8 декабря 2016, четверг

Азовнаш: как в начале лета добровольцы восстановили контроль над Мариуполем

Еще три месяца назад стало ясно: Приазовье - это Украина
Фото: Osman Karimov / Reuters

Еще три месяца назад стало ясно: Приазовье - это Украина

В разгар боев в Приазовье НВ решило вспомнить репортаж, который поместило на обложку 20 июня, - как разношерстная группа молодых людей под названием добровольческий батальон Азов взяла на себя функции армии и восстановила контроль над Мариуполем

13 июня на рассвете я присоединился к подразделению украинских войск, принимавшем участие в освобождении от пророссийских боевиков Мариуполя — индустриального города Донецкой области. В апреле сепаратисты вытеснили отсюда силы Национальной гвардии Украины, а глава местной милиции был убит. Украинцы верят, что возобновление контроля над Мариуполем станет поворотной точкой в борьбе против Москвы, стремящейся аннексировать восточные регионы страны.

Операцию возглавил батальон Азов — добровольное подразделение преимущественно русскоязычных украинцев из восточных областей страны.

Батальон численностью в 400 человек состоит из солдат украинской армии, Нацгвардии, различных добровольческих подразделений и подчиняется командованию правительственной антитеррористической операции (АТО).

На подступах к войне

Я приехал в батальон Азов за 10 дней до начала мариупольской операции — как только узнал о ее подготовке. До 13 июня все попытки восстановить контроль над городом проваливались в силу некомпетентности украинского правительства и лучшей оснащенности и подготовленности пророссийских формирований.

Я встретился с представителями Азова в киевском штабе батальона, когда 52 новобранца приносили присягу на верность Украине, чтобы отправиться в 15‑часовой путь в Бердянск. Этот город расположен на берегу Азовского моря, давшего имя подразделению.

Большинству добровольцев нет и 30 лет, у многих из них отсутствует армейский опыт, если не считать трехнедельной подготовки на базах украинской армии и Нацгвардии. Три четверти бойцов — русскоязычные выходцы с востока Украины. Многие члены батальона участвовали в трехмесячных акциях протеста на Майдане против бывшего президента страны Виктора Януковича.

После аннексии Крыма Российской Федерацией огромное количество тех, кто участвовал в уличных противостояниях, немедленно присоединилось к украинской армии, Национальной гвардии и другим добровольческим объединениям.

Одним из таких формирований стал батальон Азов. В него в основном пошли те, кто симпатизирует правым партиям ВО Свобода и Правый сектор и Радикальной партии Олега Ляшко.

Так как значительная часть бойцов родом из восточной Украины, многие из них носят балаклавы. Они боятся за свои семьи, ведь те зачастую живут в подконтрольных сепаратистам районах. По этой же причине бойцы используют в общении не настоящие имена, а клички.

Байда, 23‑летний парень из Харькова, говорит, что его родители — типичные представители советской системы, а сам он родился в 1991 году, когда Украина обрела независимость. “В моем воспитании не было ничего патриотичного — в наших школах учились по советским учебникам. Тем не менее благодаря книжкам и интернету я узнавал правду. Я идеалист. Я стал политически сознательным и патриотом не по какой‑то конкретной причине — это случилось довольно естественно. Теперь судьба предоставила всем нам возможность стать героями Украины”,— рассказывает боец.

Он принимал участие в харьковских демонстрациях: “Иногда нас выходило до 50 тыс. Мы участвовали в уличных драках против людей, засланных из России для провокаций. Мы показывали им, что Харьков — украинский город”.

Когда РФ начала вести агрессивную политику против Украины, Байда с друзьями решил, что будет полномасштабная война. Поначалу они планировали присоединиться к армии или Нацгвардии. “Но у нас появилась возможность организовать батальон добровольцев, а это гораздо эффективней любого подразделения МВД или армии. Я был одним из первых, кто в него вступил”,— говорит он.

Байда объясняет, что оружие и обмундирование купили на деньги, пожертвованные обычными людьми. Тренировались в полях, лесах и даже в городских условиях. “Страха больше нет. Мы все думали, что будем бояться, но остаемся спокойны. Мы знаем, что нас ждет, и готовы ко всему”,— говорит харьковчанин.

Как это обычно бывает в подобных случаях, многие бойцы кажутся слишком юными, чтобы рисковать собственными жизнями. Теодор из Луцка использует боевую кличку Айкр. Ради батальона он приостановил учебу на юридическом факультете. “Когда кто‑то нападает на твою родину, нужно бороться. Когда‑то россияне принесли сюда коммунизм и привели НКВД, целью которого было уничтожение украинской идентичности и памяти, языка, культуры, истории, они хотели стереть с лица земли сам факт существования Украины и построить на руинах коммунизм. Теперь Путин пытается сделать нечто подобное с целью создать Российскую империю. Ни один нормальный человек не может этого стерпеть”,— объясняет он.

Отправляясь на службу в батальон 24 мая, Теодор предложил своей девушке, с которой встречается уже год, пожениться. Она согласилась. И хотя отговорить жениха от вступления в батальон не пыталась, слез не скрывала. Он успокаивал невесту: мол, сразу оружия не дадут и в бой не отправят. Вначале будет подготовка, и, если ее не выдержишь, на войну не пошлют. “Я пришел сюда не умирать, я пришел бороться за будущее своей страны, чтобы нашим детям не пришлось жить в прогнившем обществе”,— эти слова он тоже сказал своей невесте.

Кроме украинцев, в батальоне есть и иностранцы, в том числе трое шведов, один итальянец и больше дюжины россиян. Никто не получает денег. Шведы и итальянец объяснили свое участие интересом к Украине, возникшим после просмотра репортажей с зимних демонстраций.
Россияне говорят, что не могут воевать за свободу в нынешней России, поэтому борются за свои идеалы в Украине и надеются, что украинская революция вдохновит российскую оппозицию. У двоих шведов и нескольких россиян есть военный опыт, поэтому они помогали тренировать батальон.

На базе царит строгая армейская дисциплина, и каждый день начинается с построения в полном обмундировании, состоящем из формы черного цвета, бронежилетов и шлемов. Большинство вооружены автоматами Калашникова, у кое‑кого есть снайперские винтовки, пулеметы и ручные противотанковые гранатометы (РПГ).

Зеленый КамАЗ ежедневно возит часть батальона на стрельбище, где бойцы учатся обращаться с оружием. Азовцы постарше, имеющие за плечами военный опыт, учат младших коллег техникам маскировки, методам ведения ближнего боя, использованию холодного оружия, приборов ночного видения, противогазов и основам рукопашного боя.

Наблюдая такую впечатляющую программу подготовки, я все же не был уверен в том, что батальон готов к своей первой битве. Но мы уже садились в военные грузовики на нашей базе, что в 100 км от мариупольского аэропорта. Оттуда мы должны были атаковать город на следующий день.

В кузовах переполненных грузовиков все ехали стоя. Многие выглядели слишком молодыми, чтобы идти в бой, но на лицах читалась уверенность. Не было и следа страха.

Аэропорт закрыт для полетов, но находится под контролем украинских военных. Наш транспорт паркуется на взлетной полосе. Мы ужинаем ужасного качества мясными и рыбными консервами и безвкусным печеньем и идем спать на твердом и холодном полу аэровокзала.

В городе

Наш сон прерывается в полтретьего утра. Собираемся у машин, не позавтракав и даже не выпив чего‑то согревающего. За ночь к нам присоединились еще несколько подразделений. Мы обматываем предплечья оранжевой клейкой лентой, чтобы идентифицировать друг друга. Находящийся тут же политик Олег Ляшко обращается к собравшимся и обещает присоединиться к бою.

Мы грузимся на машины и отправляемся к окраинам Мариуполя. Впереди колонны идет авто, которое члены батальона прозвали своим секретным оружием,— это бывший самосвал с наваренной на него броней из сотен стальных прутьев.

Ветровые стекла тоже сплошь бронированы — оставлены лишь небольшие прорези для ориентации на уровне глаз водителя и пассажира. В кузове на полу закрепили 12,7‑миллиметровый крупнокалиберный пулемет Утес. Вся эта конструкция походит на машину из фантастического фильма 1980‑х Безумный Макс.

Мы двигаемся по пустынному шоссе, напряжение ощутимо растет. Тихо переговариваются между собой бойцы, никто не отпускает шуточки, как это происходит обычно. По лицам видно, что парни ушли глубоко в собственные мысли, думаю, они размышляли о своих семьях и смерти. Со мной уже случалось нечто подобное, а вот большинство моих попутчиков никогда не бывали в бою.

Некоторые воины постарше служили в Афганистане. Другие украинские патриоты были добровольцами в грузинских войсках в ходе войн против России в 1990‑х и 2008‑м. Кое-кто боролся против россиян вместе с чеченцами в 1990‑х и с горечью говорит о чеченских наемниках, засланных Москвой на территорию Украины, чтобы вместе с остальными “добровольцами” поддерживать сепаратистов.

Мы обнаружили, что сепаратисты, встревоженные нашими передвижениями ночью, покинули баррикады из бетонных блоков, шин и колючей проволоки на окраинах города.
С тревогой осматривая крыши стоящих вдоль дороги домов, мы добрались до центра города — к перекрестку у отеля Спартак. Как только мы сошли с грузовиков, выпущенный из ручного гранатомета снаряд взорвался в нескольких метрах от одной из наших машин. Взрыв едва не лишил руки одного из бойцов батальона, вспоров ему вену.

За этим последовал еще один взрыв и началась стрельба, так что нам пришлось рассредоточиться в поисках укрытий. Группа, к которой примкнул я, спряталась за стеной напротив отеля. В ста метрах от нас, за углом, находилась другая баррикада из бетонных блоков и проволоки, которая оказалась главным защитным пунктом сепаратистов.

Напряженная перестрелка длилась более трех часов. Каждый, кто участвует в бое, вероятно, ощущает, что именно он находится в самой горячей точке и что каждая пуля летит в него. Я находился с одной группой в течение всей битвы, но знаю, что то же самое происходило в других частях города.

Командир батальона Андрей Билецкий, высокий бородатый мужчина, был вместе с нашей группой в 30 бойцов. Он указывал, какие огневые точки занимать и куда перемещаться. Говорил, какое оружие — автоматы Калашникова, пулеметы с ленточным питанием или РПГ — использовать и когда. С помощью радиоприемника следил за происходящим в других горячих точках и координировал действия.

Бронированный самосвал трижды появлялся из улицы, перпендикулярной той, где обосновались палившие по нам сепаратисты. Пока он обстреливал забаррикадировавшихся боевиков, члены батальона продвигались вверх по улице, стреляя по врагу. Группа, которой я держался, прокладывала путь к позициям сепаратистов через задние дворы близлежащих домов. Один из бойцов, Сергей, бывший милиционер из Крыма, отказавшийся присягнуть российским властям после аннексии полуострова, получил небольшое ранение в правый висок. Когда рану перебинтовали, он отдохнул минут 20 и вновь пошел в бой.

Наша группа медленно продвигалась в направлении баррикады сепаратистов. Двое бойцов выпустили четыре гранаты из РПГ по банку, также занятому боевиками. Остальные группы украинских воинов приближались к баррикаде с других сторон.

Стрельба становилась прерывистой и в конце концов прекратилась. Каждый осторожно подходил к баррикаде. На улицах лежали тела — украинские силы сообщали по меньшей мере о 7 убитых и 12 захваченных сепаратистах. Остальным удалось сбежать.

В течение боя на улицах не было гражданского населения, но когда украинские силы заняли город, местные стали выходить, приветствуя бойцов и предлагая им воду. Иногда вдалеке раздавались взрывы. Тогда группы солдат отправлялись выяснить, что там происходит.

Ляшко в черной униформе и с двумя пистолетами вел одну из таких групп. В подвале дома они нашли пять сепаратистов-автоматчиков, которые отказывались выходить до тех пор, пока украинцы не пригрозили бросить туда гранату. Пленных передали милиции, Ляшко предупредил, что их ожидает 15 лет тюрьмы за терроризм.

Для него главная радость — что местные жители не поддерживают сепаратистов. “Они увидели, как действует бандитская Донецкая Народная Республика, воруя и мародерствуя. Люди здесь приветствуют нас”,— говорит он и ставит точку в беседе: — Мы обязаны работать с местными жителями, чтобы быть уверенными в том, что террористы не вернутся”.

Радость победы была омрачена ранним утром следующего дня, когда бойцы батальона узнали о сбитом в луганском аэропорту транспортном самолете, вследствие чего погибли 49 находившихся на борту украинских солдат.

Источник в украинском Минобороны сообщил, что в самолет попали две ракеты, выпущенные из переносных зенитно-ракетных комплексов Игла. В правительстве считают, что такими комплексами сепаратистов обеспечивает Кремль, как и другим оружием, включая три танка. Съемка с космических спутников НАТО подтверждает, что они выдвинулись на территорию Украины с российской базы в Ростове-на-Дону.

Ту же Иглу сепаратисты использовали ранее для того, чтобы сбить три украинских вертолета и небольшой транспортный самолет. Капитан, прежде служивший в российских военно-воздушных силах, а теперь вступивший в ряды украинских добровольцев, говорит: “Кто вообще додумался дать приказ самолету лететь в Луганск, в то время как всем известно, что большая часть города занята вооруженными зенитными установками террористами? Такой транспорт должен быть использован, чтобы перебрасывать людей и оружие ближе к фронту, но не в саму зону конфликта. Это или сумасшествие, или предательство”.

В то время как 49 военных на борту самолета погибли, четыре бойца батальона Азов получили лишь легкие ранения в Мариуполе. На следующий день стало ясно, что член батальона, получивший наиболее серьезные ранения, выживет, несмотря на серьезную потерю крови.

Богдан, 23‑летний боец батальона из оккупированного террористами Луганска, надеется, что он будет одним из тех украинцев, которые освободят его родной город. “Я надеюсь, что это начало освобождения всех городов, взятых под контроль сепаратистами. Я хочу, чтобы именно наш батальон отбил Луганск у террористов”.

Пока же президент Петр Порошенко приветствует восстановление контроля над Мариуполем и временно делает город столицей Донецкой области. Сам Донецк все еще находится в руках сепаратистов.
Аскольд Крушельницкий — британский военный корреспондент, работал в Афганистане, бывшей Югославии, Ливии, сотрудничает с изданиями Sunday Times, Foreign Policy, The Independent, Chicago Tribune

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: