19 декабря 2017, вторник

Россия и ее главный страх. Американский журналист – о том, как Путин стал президентом

Дэвид Сэттер: Недавно назначенный премьер России Владимир Путин идеально поймал настроения людей, а именно их жажду мести
obzor.press

Дэвид Сэттер: Недавно назначенный премьер России Владимир Путин идеально поймал настроения людей, а именно их жажду мести

12 дней осени 1999-го, изменившие в России все

«Летом 1999 года, когда эпоха Ельцина подходила к концу, верхушка российской власти тряслась не только за свою свободу, но и за жизнь», – пишет американский журналист, старший научный сотрудник Института Хадсона и научный сотрудник Университета Джонса Хопкинса Дэвид Сэттер в колонке для The American Interest.

В стране наметились первые признаки экономического подъема, но большинство граждан по-прежнему жили в нищете и месяцами ждали зарплату, продолжает автор. Окружение Ельцина, широко ненавидимое населением за причастность к разграблению страны, все больше изолировалось. По мнению тех, у кого был доступ к кремлевскому руководству, первые лица ельцинской "семьи" - Татьяна Дьяченко, дочь президента, Борис Березовский, самый богатый человек страны и ее близкий советник, а также Валентин Юмашев, член Совета безопасности и будущий муж Дьяченко, жили в страхе жестокой расплаты. Россияне в свою очередь были убеждены, что они никогда не откажутся от власти.

Но 12 дней осени (4-16 сентября) того же года все изменили, отмечает колумнист. В те дни один за другим были взорваны четыре многоквартирных дома в Москве, Буйнакске и Волгодонске. Горячая полемика вокруг коррупции и приватизации, не прекращавшаяся в России, вдруг будто испарилась. Восемь лет постсоветской истории России отошли на второй план, уступив место шокирующим снимкам тел, вытащенных из-под обломков взорванных домов.

Незадолго до передачи власти первые лица ельцинской "семьи" жили в страхе 

Недавно назначенный премьер-министр России Владимир Путин идеально поймал настроения людей, а именно их жажду мести. 24 сентября он сказал: "Мы будем преследовать террористов везде. В аэропорту — в аэропорту. Вы уж меня извините, если в туалете поймаем, мы в сортире их и замочим, в конце концов. Всё, вопрос закрыт окончательно".

Появились сообщения от официальных лиц, что во взрывах прослеживается «чеченский след». «Формулировка необычна – не доказательство, а «след», - подчеркивает Сэттер. Чеченцы отрицали свое отношение к взрывам. Никаких доказательств их причастности к тем событиям никто так и не предоставил. Но российские войска уже воевали с чеченскими боевиками в Дагестане, а страна отчаянно искала виновных. И если раньше россияне были против дальнейшего втягивания страны в чеченскую войну, пишет журналист, то после взрывов домов их мнение изменилось – теперь они были готовы ко всему.

«Тем роковым летом я общался с одним из российских чиновников, близким к верхушке власти, - рассказывает колумнист. - Во время встречи он признал, что Кремль все больше боится потерять власть. Более того, есть основания полагать, что Москва станет местом проведения большой провокации. По его словам, речь шла о безопасности Ельцина и его семьи в случае передачи власти. Если не будет решения по срокам, "они взорвут половину Москвы".

В 9:40 часов вечера 4 сентября прогремел взрыв в Буйнакске, втором по величине городе Дагестана. Взрыв уничтожил пятиэтажное жилое здание, где проживали семьи военнослужащих 136-й мотострелковой бригады.

События в Буйнакске, хотя и были важными, однако они были не столь ошеломляющими, ведь город находился в зоне боевых действий. 9 сентября террористы ударили снова, на этот раз - по Москве. Вскоре после полуночи в подвале девятиэтажного жилого дома № 19 по улице Гурьянова произошёл взрыв, рассказывает журналист. 13 сентября, через четыре дня после взрыва на улице Гурьянова, в Москве произошел еще один взрыв - на Каширском шоссе, 6.  Девятиэтажный кирпичный жилой дом превратился в груды щебня.

Столицу России охватил страх. Каждый жилой дом города (а их было 30 тыс.) проверяли на наличие взрывчатых веществ. Жители организовывали патрули. В полицию приходили тысячи сообщений о подозрительной деятельности. 16 сентября террор распространился дальше. Пока в Москве продолжали хоронить погибших, произошел взрыв в Волгодонске на юге России.

«В декабре 1999 года в России состоялись парламентские выборы. Растущая общественная поддержка Путина и новая война в Чечне преобразовали политический ландшафт страны», - продолжает автор. Партия «Единство», созданная по совету Березовского и не имевшая другой платформы, кроме поддержки Путина, одержала поразительный успех. Если при Ельцине властный президент столкнулся с оппозиционным парламентом, то теперь пропутинские силы получили прочное большинство в парламенте. Политической базы для оппозиции больше не было, отмечает Сэттер.

В канун Нового года Ельцин ушел в отставку, а Путин, которого еще пару месяцев назад практически никто не знал,  стал президентом, пройдя соответствующую церемонию в Кремле. Новоназначенный глава государства получил ядерные коды и издал указ о предоставлении Ельцину пожизненного иммунитета от судебного преследования.

Перевод НВ

Полную версию колонки Дэвида Сэттера читайте на The American Interest

Больше мнений здесь

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: