11 декабря 2016, воскресенье

Виктор Шендерович: Почему я не уехал из России

Виктор Шендерович: Могу еще постоять с плакатиком в одиночном пикете, но тоже недолго: теперь не разрешается и это
dw.de

Виктор Шендерович: Могу еще постоять с плакатиком в одиночном пикете, но тоже недолго: теперь не разрешается и это

«Уже довольно давно разные люди интересуются: когда я отсюда уеду? Или почему я сюда возвращаюсь?» - пишет в своей колонке для «Новой газеты» российский писатель Виктор Шендерович

Признаться, у меня уже нет рационального ответа на последний вопрос.

С телевидением все понятно давно: если я и могу там появиться, то только в качестве «подонка», как в программе Дм. Киселева год назад.

Некоторое время я еще мог выступать со своими литературными программами по городам и весям России, но — «трудно плыть в соляной кислоте с отрубленными ногами», как гласит армейская мудрость. Трудно гастролировать, когда тебе не сдают в аренду залы и отказываются расклеивать афиши. Да и регулярный прорыв трубы никто не отменял. Начав ежемесячными аншлагами в Театре «Сатирикон» — заканчиваю я, спустя 15 лет, свежим запретом на презентацию моей детской книжицы в Волгограде, в галерее с аудиторией 30—40 человек.

Симметричный путь пройден мною в книгоиздании — от «лучших продаж месяца» до уничтожения тиража в Ульяновске и массового отказа магазинов брать книгу на распространение…

Сайт «Ежедневный журнал» (в прошлом «Итоги», лучший журнал 90-х) запрещен в России уже официально. The New Times, «Новая» и «Эхо» — последние домофоны для общения с жильцами аварийного дома…

Могу еще постоять с плакатиком в одиночном пикете, но тоже недолго: теперь не разрешается и это.

Вам, может быть, показалось, что это — жалоба на жизнь? Ничуть не бывало. Я уже заработал на остаток жизни, меньше, чем мне приписывалось, но вполне достаточно для того, чтобы класть с прибором на непристойные предложения и не горевать о куске хлеба.

Беспокойство мое гораздо более серьезного рода: просто одновременно с моей личной шагреневой кожей на глазах съеживается — общественная.

Ничего удивительного в этом нет: реакция на сатиру и сатирика — проверенный лакмус! Там, где глава государства избавлен с утра пораньше от прилюдного пенделя в виде злой газетной карикатуры, — этот глава государства очень скоро становится чудовищем. Классика жанра.

Символом нового времени, его общественно-политической элитой становятся уже совсем странные люди — вроде этого косноязычного мотоциклиста, так удачно припарковавшегося к президентской ноге, или руководителя кремлевской же администрации, предлагающего подчиненным «срать в твиттере».

Грязный расизм, адресованный президенту США, стал бытовой нормой. Внешняя политика свелась к жилистому среднему пальцу, выставленному в сторону Запада (притом что перед китайским Востоком мы уже давно стоим на соблазнительных карачках, и вся заминка — только в отсутствии должного желания в Поднебесной).

Мы деградируем каждый день и, кажется, обречены достигнуть такого дна, о котором страшно думать. Пятнадцать лет назад можно было хотя бы громко предупредить об опасности… Сегодня и этой возможности нет…

Так почему я здесь?

Честный ответ: из ностальгических соображений!

У меня нет в России никаких общественных планов по изменению политического строя — и даже просто личных, на будущее, тоже нет больше.

Полную версию колонки Виктора Шендеровича читайте на «Новой газете»

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: