22 октября 2017, воскресенье

Я увольняюсь. Почему мы постоянно меняем работу, – американский профессор

Илана Гершон: Склонность к смене работы меняет природу того, что значит быть коллегами

Илана Гершон: Склонность к смене работы меняет природу того, что значит быть коллегами

Профессор антропологии Илана Гершон в колонке для Aeon.co пишет о том, как изменения в экономике заставили людей регулярно искать работу

В 90-х новая социальная философия – неолиберализм – начала менять общество, в том числе характер занятости, на что пришлось реагировать консультантам и бизнес-авторам. Советский Союз недавно распался, и многие марксисты пытались применить свои идеи во всех сферах жизни, а триумфующие американские экономисты спешили развить ультра-индивидуалистские идеи Фридриха Хайека, Милтона Фридмана и других (...)

Хайек (1899-1992) был влиятельным австрийским экономистом, опиравшимся на убеждение, что лучший способ строить мир предлагает рынок. Сегодня многие разделяют это убеждение, что отчасти связано с влиянием Хайека и его последователей. Во времена, когда Хайек и его приспешники начали предлагать свои идеи, это была эксцентричная позиция меньшинства. Для сторонников Хайека централизованное экономическое планирование, характерное как для коммунизма, так и для фашизма – было рецептом катастрофы. Экономист полагал, что люди слишком несовершенны, чтобы успешно планировать сложную современную экономику. Один человек или даже группа людей никогда не могли грамотно справиться со сложностями современной экономической системы. Учитывая человеческую ограниченность, освобождение рынка для организации масштабного производства и распространения стало лучшим возможным курсом.

Хайек понимал, что естественным способом рынки не появляются, что их строят продавцы, покупатели и юристы. После появления рынок склонен к монополизму и другим бизнес-практикам, мешающим созданию самого игрового поля. Так что рынки не могут существовать в условиях саморегуляции – законы и правительство необходимы. На самом деле это – основная причина, по которой должна существовать власть – чтобы обеспечить нормальное функционирование рынка. Власти не могут поставлять гражданам такие услуги, как общественный транспорт или почта: Хайек считал, что частные предприниматели с этим справятся гораздо лучше. Кроме того, власти не должны предоставлять гражданам социальное обеспечение, потому что пособия подрывают схему рыночного распределения ценностей и требует центрального планирования. Вместо этого, власти должны сосредоточиться на том, чтобы хорошо организовать рынок, поддерживать его функционирование, поощрять конкуренцию и, таким образом, способствовать инновациям. Поскольку цель – конкуренция на рынке, крайне нежелательным было и беспорядочное его ограничение посредством тарифов или другой националистичной стратегии подрыва глобального рынка. А Хайек хотел глобальный рынок (...).

Он понял, что фундаментом такого рынка должны стать люди специфического нового типа(...).

Вдохновившись идеями таких экономистов, как лауреат Нобелевской премии Гэри Беккера, бизнес-авторы начали говорить о том, что людям пора задуматься над тем, чтобы инвестировать в себя, рассматривать себя как актив, ценность которого определит рынок (...).

Философия Хайека заставила людей думать о себе как о предприятии Я. Inc

Идеи того, что рядовые работники должны рассматривать себя как бизнес начали развиваться одновременно с изменением способа определения ценности компании. Не так давно бизнесмены считали, что компания должна предлагать большой набор привилегий для многих участников – руководителям, сотрудникам, местному сообществу, акционерам. Большая часть из них были долгосрочными.

Но поскольку рыночная стоимость стала важнее других ценных особенностей компании, ориентация на краткосрочные интересы акционеров стала перевешивать другие дела и отношения. Квартальный заработок и стоимость акций стали единственным мерилом успеха (...).

В целом, чтобы удерживать стоимость акций, компании не просто хотят платить сотрудникам как можно меньше, у них должно быть столько временной рабочей силы, сколько может позволить их бизнес. Чем меньше востребована рабочая сила, тем проще расширять и сокращать ее объемы в зависимости от краткосрочных задач. Доминирование показателей рынка и акционеров настолько сократило затраты, в том числе на сотрудников, насколько позволяют требования к конкретному производству. Подобная организация работы обесценила идею верности.

Теперь компаниям нужно было максимально освободить себя от долгосрочных обязательств, таких как пенсии или другие виды стимулирования работников. Более ценными стали те подчиненные, кто работает часами, зачастую интенсивно, чтобы закончить краткосрочные проекты. И хотя компании редко говорят об этом вслух, на практике им нужны люди, которых легко и без шума можно отпустить, и которые не ждут долгосрочных обязательств от своих нанимателей. Но верность – улица с двусторонним движением: сделав работу краткосрочной и свободной от обязательств, работодатели заставили многих искать такую же проектную работу. Так что компания начинает нанимать "увольняющихся" (job-quitter).

Хорошей считалась та работа, которая давала хорошую зарплату, льготы и так далее. Сейчас это та, что подготовит человека к его следующей работе.

Исполнительный директор компании Я. Inc стал "увольняющимся" по хорошей причине – мир бизнеса согласился с идеями Хайека, что оценка рынка – это лучшая мера ценности. В результате карьера теперь – список рабочих мест в разных компаниях. Наемные рабочие реагируют вполне естественно, думают, как построить карьеру в мире, где от работодателей мало чего можно ожидать. В обществе, где правит рынок, единственный способ наемному рабочему выяснить свою цену – это искать новую работу, и увольняться со старой, получив ее (...).

Работа может стать местом получения новых навыков, которые можно будет использовать в будущем. Или это может быть работа в компании с достаточно хорошей репутацией, чтобы другие компании хотели нанять их сотрудников. При этом не очень хорошо, если все что вы узнаете – слишком специфические знания, необходимые только в одной компании (...).

Если коротко – работа становится хорошей, если приведет вас на другую работу, скорей всего в другой компании или организации. Теперь вы выбираете работу по тому, насколько полезным для вас может быть уход оттуда.

Во многом расчет на увольнение меняет поведение на работе. Быть хорошим менеджером сегодня, значит, помогать людям получить навыки, которые позволят им уйти на лучшее место в другой компании (...)

Кроме того, если ваша цель получить работу где-нибудь в другом месте, не все рабочие проекты одинаково ценны. Работники должны маневрировать, чтобы получить задания и проекты, которые приведут их в нужное место. И им нужно избегать задач, которые либо слишком специфичны для компании, либо связаны с вопросами интеллектуальной собственности (...)

Еще склонность к смене работы меняет природу того, что значит быть коллегами. И не просто из-за махинаций с тем, кто какую работу делает. Экономика для людей, не задерживающихся на одном рабочем месте, предложила причину, по которой отношения с коллегами стали особенно важны. Теперь, когда нет причин подолгу работать на одном месте, люди в компаниях часто меняются. В результате, у тех работников, которые продвигались вперед, впечатляя менеджеров стабильностью, самоотверженностью и добросовестностью, больше нет времени на создание благодарной аудитории и они больше не могут стабильно двигаться наверх. Если их ценят коллеги, то когда придет время искать следующую работу, у них может появиться поддержка в другой компании. В конце концов, все работают в одних экономических условиях и все это знают, что создает стимул ладить с коллегами. Сегодня, когда на каждую вакансию слишком много претендентов, союзник, который уже работает в интересующей вас компании, может все изменить (...)

Когда человек начинает представлять свою жизнь через призму постоянных увольнений, меняется его отношение к работе. Когда компании решили избавиться от лояльности со стороны сотрудников, бизнес нашел новый способ помочь сотрудникам сохранить эмоциональную привязанность к работе – люди должны испытывать страсть к этой деятельности и работать тяжело (...)

Но эта страсть, которую должен чувствовать работник, ограничена рабочими задачами или изучением определенных навыков. Люди не должны стремиться к работе с определенными людьми или жаждать улучшения репутации в определенной компании. Страсть зарезервирована за задачами, которые человек делает или учиться делать. Неудивительно, что специфические проблемы рынка, которые человек жаждет решать – обычно типично сразу для нескольких компаний на этом рынке. В существующих условиях работа ради страсти –  значит сосредоточенность на задаче, а не на компании. Это делает наемных сотрудников мобильнее (...)

Философия Хайека заставила людей думать о себе как о предприятии Я. Inc, а чтобы неолиберальный мир жил, исполнительный директор компании Я. Inc должен быть человеком, который все время бросает работу.

Перевод НВ

Полную версию текста читайте на Aeon.co

Новое Время приглашает на лекции наших известных колумнистов Диалоги о будущем. Подробная программа здесь

Присоединяйтесь к нашему телеграм-каналу   Мнения Нового Времени


 

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: