30 мая 2017, вторник

Российская контрреволюция. Американский журналист – о том, как Путин защищает «духовные скрепы»

Роджер Коэн: Владимир Путин считает себя защитником абсолютистской культуры от того, что Россия считает хищническим Западом

Роджер Коэн: Владимир Путин считает себя защитником абсолютистской культуры от того, что Россия считает хищническим Западом

Идеи и ценности Запада, которые так ненавидит Путин, станут главным оружием цивилизованного мира в борьбе с российской контрреволюцией

«Большую часть ХХ столетия Россия была революционным государством, стремившимся распространить коммунистическую идеологию по всему миру. В ХХІ веке она стала главной контрреволюционной силой», - пишет американский политический обозреватель Роджер Коэн в своей колонке для NY Times.

Автор отмечает, что конфликт, который все сильнее разгорается между Западом и Москвой, и подается, как политический, военный и экономический, на деле гораздо глубже. Это культурный конфликт. «Владимир Путин считает себя защитником абсолютистской культуры от того, что Россия считает хищническим Западом», - уточняет Коэн.

Пропутинские российские интеллектуалы, по словам обозревателя, сейчас только и делают, что жалуются на «революционный Запад», который богохульственно приемлет однополые браки, радикальный феминизм, эвтаназию, гомосексуальность и другие признаки «упадка». Они утверждают, что Запад пытается распространять эти убеждения, прикрываясь защитой демократии и прав человека.

Контрреволюция против «бездуховного и коварного Запада» стала краеугольным камнем российского режима

Путинскую же Россию, как отмечает колумнист, эти люди считают могучим щитом на пути западного надругательства над религиозными ценностями.

«Помимо аннексии Путиным Крыма и разжигания войны на Востоке Украины, в которой погибло уже больше 6 000 человек, именно его решение бросить культурный вызов Западу позволяет предположить, что это противостояние растянется на десятилетия, - утверждает Коэн. – Коммунизм был глобальной идеологией; путинизм до такого определения не дотягивает. Но началась война идей, и контрреволюция против бездуховного и коварного Запада стала краеугольным камнем российского режима».

По мнению автора, иллюзия времен окончания холодной войны, что укрепление связей между государствами научит их пониманию, рухнула. «Изменилось что-то основоположное, что-то гораздо более серьезное, чем простое соперничество за территории, - рассуждает Коэн. – Путин решил определять свою силу через конфликт с Западом. Вопрос только в том, хочет он ограниченного или же полномасштабного конфликта».

Как полагает колумнист, это решение РФ будет иметь стратегические последствия, которые Запад только начинает осознавать.

«Путин отхватил кусок Украины после того, как она решила подписать торговое соглашение с Евросоюзом. Он сообщил, что добавит 40 межконтинентальных баллистических ракет дальнего радиуса действия к российскому арсеналу. Он увеличил интенсивность полетов стратегических бомбардировщиков. Сигнал однозначен: «мы делаем ставку на ядерное оружие».

Коэн задается вопросом, каким образом на это может ответить Запад. «Он ничего не может поделать с тем, что миру нравятся его ценности, а толпы людей стремятся в ЕС. Так что то, что Россия считает западной «экспансией», будет продолжаться – и это правильно», - говорит обозреватель. 

«Запад должен защищать права людей, живущих между Западом и Востоком. Граждане Украины, Молдовы, Армении, Грузии и прочих стран имеют полное право достичь западного процветания через западные институции, если таков их выбор. То, что их притягивает пример Польши и стран Балтии, которых теперь защищает членство в НАТО, вполне естественно», - заключает Коэн.

Полную версию колонки Роджера Коэна читайте на сайте NY Times

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: