28 апреля 2017, пятница

Российский президент Франции. Скольких кандидатов спонсирует Кремль, – журналист The New York Times

Эндрю Хиггинс: Кремль создал «огромную машину влияния» во Франции, работающую на продвижение его интересов и пиар его фаворитов
www.nytimes.com

Эндрю Хиггинс: Кремль создал «огромную машину влияния» во Франции, работающую на продвижение его интересов и пиар его фаворитов

Журналист Эндрю Хиггинс в колонке для The New York Times рассказывает о тайных и явных вмешательствах России в президентские выборы во Франции

Ослабевшая от скандалов президентская кампания Франсуа Фийона — бывшего премьер-министра Франции, популярного в Кремле, но не среди французских избирателей, — получила внезапный подъем в конце прошлого месяца после сообщений о том, что он снова лидирует в соцопросах.

«Возвращение Фийона на первое место в опросах общественного мнения», — сообщал смелый заголовок, противоречащий другим французским опросам, в которых бывший фаворит опустился на третье или даже четвертое место, пока боролся с обвинениями в коррупции.

Однако лидерство Фийона в рейтингах, судя по всему, существует только в мире альтернативных фактов, распространяемых франкоязычным сервисом Sputnik - новостной службой с девизом «Говорим то, о чем другие молчат», которую финансирует РФ.

Накануне первого тура выборов во Франции главный вопрос в том, кто именно стоит за тем, что очень напоминает (особенно сторонникам Эммануэля Макрона) вмешательство РФ в президентские выборы в Соединенных Штатах в прошлом году.

Действительно ли Москва тайно вмешивается в президентские выборы во Франции, как сообщали американские спецслужбы перед победой Дональда Трампа? Или просто использует сеть французских политиков, журналистов, разделяющих взгляды Кремля, влияя на политику в этой стране и многое другое?

Каким бы ни был ответ, шквал фальшивых новостей и хакерских атак на компьютеры штаба Макрона вызывают у многих во Франции и Вашингтоне ощущение дежавю.

Все это выглядит настолько знакомо, что сенатор Ричард М. Берр, республиканец Северной Каролины и председатель сенатского Комитета по разведке, недавно заявил: «Думаю, всем понятно, что россияне активно участвуют во французских выборах».

Компания Facebook, пострадавшая от обвинений в том, что ее сервисы способствовали распространению фейковых новостей во время избирательной кампании в США, объявила на прошлой неделе, что «приняла меры против более чем 30 000 поддельных аккаунтов» во Франции.

Впрочем, ясно и то, что Россия часто не столько вторгается, сколько просто усиливает существующие голоса, с которыми она согласна, в частности, в отношении Сирии, угрозы американской власти и бесполезности экономических санкций в отношении Москвы.

Шквал фальшивых новостей и хакерских атак на компьютеры штаба Макрона вызывают у многих во Франции и в Вашингтоне ощущение дежавю

Наталия Новикова, возглавляющая Sputnik в Париже, сказала, что хоть она и стремится представить российский взгляд на события, но сайт ориентируется не на Москву, а скорее на французскую аудиторию, которая хочет увидеть события «под другим углом».

Пожаловавшись на то, что Макрон и члены его команды неоднократно игнорировали просьбы об интервью, она отметила, что Sputnik пытался представить все точки зрения и был несправедливо объявлен рупором Кремля.

 «Есть много разных истин», — считает Новикова. — Должен существовать плюрализм правды».

Сесиль Весье, профессор в Университете Ренн II, изучающая Россию, советский и постсоветский периоды, заявила, что Кремль, используя методы и контакты, разработанные в Советском Союзе, создал «огромную машину влияния» во Франции, работающую на продвижение его интересов и пиар его фаворитов.

Россия или, по крайней мере, ее государственные СМИ, поддерживают двух кандидатов во французской гонке. Один из них — Франсуа Фийон. Будучи премьер-министром с 2007 по 2012 годы, он завязал дружбу с Владимиром Путиным, который, если верить слухам, отправил французскому политику бутылку вина после смерти его матери.

Среди обвинений в финансовых махинациях, ударивших по кампании Фийона, также есть обвинения в получении $50 000 от ливанского бизнесмена в обмен на организацию встречи с Путиным.

Кремль назвал это сообщение «фейковой новостью».

В реальных опросах общественного мнения рейтинг Фийона существенно снизился. Предпочтения по-прежнему отдаются Макрону, но гонка сейчас достаточно напряженная, так что окончательный результат, как и результаты референдума по Brexit и президентских выборов в Америке, могут не оправдать прогнозы социологов.

Другим фаворитом России является Марин Ле Пен, лидер ультраправой партии Национальный фронт. В прошлом месяце она ездила в Москву на встречу с Путиным, которым искренне восхищается. Ее партия, традиционно враждебно настроенная к США и ЕС, получила миллионные кредиты от российских банков.

С другой стороны, Макрон — наиболее проевропейский кандидат в гонке, в то время как Россия пытается подорвать и разделить ЕС.

В отличие от Америки, где отношение к Москве формировалось во времена холодной войны, что часто разрушает усилия России по налаживанию связей с общественностью, во Франции есть множество лиц и организаций, поддерживающих взгляды, отражающие мнение России и ее предпочтения на французских выборах.

Российскую машину влияния, по словам профессора Весье, в значительной мере питает «парадокс в сердце нашего политического дискурса: восхищение Соединенными Штатами и постоянное отрицанием этого, что обеспечивает благодатную почву для русских».

Антиамериканизм во Франции просочился глубоко и среди центральных правых, поощряя увлечение некоторых политиков Россией и Путиным, предоставлявших российским информационным агентствам во Франции самые громкие пророссийские и антимакроновские заявления.

Один из них — Николя Дуик, член парламента, секретарь группы дружбы Франция — Россия и член правления ассоциации Франко-российский диалог, организации, переполненной представителями французского истеблишмента и возглавляемой старым политическим союзником Путина.

 

Именно Дуик в феврале сказал Sputnik, что Макрон — скрытый гомосексуалист, поддерживаемый «очень богатым лобби геев». Заявление вызвало бурю в социальных сетях и заставило Макрона защищаться.

Однако фурор быстро иссяк, после того как обвинение было высмеяно кандидатом и ведущими СМИ как очевидное упражнение в темном российском искусстве «компромата».

Дуик также внес вклад в статью «Sputnik», в которой высмеивал Макрона, бывшего инвестиционного банкира, называя его «агентом США, лоббирующим интересы банков».

В одном из интервью он повторил свое утверждение о том, что Макрон ведет тайную двойную жизнь и высмеивал утверждения о вмешательстве России, называя их фантазиями, вызванными паранойей из Америки.

«Я учился на психиатра, я знаю, как выглядит паранойя, — сказал он. — Россияне достаточно умны, чтобы понимать, что их влияние на французских избирателей равно нулю. Большинство людей даже не знают, что такое Sputnik».

Действительно, мало кто читает или смотрит российские новости на французском языке, но то, что говорят эти агентства, позже оказывается в социальных сетях. После этого, российский источник часто удаляют, позволяя компромату распространяться через блоги, Twitter и то, что сторонники Макрона называют «фашисферой» правых сайтов.

«Американский феномен повторяется здесь, во Франции», — говорит Пьер Аски, основатель либерального новостного сайта Rue89. — Большая часть населения отказалась от основных СМИ и получает информацию из параллельных источников. Это мир, в котором заняли свое место Sputnik и RT».

Мунир Махджуби, digital-директор кампании Макрона, сказал, что основные цели финансируемых государством российских СМИ — распространение хаоса и неопределенности, подрыв авторитета Макрона и отвлечение внимания от юридических проблем Фийона.

Яркий пример – интервью основателя WikiLeaks Джулиана Ассанжа газете «Известия», утверждающего, что у него есть «интересная информация» о Макроне, и он готовится опубликовать ее. «Ассанж подольет масла в огонь французской избирательной кампании», — сообщили RT.

Но представитель WikiLeaks сказал, что Ассанж никогда не давал такого интервью и просто отправил короткое письмо, отвечая на вопрос корреспондента «Известий».

Французское правительство начало серьезнее относиться к этой опасности. Министр иностранных дел Жан-Марк Эро предупредил Москву о том, что «вмешательство во французскую политическую жизнь неприемлемо», а французский эквивалент Совета национальной безопасности в Вашингтоне провел специальное заседание для обсуждения киберугроз.

Полную версию колонки читайте в The New York Times

Больше мнений здесь

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: