22 августа 2017, вторник

Матвей Ганапольский: Постсоветский синдром. Смогут ли Украина и Россия вырваться из прошлого

Матвей Ганапольский: Иждивенцы по телевизору рассказывают «о славном прошлом», но совершенно не заботятся о будущем
Фото: www.svoboda.org

Матвей Ганапольский: Иждивенцы по телевизору рассказывают «о славном прошлом», но совершенно не заботятся о будущем

«Одесса как будто застыла между прошлым и будущим. Она и образ «Одессы-мамы» хочет сохранить, и расстаться с этим образом желает, стесняется его», - пишет российский журналист Матвей Ганапольский в своей колонке для «МК»

(…) Вот представьте себе Санкт-Петербург — красивый город, не правда ли? Город-музей. Конечно, сейчас в нем живут потомки тех, кто его строил, а может, уже и не потомки. Но город от этого не зависит — он красив сам по себе, он даже довлеет своей красотой. Это же в Москве, в Киеве, в Риме. Это же во Львове. Да, это строилось не для нас — мы тут во многом случайно, но ты ходишь по этой красоте, и тебе уютно и комфортно.

А теперь представьте себе какой-то провинциальный город, пусть даже у моря. Что должно радовать его жителей, что должно заставить их остаться в этом городе, отдать ему лучшие годы своей жизни в наше динамичное время массового переселения, эмиграции и поиска достойной работы? Видимо, для каждого должен быть свой довод: у пенсионеров — достойная пенсия; у работяг — зарплата; у молодежи — какая-то резвая молодежная жизнь.

А теперь вспомните Одессу, если вы в ней были. Перед нами — несколько бульваров, с десяток памятников, большой морской порт, несколько пляжей, еще там лето проводит Жванецкий, но его никто не видит...

С Одессой происходит ужасное: из города вдруг как будто выдергивают душу, и он превращается в обычный провинциальный город с пятеркой памятников и огромной лестницей

Если формально и честно, то это все.

Однако давайте вспомним, а что такое Одесса в нашей памяти.

О-о, это совсем другое дело. Перед нами город-легенда! Бабель и его друг Беня Крик, Катаев, Олеша, прекрасный наш современник Григорий Остер.

А если мы вспомним одесскую юмористическую кузницу, то там и Жванецкий с Карцевым и Ильченко, и Хаит-старший. Именно там появились Клуб одесских джентльменов и Одесская юморина. Выходцы из Одессы, уже будучи в Москве, во многом определяют юмористическую температуру огромной страны — взять хотя бы тот же «Квартет И». Почему пишу о юморе — да потому, что это визитная карточка Одессы, которая… которая, к сожалению, подходит к концу.

Когда гиды рассказывают о Риме, они подчеркивают, что нынешние римляне — это совсем другие римляне, не те, древние. Но Рим — это Рим, а Одесса — это Одесса (вы поняли, о чем я). С Одессой происходит ужасное: из города вдруг как будто выдергивают душу, и он превращается… в обычный провинциальный город с несколькими бульварами, пятеркой памятников и огромной лестницей, о которой экскурсовод, конечно, рассказывает смачно и энергично, но впустую. Потому что молодежь в массе своей «Броненосец Потёмкин» не видела, да и кто такой Эйзенштейн не знает.

Понимаете, дорогие мои одесситы? Дело тут совсем не в вас, вы ни в чем не виноваты. Но, видимо, именно вам следует задуматься. Вот есть славный своей историей и атмосферой город, про который написаны сотни книг и который подарил всем нам столько гениев, сколько ни один другой город. Однако если сегодня предлагать не пенсионерам, которые все помнят, а обычным людям съездить туристами в Одессу, то что, собственно, предложить? Какой товар?

Оперетту? Но она сейчас немодна, да и никто не помнит, кто такой Михаил Водяной. Если знаменитую лестницу, то она не так уж и длинна — есть сейчас аттракционы и повыразительнее. Кстати, о лестнице. Сначала мы с детьми хотели спуститься по ней, но потом поняли, что придется подниматься.

— Видите, вот тут, справа, был когда-то фуникулер, но теперь его нет — вагончики убрали, ничего не работает, — радостно заметил экскурсовод.

Короче, в фуникулере мы не проехали, по лестнице не прошли и, соответственно, денег казне Одессы в этой части прогулки не оставили. А могли, если бы фуникулер был.

Что предложить туристу, жаждущему общения с великой Одессой? Изумительно восстановленный центр с миллионами кафе? Но центр Одессы все никак не может привестись в порядок: как двадцать лет назад он выглядел, так и сейчас, мамой клянусь. А новые дороги, положенные пять лет назад, уже идут буграми.

Самый странный образ Одессы находится у Оперного театра. Точно напротив великого образца архитектуры, на гигантских стенах двух домов, огромными буквами написаны фамилии героев Одессы, сопровождаемые огромными орденами. Славные фамилии, видимо, важные, особенно накануне Дня Победы, но, к сожалению, никому из приезжих не известные и к архитектуре театра отношения не имеющие.

И так всюду: Одесса как будто застыла между прошлым и будущим. Она и образ «Одессы-мамы» хочет сохранить, и расстаться с этим образом желает, стесняется его. Но крохи славного прошлого все время лезут из двориков, и непонятно, нужны они или стоит на них «плюнуть и растереть», как говорил славный писатель Михаил Зощенко.

(…)

Все это трудно понять. Тысячи городов придумывают тысячи способов, чтобы привлечь туристов, заработать миллионы и стать богаче, прекрасней. На ровном месте ставятся аттракционы, улицы переделываются «под старину», каким-то вымышленным персонажам строятся музеи. Но именно Одесса, которую поцеловал Бог, как будто стесняется своего прошлого или, скажем так, она равнодушна к нему.

Еще раз, мои любимые одесситы, — я отнюдь не «наезжаю» на вас. Я просто хочу, чтобы прекрасная Одесса через пару десятков лет окончательно не превратилась в бледную тень самой себя. Да и не об Одессе, собственно, разговор — а о тысячах провинциальных городов России и Украины, которые теряют свою молодежь, забывают свое прошлое; не могут это прошлое повернуть в будущее, а лишь ждут новых дотаций и каких-то идей «из центра».

Заметьте: я пишу «России и Украины», ибо это болезнь не одной какой-то страны, это общий сложный постсоветский синдром. Хотите — добавим туда Белоруссию, хотите — Казахстан. Везде стоит что-то, построенное поколениями творческих предков, вокруг которых снуют современники-иждивенцы. Иждивенцы по телевизору рассказывают «о славном прошлом», но совершенно не заботятся о будущем, ибо главное в постсоветском синдроме — это психология временщика на своей земле.

Однако есть важное замечание. Да, десятки лет большевизма, раскулачивания, репрессий и советской уравниловки выжгли чувство инициативы и хозяина. Но разве не пришли новые поколения, которые не знают сталинской плети и брежневского застоя?

Конечно, они пришли. Но в том-то и парадокс: люди новые, а правила жизни — старые. Ты — не полный хозяин своей земли, бизнеса, дела. Тогда приходили большевики, сейчас — коррупционер за взяткой. Такая ли уж большая разница?..

И все-таки закончу Одессой. Я говорил о негативе, проблемах, но из каждого угла здесь так и «прет» талант. Зайдите в любой ресторан, в кафе, в кондитерскую — и вас оттуда не вытащишь. Посмотрите на веселых людей — даже в непростой украинской жизни чего-чего, а оптимизма у них не отнять. Но смогут ли современные одесситы соединить великое, но ускользающее прошлое с движением в будущее? Для меня это, кроме шуток, большой вопрос.

Полную версию колонки Матвея Ганапольского читайте на сайте «МК»

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: