17 октября 2017, вторник

Как заставить Путина отпустить Савченко, - российский политолог

Борис Вишневский: О давлении на суд можно было бы говорить, если бы происходящее являлось судом, а не расправой

Борис Вишневский: О давлении на суд можно было бы говорить, если бы происходящее являлось судом, а не расправой

Усилия по освобождению Савченко будут эффективными только в одном случае: если Путин убедится, что минусы от расправы над Надеждой радикально перевесят плюсы

Сегодня суд в городе Донецке Ростовской области будет выносить решение по делу Надежды Савченко, - пишет российский политолог Борис Вишневский в своем блоге для «Эха Москвы».

Обращения в ее защиту множатся — как в России, так и за ее пределами.  Правда, хватает и обвинителей. Таких, как питерские «лимоновцы» (давно ставшие верными союзниками Путина в необъявленной войне с Украиной), пожелавшие Савченко «гореть в аду». И таких, как рупор российского МИДа Мария Захарова (ах, как блистательно умел сажать ее в лужу покойный Георгий Ильич Мирский!), упрекающая госсекретаря США Джона Керри в «давлении на суд» за призыв освободить Савченко, и уверяющая, что ее случай якобы не имеет отношения к Минским соглашениям.

Призыв к милосердию обращен к тому, кто практически никогда его не проявлял

Во-первых, имеет: в Минских соглашениях прямо сказано, что надо «обеспечить освобождение и обмен всех заложников и незаконно удерживаемых лиц на основе принципа «всех на всех». Гражданка Украины и военнослужащая украинской армии Савченко, похищенная и вывезенная в Россию, удерживается незаконно и по факту является именно заложником.

А во-вторых, о давлении на суд можно было бы говорить, если бы происходящее в Ростовской области являлось судом, а не расправой. Если бы суд оценивал доказательства, а не отвергал бы все, не укладывающееся в концепцию обвинения. Если бы суд в состязательном процессе, с вызовом всех необходимых свидетелей, выносил приговор по закону, а не стремился оформить заранее указанное решение.

Конечно, это не первый суд такого рода в России. Так же судили узников Болотной, Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, Максима Петлина и «Пусси райот», Алексея Навального и Петра Офицерова, Евгения Витишко и Ильдара Дадина, Олега Сенцова и Александра Кольченко, и множество других. Но по уровню цинизма, жестокости и пренебрежения законом «дело Савченко» выделяется из очень многих.

И не надо иллюзий: судьбу Савченко решает вовсе не Донецкий городской суд.  Ее решает один человек, и мы его знаем. Его просят проявить милосердие.

Но призыв к милосердию обращен к тому, кто практически никогда его не проявлял. Освобождение Ходорковского (после десяти лет за решеткой) — не акт милосердия, а чистый прагматизм в преддверии Олимпиады.

Призыв обращен к тому, кто считает своим достоинством нежелание признавать и исправлять ошибки (его пропагандисты называют это «не поддаваться давлению»).  Призыв обращен к тому, кто подписал «закон подлецов», обрекающий на безысходное существование (а то и на гибель) детей, лишенных возможности иностранного усыновления.  Призыв обращен к тому, кто отказался дать Масхадову шанс спасти детей в Беслане — вместо этого начался штурм.

Усилия по освобождению Савченко будут эффективными только в одном случае: если он убедится, что минусы от расправы над Надеждой, — для него лично и для его ближайшего окружения, — радикально перевесят плюсы.

И это относится не только к «делу Савченко».

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: