11 декабря 2016, воскресенье

Британский журналист раскрыл технологию грандиозного блефа Кремля

Питер Померанцев: Где-то 20 процентов мест в Европарламенте сегодня занимают члены партий — в основном крайне правых — симпатизирующих Москве

Питер Померанцев: Где-то 20 процентов мест в Европарламенте сегодня занимают члены партий — в основном крайне правых — симпатизирующих Москве

«В информационно-психологической войне нет явных побед, некому поставить свой флаг на завоёванной территории, и нет границ, которые нужно перекраивать», - пишет британский журналист Питер Померанцев в своей колонке для The Guardian

(…) Образ мыслей, который Кремль посредством своей информационной войны старается внушить европейскому зрителю, именно сегодня падает на весьма благодатную почву. Недавно вышел доклад под названием «Восприятие теорий заговора в переходный период», в котором авторы разбирают феномен популярности конспирологии во Франции, Венгрии и Словакии. Группа исследователей из разных европейских исследовательских институтов приходит к выводу, что «нынешний переходный период в Европе привёл к всплеску неопределённости относительно коллективных идентичностей и ощущению утраты контроля. Это идеальные условия для распространения теорий заговора». Особенно популярна конспирология среди сторонников праворадикальных националистических и популистских партий типа «Национальный фронт» во Франции или «Йоббик» в Венгрии — которые поддерживают Москву и, в свою очередь, пользуются её поддержкой (Марин ле Пен в ноябре призналась, что «Национальный фронт» получил кредит в 9 миллионов евро от московского банка, принадлежащего близкому к Кремлю предпринимателю; она уверяет, что эта сделка не имеет никакого отношения к её поддержке российской аннексии Крыма). Где-то 20 процентов мест в Европарламенте сегодня занимают члены партий — в основном крайне правых — симпатизирующих Москве.

Значение этих партий росло одновременно с падением авторитета национальных правительств. Когда растёт финансовая и геополитическая неопределённость, люди в поисках ответа на вопрос «Почему случился кризис?» обращаются к самым фантастическим теориям. Размыто само понятие рационального дискурса — и остается лишь спектакль. Тот, кто рассказывает более увлекательные истории, и делает это агрессивнее — то есть без оглядки на их правдивость — всегда перекричит того, кто пытается методично «доказывать» факты.

Когда Кремль утверждает, что российских солдат в Крыму нет, журналисты вынуждены это повторять. И как бороться с тем, кто попросту выдумывает всякий бред на ходу?

Что бы ни говорили об информационной стратегии Кремля, она безусловно соответствует духу времени: этот же дух ощущается в Британии и в Америке, где подход, который комик Стивен Колберт назвал «правдогогией», на два корпуса обойдёт любую попытку оперировать фактами.

«Имеющиеся сегодня подходы к информационным войнам можно представить как основывающиеся на двух возможностях», говорится в энциклопедии. Первый подход «признает первичность объекта реального мира» и пытается выставить их в нужном свете: выгодном или невыгодном. Второй, «стратегический» подход, продолжает энциклопедия, «делает первичной информацию, признавая объект вторичным». Другими словами, авторы энциклопедии утверждают, что реальность можно лепить по своему усмотрению.

Россия едва ли одинока в исследовании подобных методов. Например, в Азии Китай для обоснования своих претензий на воды Южно-Китайского моря пользуется мощной смесью методов психологической и обычной войн. В 2013 году вышел доклад под названием «Китай: тройственная война», подготовленный в Пентагоне. Группа ученых под руководством кембриджского профессора Стефана Хальпера (Stefan Halper) описывает китайский ответ на стычку с Филиппинами из-за спорной отмели, на которую претендуют обе страны: экономические санкции, акции устрашения (корабли китайского флота заходят в филиппинские воды) и кампания в СМИ, которая выставляет руководство Филиппин «опасными радикалами». «Война 21 века приобрела новое, доселе неизвестное измерение», пишет Хальпер. «Теперь важно не то, чья армия победила, а чья история звучит убедительнее».

«Журналистов учат давать слово всем сторонам конфликта», говорил мне Стенгель с явным раздражением в голосе». «Когда Кремль утверждает, что российских солдат в Крыму нет, журналисты вынуждены это повторять. И как бороться с тем, кто попросту выдумывает всякий бред на ходу?»

Может быть, я просто не выспался после самолета, а, может, зимой на Манхэттен так внезапно падает тьма, но когда я шёл со встречи со Стенгелем, я не мог отделаться от видения будущего, в котором невозможно выиграть ни один спор и ни одна точка зрения не более правдива, чем любая другая. Но тут же себя осадил: а вдруг страхи, подобные моим, тоже часть этого плана? В информационно-психологической войне нет явных побед, некому поставить свой флаг на завоёванной территории, и нет границ, которые нужно перекраивать. А есть только бесконечные интеллектуальные игры в «психосфере», в которых победа может оказаться полной противоположностью тому, чего ты ожидал добиться в начале. Например, какова задача канала RT – только ли передавать новости, конспирологию и мнения? Или на самом деле они проецируют имидж сильной и уверенной в себе России — из чего следует, что сами разговоры о наглости подобного подхода лишь подчеркивают убедительность этого имиджа?

Я задумался, а не является ли сама идея информационно-психологической войны — и сопутствующая мысль о том, что Россия изобрела некое таинственное оружие, на которое у Запада нет ответа — подвидом той же информационной войны. Возможно, энциклопедия с её рассуждениями о «невидимом воздействии, подобном радиации», которое способно преодолеть «механизмы биологической защиты» - тоже блеф, как макеты ядерных ракет на Красной площади, которые должны были отправить перевозбуждённых западных аналитиков плутать по лабиринту из зеркал. А если это просто обновлённая до реалий 21 века версия классического примера «рефлексивного управления», то есть способа заставить врага делать то, что нужно вам — то вдруг, подумал я, та самая статья, которую вы сейчас читаете, тоже часть плана?

Полную версию колонки Питера Померанцева читайте на сайте The Guardian

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: