4 декабря 2016, воскресенье

Российский журналист рассказал, как строили мертвую и уродливую «святую Русь»

Александр Невзоров: Идеология переваривает, перекрашивает и переставляет события, чтобы смастерить из них обоснования для, национальных или территориальных притязаний

Александр Невзоров: Идеология переваривает, перекрашивает и переставляет события, чтобы смастерить из них обоснования для, национальных или территориальных притязаний

«Если попытаться на лжи что-нибудь построить, то мы получим что-нибудь столь же мертвое и уродливое, как нынешняя «Святая Русь» в исполнении Гундяева — Мизулиной», - пишет российский журналист Александр Невзоров в своей колонке для Сноб.ру

(…) Почему история никого и ничему не учит? По одной-единственной причине: она не является наукой. Она не предлагает знания, базируясь на котором можно было исправлять то, что Иван Петрович Павлов называл «мерзостью межлюдских отношений».

А теперь давайте вспомним, что история вообще существует лишь потому, что является самым надежным способом исказить прошлое.

У прошлого есть характерная черта. Оно всегда не такое, как «надо». И оно полностью беззащитно. С ним можно вытворять все что угодно.

Конечно, само по себе время — это кривая и мутная линза. Но на его окривляющие возможности не всегда можно положиться. Оно не позволяет в «аккурат» приспособить прошлое для нужд той или иной идеологии, а никакого иного предназначения, кроме идеологического, у прошлого нет и никогда не было.

У прошлого есть характерная черта. Оно всегда не такое, как «надо». И оно полностью беззащитно. С ним можно вытворять все что угодно

Посему за дело берутся мастера-историографы, умеющие героизировать одних и опустить других, что-то раздуть, что-то минимизировать, что-то забыть, а что-то и сочинить. В результате история всегда достается потомкам в тщательно и умело перевранном виде. Идеологии сменяются — и перевранное перевирается еще много-много раз.

Ложь — восхитительная штука. Она пригодна для постройки очень эффектных смысловых конструкций и чудесных забав. Но у нее есть один маленький недостаток: она не является знанием. Если попытаться на ней или из нее что-нибудь построить, то мы получим что-нибудь столь же мертвое и уродливое, как нынешняя «Святая Русь» в исполнении Гундяева — Мизулиной.

Конечно, есть набор декоративных мелочей, подвластных дендрохронологии, металловедению или радиоуглеродному анализу. А также «подливы из клюквы», количество пуговиц на кальсонах Наполеона или говяжьи глаза, которые так любил Потемкин. Но эти мелочи не увязываются ни в какую систему и не способны ответить ни на один принципиальный вопрос о прошлом.

Историки, конечно, очень любят эти мелочи. Но следует помнить, что их чувства сродни пристрастию папуаса к нанизыванию цветных ракушек на веревку. Конечно, из них можно сделать ожерелье и сплясать вокруг костра какой-нибудь конференции. Но на большее эти мелочи непригодны.

Все это сильно напоминает производство растительного масла. Первый «отжим» жизни поколений представляет собой практические навыки и наблюдения. Их властно забирает себе наука, которая копит их и переплавляет по своему усмотрению. Позже она делает из этого «отжима» мобильные телефоны, ракеты и коллайдеры.

Второй «отжим» берет себе идеология. Он состоит из различной героики, а также образчиков злобы и романтики. Идеология перемешивает, переваривает, перекрашивает и переставляет события, чтобы смастерить из них обоснования для династических, национальных или территориальных притязаний, а также различные фашизмы-коммунизмы-нацизмы.

В результате этих двух мощных отжимов, разумеется, остается пустой жмых, который идет на корм различным филологам, романистам и… историкам. Они увлеченно жуют его, уверенные, что заняты исключительно важным делом.

Полную версию колонки Александра Невзорова читайте на Сноб.ру

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Мы рекомендуем ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: