танцует.

В разные времена главенствовали в этом деле то вероисповедание, то подданство. Разумеется, с помощью костров, плах, голода, войн и прочих инструментов гуманитарной политики.

Украинская идентичность — не просто минное поле, а еще растяжки, ловушки и фугасы с сюрпризами

Потом пришла цивилизация. С аппетитом откушав колоний, начала что-то блеять об общечеловеческом и Лиге наций и одновременно повоевывать друг с другом, взывая к высокому. К пообносившимся спорщикам подоспел Алоизыч со своими "кровью и почвой" (Blut-und-Boden), на самом деле утащенными у Шпенглера. Он уже почти отправил всех королей и пап на люфт, целясь единолично присесть на их стулья. Европа от такой идентичности томно почти сомлела, но унтерменшей чисто арифметически оказалось слишком много. Идентичность с архетипом немецкого бауэра перестала быть привлекательной, хотя некоторые поспешили и аккурат к Нюрнбергу спалились.

К тому же, как всегда бывает в бандитской среде, живущие по понятиям консерваторы сильно недооценивают отморозков и беспредельщиков.

Поэтому дядя Джо, пыхая "Герцеговиной Флор" и Ялтинскими договоренностями в трубке нового мира, закатал австрийского лузера в берлинский бетон, кинул на ленд-лиз и трофеи союзников. И сказал уцелевшим массам: либо в Мавзолей, либо Гулаг. Определяйтесь с идентичностью в порядке живой и мертвой очереди. У нас свобода выбора.

Украинская идентичность в этом трэшевом изложении истории — величина не то чтобы малая, но уж точно не исключительная. Все, порабощенные тем или иным диктатором народы Европы и Азии, сорвавшись с цепей и расстегивая на ходу ошейники, бежали не по проторенным тропинкам проб и ошибок, а просто по колее. Историзм, исключительность, мессианство, "третий путь", поиск хозяина, бунт, после которого выжившие умники безропотно принимают "Оду к радости" вместо "Знамена, ввысь!".

Украинская идентичность — не просто минное поле, а еще растяжки, ловушки и фугасы с сюрпризами.

(…) Актуальная украинская идентичность в ее словоформах — это волчья яма для всех, посягающих на нашу "тутейшесть". Я писал еще до войны об архетипе мести как базовом национальном. Жизнь показала, что нация может перенести относительно безропотно любые лишения, но больше не будет терпеть унижений, от кого бы они ни исходили. Это первое. Второе, и это плохая новость для власти, — что мстительность возникает и развивается как заменитель справедливости. Причины и так всем понятны.

Информационная самозащита власти состоит в том, что она выдает себя за государство. А в особо наглых формах через специально нанятых людей представляется страной и народом. Это глупейшая ошибка, на вредоносность которой уже прямым текстом указал г-н Пайетт. Это как если бы приходящий сантехник или садовник из немецких порнофильмов решил заявить, что он — законный супруг на основании проделанных процедур. А наши — да, заявляют, вот это "дас ист фантастиш"! И это, увы, ведет к росту мстительности.

Да, примерно десяти миллионам это вообще по барабану и было всегда. Но для оставшихся тридцати сейчас есть два форм-фактора идентичности. Чувство собственного достоинства и требование справедливости. Ситуация совершенно фатальна, потому что политики по определению не могут понять, в чем это чувство собственного достоинства, собственно, состоит. Их естественный отбор предполагал лишь неестественную гибкость и глубокие глотки.

И они справедливо чувствуют себя объектом мести, при этом понимая, что от них требовалось всего лишь сдать подонков, и остальным бы скостили... Но классовая солидарность пересиливает инстинкт самосохранения. Георгий Почепцов правильно заметил, что "самым главным уроком из всего этого для нас должны стать реализуемые правительством трансформационные возможности". Но возможности власти идут вразрез с их потребностями. То есть с финансовой булимией и политической зоофилией.

Формирующаяся новая украинская идентичность на самом деле очень старая. И она жаждет крови. Ей не дают крови врагов, исходя из высших гуманных соображений. Однако наивно надеяться, что она не найдет нужное сама. Смотрите под ноги. 

Полную версию колонки Олега Покальчука читайте на сайте Zn.ua

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: