11 декабря 2016, воскресенье

Теплое место. Украинские рекламщики и топ-менеджеры уезжают строить карьеру в развивающийся Казахстан

Теплое место. Украинские рекламщики и топ-менеджеры уезжают строить карьеру в развивающийся Казахстан
DR
Украинские менеджеры высшего и среднего звена, финансисты, инженеры и рекламисты уезжают в Казахстан строить карьеру

Высокие зарплаты, быстрорастущая экономика и наличие приличных вакансий — что еще нужно, чтобы встретить сытость? 

Два года назад супруги Жанна и Тарас Пархоменко, топ-менеджеры украинского телекоммуникационного гиганта — компании Киевстар, получили улетное предложение: работу в Казахстане. Вот они вместе и улетели. Тарас возглавил телекоммуникационную компанию КаР-Тел (ТМ Beeline), а Жанна получила работу в крупнейшей в Казахстане инвестиционной группе Верный капитал.

Их примеру уже последовало достаточно много украинцев, еще больше желают повторить этот путь. “Не проходит и недели, чтобы ко мне не пришел запрос [из Украины]: “Мы бы хотели работать в Казахстане”,— рассказывает Жанна.

Татьяна Никитович, директор киевской рекрутинговой компании Smart Solutions, открывшая несколько лет назад свое представительство в Астане и Москве, также ощущает новое веяние. Оценивая ситуацию по офисам своей компании, она говорит: в Украине вакансии нужно выискивать, в России тоже очень сильно просел рынок труда. “А в Казахстане вакансий много, и им все время нужны сотрудники. Там выше уровень зарплат. Стабильней экономика”,— заключает Никитович.


Супруги Жанна и Тарас Пархоменко, топ-менеджеры компании Киевстар, получили улетное предложение: работу в Казахстане / DR
Жанна и Тарас Пархоменко на центральном проспекте Астаны. Разноцветные лошадки символизируют многонациональную палитру республики / DR


Промпроизводство, торговля, строительство, услуги транспорта и связи — все эти отрасли казахской экономики росли в период глобального кризиса. Растут они и сейчас — в период кризиса регионального. В отличие от российского рубля и украинской гривны, местный тенге не знает слова девальвация. Уровень казахской инфляции в нынешнем году — самый низкий за всю историю независимости республики:3,9 %. Для сравнения: прогноз годовой инфляции от Нацбанка Украины на 2015‑й — 47 %.

Досым Сатпаев, директор алматинской компании Группа оценки рисков, говорит: казахский рынок развивается настолько быстро, что подготовка специалистов под его нынешние потребности за ним не поспевает. “Определенные ниши на рынке труда Казахстана пока свободны,— рассказывает Сатпаев.— Их пока и заполняют иностранные граждане”.

Напиример, в казахском Beeline 2.000 сотрудников — помимо казахов, тут работают представители 27 национальностей. Рабочий язык здесь, как и во многих компаниях,— русский. Его знание в казахских условиях — это хоть и слабое, но все же конкурентное преимущество перед “легионерами” с Запада.

Восточный экспресс

Украинец Евгений Пахомов c начала 2014‑го трудится маркетинг-директором местной телекоммуникационной компании Kcell. Переезд на работу в Казахстан совпал с кровавыми событиями на киевском Майдане.

А до этого в Украине произошло неслыханное замирание деловой активности.

На тот момент Пахомов работал директором креативного агентства Сахар. “Когда практически все контракты закончились, денег не поступало, я стал смотреть по сторонам”,— рассказывает он. Но картинка не напоминала мармелад. На улице в один момент оказалось очень много незанятых специалистов.

И все же кто ищет, того всегда найдут. В это время компания Kcell подбирала персонал, и им очень нужен был опытный маркетолог. О чем казахи и сообщили украинцу в письме. “Я прошел несколько собеседований по скайпу,— вспоминает Пахомов.— И уже в феврале был в Алматы, где я повстречался практически со всем топ-менеджментом. Они эту позицию не могли закрыть достаточно долго. Около полугода”.

Об уровне своих доходов или доходов своих коллег он предпочитает не распространяться. Однако подтверждает, что например жалование креативного директора крупного рекламного агентства не ниже $5 тыс.

Ближайшие годы станут временем глобальных испытаний, - Нурсултан Назарбаев, президент Казахстана

А вот Никитович из Smart Solutions рассказывает, как выглядит традиционное зарплатное меню в казахских компаниях по данным ее клиентов: руководитель направления фармацевтической компании — $2,5–3 тыс. в месяц, финдиректор — $3–3,5 тыс., юрист — от $1,5 тыс.

Также она говорит, что совсем недавно наблюдался большой спрос на украинских инженеров из горнодобывающей отрасли. Казахские рекруты довольно тщательно прошерстили Центральную и Восточную Украину, переманивая специалистов на свои предприятия. Многие поехали.

“Последние год-полтора украинцы много туда ездили,— рассказывает Никитович.— Там уже целая украинская диаспора образовалась — людей, которые приезжают поработать”. Жанна Пархоменко добавляет, что существенный спрос именно на украинских специалистов есть в строительном секторе. Управляющие из девелоперских компаний западного мира очень дорогие. Украинцы же, мол, не менее компетентны, но значительно бюджетней.

Из всех искусств тяжелее всего казахам пока дается искусство маркетинга и рекламы. Пахомов оценивает размах отставания в этой индустрии среднеазиатской республики от Украины примерно в пять лет. Поэтому украинские специалисты серьезно взялись за Казахстан.

В нынешнем году здешние рекламные доходы достигнут $274 млн. И пусть это лишь две трети украинского рынка, но зато при минимальной конкуренции и ежегодном росте маркетинговых бюджетов.

Почти все крупные украинские агентства открыли свои представительства на казахском рынке. Александр Горлов, управляющий партнер группы агентств CMS Group, рассказывает, что уже обслуживает в Казахстане ряд крупных клиентов. Один из них — Pepsi.

Пахомов говорит, что в большинстве местных крупных компаний зарплаты привязаны к доллару. Стоимость перелета домой и обратно компания тоже компенсирует. Не всем, но особо ценным сотрудникам. Правда, не безгранично, а примерно два раза в год. Да чаще и не получается. Много работы.

Например, инвестгруппа Верный капитал одновременно управляет несколькими десятками крупных активов в области телекоммуникации, производства стройматериалов, фастфуда, образования, медиа и так далее. Жанна Пархоменко занята в управлении репутацией самой управляющей компании и ее проектов. Предыдущий девятилетний опыт работы в Киевстаре стал отличным трамплином для начала международной карьеры, считает она. Мир глобализируется, и Казахстан идет по этому пути. В нем все больше и больше места для подвигов, особенно трудовых.

“Я вижу по своей компании, что в Казахстане постоянно ищут менеджмент. Это непрерывный процесс,— говорит она.— Как только возникает возможность покупки актива, появляется задача собрать управленческую команду. Если команду невозможно сформировать, то покупка актива под большим вопросом”.

Жизнь других

Сатпаев называет три ключевых фактора, которые, по его мнению, выносят Казахстан на вершину азиатского капитализма: политическая стабильность; экономическая модель, оказавшаяся более успешной по сравнению с другими постсоветскими странами; наличие большого количества сырья, которое поспособствовало накоплению в национальный фонд. В нацфонде — $70 млрд, и еще $20 млрд на счетах единого накопительного пенсионного фонда. Это значит, что в резерве страны лежит примерно еще половина ее ВВП. Размер последнего приблизительно вдвое выше украинского, хотя в Казахстане втрое меньше жителей, чем в Украине.

Впрочем, как признается Сатпаев, в экономике еще есть много нерешенных проблем. Например, она все еще очень закрыта и поделена между правящими кланами. По мнению эксперта, этот фактор препятствует построению национального рынка ценных бумаг.

Простому люду тоже нелегко, поясняет Сатпаев. Приводит в пример школьных учителей, называя их зарплату низкой — до 100 тыс. тенге ($550, или 13,2 тыс. грн). Ему сложно понять, почему эти цифры не вызвали у журналиста НВ сочувствия,— Сатпаев не знает, что средняя зарплата в Украине втрое ниже.


Досым Сатпаев, казахстанский политолог, по-восточному гостеприимен, и по-азиатски осторожен. Его не беспокоит трудовая миграция с Запада, но тревожат потоки с ближнего к Казахстану зарубежья / DR
Досым Сатпаев, казахский политолог, по-восточному гостеприимен, и по-азиатски осторожен. Его не беспокоит трудовая миграция с Запада, но тревожат потоки с ближнего к Казахстану зарубежья / DR


Тогда он заходит с другой стороны, объясняя, что жизнь в его стране дорогая. Цены высокие.
Тарас и Жанна Пархоменко подтверждают этот тезис. Говорят, что продуктовый набор в казахском маркете на 20–30 % дороже киевского. Правда, оговариваются — так было до той поры, пока из‑за девальвации гривны цены в Украине не выросли. Теперь по этому показателю страны стали ближе.

Казахстан обошел Украину не только по стоимости жизни, но и по другим, гораздо более приятным параметрам, рассказывает Тарас Пархоменко. Так, мобильный интернет 3G летает здесь с 2011 года, 4G внедряется с 2012‑го.

Первыми на новинке начали зарабатывать таксисты, установившие у себя в машинах роутеры 4G. С их помощью водители перехватывают лучшие заказы, тем самым удвоив свой ежедневный план по доходам.

“Везде можете платить карточками,— продолжает Тарас Пархоменко.— В такси? Пожалуйста. Базовый сервис”.

Ну и как венец капитализма — строительный бум. Особенно в новой столице, Астане. Современный город, который вырос фактически на пустом месте за каких‑то 15 лет. Почти такой же бум и в старой столице — Алматы.

Пахомов в некотором смысле даже пострадал от этого бума. “Мне пришлось поменять квартиру. Потому что прямо перед моим домом строят днем и ночью,— рассказывает украинец.— Я переехал в другую квартиру, но и там из моего окна видны как минимум три-четыре стройки”.

Переехать в другую квартиру — тоже нелегкая задача. Аренда, как выразился Пахомов, “нормальной квартиры” — от $1,5 тыс. “Можно найти и за $500, но это будет совсем мрак”,— уточняет он.

Стоимость квадратного метра в новострое в хорошем районе — примерно $2–2,5 тыс., в так называемом премиум-классе — $3,5–5,5 тыс.

“Мы снимаем квартиру в жилом комплексе Highvill Astana,— включается в жилищный вопрос Жанна Пархоменко.— За то время, которое мы здесь живем, комплекс увеличился раза в три. И проблем с продажами у них нет”.

Трудовые резервы

По данным министерства здравоохранения и соцразвития Казахстана, в 2015 году квота на привлечение иностранной рабочей силы установлена на уровне 0,7 % от экономически активного населения, то есть порядка 63 тыс. человек. На 1 июля в стране работало 38,4 тыс. иностранцев. Из них 24 тыс.— топ-менеджеры, руководители среднего звена. Остальные — квалифицированные рабочие и сезонные работники. Треть всех наемников — китайцы, на втором месте турки (12 %), третье занимают индийцы (8%).

Жанна Пархоменко многократно повторила, что у казахов нет никакой сверхзадачи трудоустраивать украинцев. И если они ищут профессиональные кадры, то по всему глобусу. Она приводит пример национального авиаперевозчика Air Astana: компанией руководит британец, пилоты в основном иностранцы. “Но они открыли школу и готовят своих пилотов,— рассказывает Жанна.— И их становится больше”.

Другой пример — реанимация Экономического университета, бывшего Института народного хозяйства. Семь лет назад инвестгруппа Верный капитал выкупила вуз. В 2015‑м встал вопрос: кто будет поднимать здешний уровень образования? На место ректора нашли поляка — Кшиштофа Рыбиньски. “Это очень известный человек,— отмечает Жанна Пархоменко.— Автор реформы национального банка Польши”.

Кроме того, поляк русскоязычен. Это очень важная деталь. Английский язык педагогического состава вуза еще не в достаточной степени английский: большая часть профессуры родом из СССР.

Тем не менее Рыбиньски поставил перед ними новую задачу — за три года переформатировать образовательную программу так, чтобы выпускники имели на руках не только диплом, но и монетизированный проект, готовый к реализации. Иными словами, приблизить образование к потребностям рынка.

Тарас Пархоменко рассказывает, что казахи воспринимают зарубежный десант как возможность перенять лучшие международные практики. Но все же менторский тон здесь лучше поубавить. Также нужно принимать во внимание, что восток — это дело не только тонкое, но еще и ранимое. “Мы слишком прямолинейны,— делится опытом Пархоменко.— Приходим и сразу к делу. Это не в казахской культуре. Перед тем, как приступать к сути, нужно спросить: как дела, как жизнь? Чтобы они почувствовали, что ты их уважаешь. Не надо никого поучать”.

В стране проживает 120 этнических групп, плюс к этому добавился всплеск зарубежной трудовой миграции, которая, судя по всему, будет только расти. Пархоменко утверждает, что так Казахстан стремится стать открытой страной. И рекомендует прочесть последнее ежегодное послание Нурсултана Назарбаева, президента Казахстана, в котором бессменный лидер казахов объявил о разворачивании новой экономической программы, суть которой — максимальная открытость.

“Я из своего опыта предчувствую, что ближайшие годы станут временем глобальных испытаний. Будет меняться вся архитектура мира,— объявил землякам Назарбаев.— Этот рубеж перейдут только сильные государства”.

Но открытой страна стремится быть все‑таки не со всех сторон. “Я думаю, большой угрозой для нас будет переориентация трудовой миграции из стран Азии (Узбекистан, Киргизия, Туркменистан, Таджикистан),— делится своими переживаниями Сатпаев.— Из-за того, что в России экономический кризис, часть этих потоков может быть перенаправлена в Казахстан”.

Так или иначе кривая восхождения экономики Казахстана не может, да и не должна слишком долго занимать внимание украинцев. Очень скоро Украине понадобятся все ее трудовые резервы: “Я думаю, еще год-полтора оно [явление отъезда украинцев на заработки в Казахстан] будет развиваться,— прогнозирует Никитович.— Ну а далее, я надеюсь, в Украине более-менее стабилизируется ситуация”.

Материал опубликован в НВ №27 от 31 июля 2015 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: