21 января 2017, суббота

Свежая кровь: Пять новых депутатов рассказали о правилах и порядках Рады (Часть 2)

Такого количества новых лиц - более половины от общего числа депутатов, которые прошли в ВР нынешнего созыва, зал заседаний украинского парламента не видел никогда
Коллаж НВ

Такого количества новых лиц - более половины от общего числа депутатов, которые прошли в ВР нынешнего созыва, зал заседаний украинского парламента не видел никогда

Пять депутатов, никогда ранее не бывшие парламентариями, делятся первыми впечатлениями от правил и порядков Верховной рады (ВР) и говорят о том, что бы они хотели изменить - как в ВР, так и в Украине

Новые лица пришли в ВР на волне желания большинства украинцев коренным образом изменить систему госуправления. И именно у них есть наибольшие шансы на то, чтобы провести подобные преобразования.



Чтобы узнать, с чем эти неофиты столкнулись в парламенте и что хотели бы изменить в Раде и стране, НВ задало десяти из них по три вопроса.

Егор Соболев, фракция Самопоміч, глава Комитета по вопросам предотвращения и противодействия коррупции. До парламента — глава Люстрационного комитета при Кабмине, ранее — активист и журналист

— Что вас удивило и возмутило в работе Верховной рады, в парламентских порядках?

— Больше всего меня удивило, что в местных традициях — договариваться так, чтобы в конце кинуть. В результате никто никому не верит. Никто не готов к сотрудничеству.

Из-за этого большая часть важных решений пропадает. Вы не представляете, как это развито.

Бывает день, два, три, по ночам идут переговоры, а в последний момент кто‑то говорит: все фигня, я прошу Кивалова назначить первым заместителем.

Хотя мы долго проговаривали, почему нельзя давать руководящие должности людям, которые ответственны за кровь и беспредел.

— Что бы вы изменили в работе или правилах (гласных и негласных) Рады?

— Их легко можно победить. Если не приспосабливаться к их миру, а говорить: это не мы ненормальные, это вы ненормальные. Мы изначально сказали, что люди, которые называют себя оппозицией, на самом деле являются оппозицией разве что к этому государству.

Поэтому мы можем им дать разве что один комитет — регламентный, исключительно из уважения к демократии. Нам нужно гнуть свою линию, и в 70–80 % мы будем побеждать.

Под местоимением “нам” я имею в виду нормальных людей, которые пришли в парламент и собираются в нем не красть, а использовать полномочия, чтобы строить нормальное государство.

— Какие три законопроекта вы обязательно хотите инициировать (с их дальнейшим принятием)?

— Первый — это снятие депутатской неприкосновенности. Мы уже собрали коалицию из представителей всех групп, которые вошли в большинство. Теперь добираем соавторов из Блока Петра Порошенко, так как без их голосов ничего не выйдет.

Второй законопроект — открытая информация обо всех расходах бюджета в режиме онлайн.

Третье. Важно, чтобы заработало огромное количество уже принятых законов — правильных, хороших, но пока только на словах.



Например, закон об очищении власти, про Национальное антикоррупционное бюро. Будет тяжело.

Нас будут пытаться задурить. Я сегодня уже услышал на согласительном совете в Раде от Владимира Гройсмана [спикер ВР]: “Давайте отмену неприкосновенности проводить одновременно с децентрализацией”.

На самом деле это старый парламентский метод: чтобы ничего не сделать, одновременно делать все. Будет много таких трюков. Но если стоять на своем, все у нас получится.


Анна Гопко, фракция Самопоміч, глава Комитета иностранных дел. До парламента — активист, член координационного совета группы Реанимационный пакет реформ

— Что вас удивило и возмутило в работе Верховной рады, в парламентских порядках?

— Меня удивили старые подходы, которые активно применялись во время формирования правительства и комитетов Рады.

Как, к примеру, попытки поставить на ключевые посты заместителей комитета бывших регионалов — Виталия Хомутынника, Сергея Кивалова.

Их продвигали представители продемократических сил, которые почему‑то решили, что те достойны. Это была яростная борьба, которая стоила мне многих сил, чтобы не допустить экс-регионалов к рулю.

— Что бы вы изменили в работе или правилах (гласных и негласных) Рады?

— Хочется, чтобы новая Рада ускорила появление множества вещей, ведущих к прозрачности ее деятельности.

Например, прошло заседание Комитета иностранных дел, там присутствовали журналисты, которых мы приглашали. Они просидели 2,5 часа.

И мы пришли к выводу: если обсуждения не касаются национальной безопасности, то нужно делать онлайн-трансляции заседаний комитета.

Сейчас начнется принятие бюджета — это шанс стать прозрачнее и для правительства, и для парламента.

— Какие три законопроекта вы обязательно хотите инициировать (с их дальнейшим принятием)?

— Мы готовим командой законопроект о реформе в судебной системе, а также о сокращении численности местных советов и поименном голосовании.

Параллельно уже разбились [фракцией] по группам по контролю за подготовкой бюджета.

Также мне антитабачные активисты прислали закон о повышении акцизов, и сейчас мы проговариваем его,— дополнительные деньги от акцизов пойдут на строительство нового [корпуса Национальной детской специализированной больницы] Охматдета.


Светлана Залищук, фракция Блока Петра Порошенко, член Комитета по иностранным делам. До парламента — сооснователь общественных движений Центр UA, Чесно, Новий громадянин, Реанимационный пакет реформ

— Что вас удивило и возмутило в работе Верховной рады, в парламентских порядках?

— У нас все партии лидерского типа. Если убрать лидеров из партии, я сомневаюсь, что некоторые партии сохранятся в той же форме, как есть сейчас.

В той же Британии или Германии, когда приходит новый лидер, партии все равно остаются. У нас меняется все.

Кроме того, я все‑таки думала, что после Майдана, после всего этого драматизма, который и сейчас переживает страна,— война, золотовалютные резервы тают,— все будет по‑другому.

А мне кажется, мы продолжаем вести себя так, как будто у нас ситуация, как два года назад.

Понимание есть — нет соответствующего поведения.

Я думаю, все мои удивления еще впереди. Мы только начинаем работать.

— Что бы вы изменили в работе или правилах (гласных и негласных) Рады?

— 56 % избранных депутатов никогда до этого не были в парламенте. Они были бизнесменами, журналистами, общественными активистами. У нас сложнейшая фракция. Она самая большая — 140 человек. Очень тяжело работать.

Представьте себе эти обсуждения, где нужно найти общий язык. Люди из очень разных сфер, с разным опытом.

Я бы это назвала [формирование] внутренней демократии. Для того чтобы превратить партии лидерского типа в институциональные партии.

— Какие три законопроекта вы обязательно хотите инициировать (с их дальнейшим принятием)?

— Изменения избирательной системы. Нужна система с открытыми списками. Этот проект — приоритетный.

Еще — по свободе слова. Как бывший журналист, занимаюсь медиареформой.

Разгосударствление СМИ. Чтобы пресса перестала быть перчаткой политиков. Чтобы они не использовали ее для отбеливания себя.

Пресса должна быть четвертой властью. Четвертая власть должна быть в четкой антагонистической позиции к власти. Она должна критиковать.

Если пресса принадлежит власти, она не будет критиковать, ведь она получает деньги из этих рук. Это неправильно.

Третье: отмена нашего внеблокового статуса и курс на Евроатлантическую интеграцию.

Развитие отношений со странами—членами НАТО для того, чтобы рано или поздно получить сначала программу плана действий относительно членства в НАТО, а потом, после его реализации, говорить про наше полноценное членство в альянсе.


Алексей Рябчин, фракция Батькивщины, член Комитета по вопросам ТЭК, ядерной политики и ядерной безопасности. До парламента — доцент кафедры международной экономики Донецкого национального университета, один из участников работы Украинского антикризисного медиацентра

— Что вас удивило и возмутило в работе Верховной рады, в парламентских порядках?

— Удивило, что решения должны приниматься за доли секунды. У тебя иногда даже проекта закона нет.

Если есть, его надо за минуту изучить и принять решение. Я, как ученый и аналитик, привык, что у меня есть время посмотреть разные точки зрения и сделать обоснованный вывод.

Работаю не с колес. Здесь надо перестраиваться.

Напрягает, что в туалетах курят. Если вы туда сейчас войдете, увидите курящих там депутатов и журналистов. Я почувствовал себя как на Донбасс Арене, когда масса людей идут покурить в туалет, хотя это запрещено.

Надо сделать, например, как во всех аэропортах — курительная комната. Вытяжка ставится — и все.

Я зашел к себе в комнату в Комитете по энергетике. И что я вижу? Горят во всю лампочки, и они не энергосберегающие. Эти лампочки потребляют много электроэнергии.

Вот посмотрите на эти окна [показывает фотографию окна в ВР, щели заклеены бумагой]. И вот еще [показывает фотографию — охранник в парламенте греется возле электрообогревателя]. То есть если у тебя охранник мерзнет, как ты можешь всю страну обогреть?

— Что бы вы изменили в работе или правилах (гласных и негласных) Рады?

— Я хотел бы усовершенствовать технологию по персональному голосованию и посещению депутатом [заседаний].

Например, в Страсбурге, в Европейском парламенте, у тебя есть карточка: для голосования, она же используется для входа в помещение.

Ты не можешь без нее выйти и зайти. Надо регистрироваться. Персональная ответственность за голосование.



Проголосовал за другого человека — на пять заседаний ты лишаешься права находиться в зале.

Повторное нарушение регламента — до свидания. Нужен механизм отзыва депутатов.

— Какие три законопроекта вы обязательно хотите инициировать (с их дальнейшим принятием)?

— Первый мы уже инициировали с Александрой Кужель — это изменения в закон о государственно-частном партнерстве, которые снимут барьеры для взаимовыгодного сотрудничества.

Принятие закона простимулирует инвестиции в инфраструктурные проекты, где государство не может справиться без поддержки частного инвестора.

Второй. Вместе с коллегами по коалиции и Аленой Шкрум, моей коллегой по Батькивщине, инициируем изменения в закон о помощи переселенцам с целью убрать налог на гуманитарную помощь, которую нам собирается оказывать Красный крест и другие международные организации.

Третий. Вместе с общественными организациями и экспертами мы начали подготовку законопроектов, которые стимулируют энергоэффективность и энергосбережение, потому что во всем цивилизованном мире сэкономленная энергия — это еще один вид энергии.


Борислав Береза, самовыдвиженец, заместитель главы Комитета по вопросам предотвращения и противодействия коррупции. До парламента — руководитель информационного центра Правого сектора, ранее занимался книжным бизнесом и журналистикой

— Что вас удивило и возмутило в работе Верховной рады, в парламентских порядках?

— Там реально негативный фон. Я никогда не верил в мистику, но там можно в это поверить.

Такое ощущение, что из тебя высасывают энергию. Я первый раз в стенах парламента, никогда в жизни там не был.

Когда говорят, что политика двулична, это не совсем правильно: украинская политика — лицемерна.

Украинские политики публично декларируют уважение к общечеловеческим ценностям, стремление работать на общество.

В большинстве же случаев имеют желание заработать денег и встроиться в систему. Не на четыре года — навсегда.

Изначально я понимал: политики — не ангелы. Но все равно поражаешься, когда слышишь откровенный цинизм в личных разговорах и патетический патриотизм в эфире.

— Что бы вы изменили в работе или правилах (гласных и негласных) Рады?

— Мне одна женщина из Батькивщины, которая здесь не один год, сказала: Борислав, я тоже сюда пришла с желанием что‑то поменять, я надеюсь, что вы достаточно умный человек, чтобы со временем понять: вы не в состоянии что‑либо изменить вообще.

Но я по‑прежнему думаю, что смогу. Я хочу добавить в публичность искренность. Я понимаю, что это будет непросто. Я верю, что есть люди, которые, как и я, хотят что‑то менять.

Они находятся в разных объединениях. Но пока они не видят, вокруг кого объединяться. Идея очень простая: политики должны служить людям. Действительно войти в историю. Тут же пытаются грабануть бюджет и уйти в сторону.

— Какие три законопроекта вы обязательно хотите инициировать (с их дальнейшим принятием)?

— Первое, что я буду лоббировать,— закон о праве хранения и ношения оружия. Это очень важный закон. Еще римляне говорили: раба от гражданина отличает право на ношение оружия.

Римляне знали толк в праве. Более того, имея сейчас огромное количество оружия на руках, бандиты все равно найдут себе оружие, а простой, честный гражданин должен иметь возможность себя защитить.

Особенно в смутные времена, когда милиция не может помочь.

Второй закон, который я обязательно буду лоббировать,— о лишении гражданства за подрывную, террористическую деятельность, рассчитанную на раскол государства или нанесение вреда Украине.

Хотя я понимаю, что в нем есть определенный конфликт с Конституцией, поэтому нужно с юристами поговорить.

Третье — я хочу, чтобы общество получило рычаг управления властью. А это значит — предоставить возможность объявить импичмент президенту, отозвать народного депутата, мэра, главу сельсовета.

У нас есть возможность избрать любого, но у нас нет возможности снять этих людей.

Материал опубликован в №31 журнала Новое Время от 14 декабря 2014 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: