23 мая 2017, вторник

С Богом. Донецкий муфтий рассказал о жизни мусульман по обе стороны российско-украинского конфликта

С Богом. Донецкий муфтий рассказал о жизни мусульман по обе стороны российско-украинского конфликта
Фото: Натальи Кравчук
Муфтий из Донецка Саид Исмагилов, глава третьей по величине мусульманской общины страны, сегодня живет в Киеве

Он никогда не скрывал своих проукраинских взглядов, и из‑за этого Исмагилову пришлось покинуть родной Донецк - там ему начали угрожать.

НВ встречается с муфтием в Исламском культурном центре столицы. Здесь людно, много детей и женщин, а также мужчин, переговаривающихся между собой на арабском языке. НВ объясняют, что это уроженцы Востока, которые учились в Украине, а затем осели здесь,— нынешние студенты или просто приезжие бизнесмены. Всех их объединяет центр, который сочетает в себе мечеть, воскресную школу, женский исламский центр, издательство и даже тренажерный зал.

Имамы в целях личной безопасности стараются не вступать в споры

Исмагилов — потомственный служитель ислама. Еще в советское время обязанности муллы в Донецке негласно выполнял его дед. Сам он, последователь умеренной суннитской ветви, резко критикует религиозный радикализм. Например, после расстрела исламскими радикалами журналистов французского журнала Charlie Hebdo, публиковавшего карикатуры на пророка Мухаммеда, Исмагилов написал открытое письмо-соболезнование родственникам погибших.

Он разговаривает с НВ в своем кабинете на пятом этаже центра. На столе перед муфтием — красивое современное издание Корана с закладками, к которому он обращается время от времени, чтобы проиллюстрировать свои слова цитатой.

Посреди беседы он извиняется и говорит, что должен отлучиться, но просит подождать его: “Привезли усопшего, я должен совершить обряд”.

В комнате тепло, и за разговором Исмагилов снимает свой головной убор, кладет рядом, тут же превращаясь в молодого ученого, увлеченного темой ислама. Впрочем, для прощальной фотографии вновь его надевает.

Это война не оружием, а информацией. Когда сепаратисты захватили Донбасс, первым делом они отключили украинские телеканалы. Им неважно, сколько подбито танков или погибло людей. Главное — чтобы у местных жителей работал приемник с российскими каналами.


Саид Исмагилов протестует против сепаратизма во время митинга в Донецке/Фото Саид Исмагилов via Facebook
Саид Исмагилов протестует против сепаратизма во время митинга в Донецке/Фото Саид Исмагилов via Facebook


Большинство людей в Донбассе не знают, что происходит не только в Украине, но даже на соседней улице. Старшее поколение берет информацию из телевизора, молодые — с пророссийских сайтов. Я не знаю, в чем секрет этой информационной зависимости, но даже люди, которые уехали из Донбасса, продолжают смотреть LifeNews.

Чтобы переломить ситуацию, нам нужно отключить российские средства пропаганды. Пусть лучше люди вообще ничего не смотрят. Наконец‑то увидят друг друга, начнут общаться, ходить по городу и видеть, что происходит. Технически это возможно, не понимаю, почему этого не сделали до сих пор.

Защищать Украину для мусульман — это не только гражданская, но и духовная обязанность. В Коране сказано, что жизнь, честь и имущество мусульманина неприкосновенны. И если кто‑то покушается на эти ценности, мы обязаны их защищать.

Украина — это место, которым нас благоденствовал Бог. Тут, в отличие от России, мусульмане всегда жили свободно. Никто не убивал имамов, не закрывал мечети, у нас не было войн и исламофобии — всего того, что в России стало неотъемлемой частью жизни мусульман.

Сражаться против единоверцев — большой грех, и убийца, и убитый, по словам пророка, попадут в ад. Но в Коране сказано — если две группы воюют между собой, примири их, а если один народ нападает на другой — сражайся против нападающего. Россия напала на Украину, и мы, мусульмане, вынуждены защищаться.

В начале конфликта я призвал мусульман России не воевать против Украины. Пророк Мухаммед говорил, что, если хотя бы пядь земли будет захвачена человеком несправедливо, в судный день он соберет землю со всех семи земель и ею скрутит этого человека. Сейчас происходит незаконная оккупация территорий Украины, и некоторые мусульмане России в ней участвуют. Неужели они не знают этих священных текстов?

Пророссийские боевики-мусульмане сейчас ходят в мечети Донецка и Луганска. Впервые это случилось в мае. В мечеть Донецка вошла толпа вооруженных до зубов людей. Имам попросил их оставить оружие за пределами мечети, чтобы не пугать верующих. Они послушались — вынесли оружие, молча помолились и ушли.

Сейчас, когда кто‑то из мусульман погибает, имама вызывают в морг. Ему даже не называют имени убитого. Он просто выполняет обряд, после чего омытое тело заворачивают в саван и увозят. Как правило, этих погибших в Донбассе не хоронят, их увозят в неизвестном направлении.


"В начале конфликта я призвал мусульман России не воевать против Украины", - Саид


Большинство боевиков считают, что приехали спасать жителей Донецка и Луганска от геноцида. У них полное непонимание ситуации. Но имамы в целях личной безопасности стараются не вступать в споры.

Несколько раз наших лидеров задерживали и сажали в подвалы за высказывания справедливых претензий в адрес ДНР и ЛНР. Но в целом можно сказать, что нас пока не трогают — особенно на фоне притеснения протестантских организаций, грекокатоликов, представителей Киевского патриархата или по сравнению с гонением мусульман в Крыму. Мне кажется, что это преследование скорее по национальному, чем религиозному признаку,— большую часть мусульман там составляют крымские татары.

Сегодня несколько тысяч воинствующих преступников создали такие проблемы для полутора миллиардов людей, исповедующих ислам, какие нам разгребать еще очень долго. До второй половины XX века исламского экстремизма вообще не существовало. Его породили конфликты на Ближнем Востоке — сначала арабо-израильский, а затем война в Афганистане. На Ближнем Востоке живет много бедных, малообразованных и в то же время молодых по демографическим характеристикам народов, на которые легко влиять. Им “продавали” своеобразный коммунизм в обертке ислама — идеи светлого будущего, идеального общества и всеобщей справедливости.

До второй половины XX века исламского экстремизма вообще не существовало

Обратите внимание, что экстремистские группы имеют поддержку в таких странах, как Афганистан, Сомали или Йемен, но не в Катаре, Турции или Саудовской Аравии. В странах с достатком у людей лучше религиозное образование, и они понимают, что совершать преступления во имя ислама — тяжелый грех.

Теракты во Франции — реакция на воинствующий секуляризм [идеология, отрицающая все возможные религии и богословские системы]. Европа на протяжении ХХ века боролась против доминирования религии. Во Франции это переросло в запрет на проявление религиозных ценностей, что далеко не демократический принцип: верующие — такие же граждане, как и неверующие. Это стало слабым местом Европы. Экстремистские организации легко находят недовольных такой политикой и провоцируют теракты.

Кроме того, мусульмане в Европе часто замыкаются в гетто. Они не включены в общество и живут по своим обычаям. Опыт Восточной Европы гораздо позитивнее. Мусульмане проживают здесь с IX века, и люди настолько притерлись друг к другу, что не замечают различий. При этом они сохраняют свою религию и культуру.

5 вопросов Саиду Исмагилову

— Главное событие вашей жизни?

— Когда я стал осознанным мусульманином, мой приход в ислам в 15 лет.

— Ваш любимый город?

— Донецк. И мне очень жаль, что я не могу сейчас бывать там.

— На чем вы передвигаетесь по городу?

— На метро.

— Ваш прожиточный минимум?

— Сегодня это 15 тыс. грн в месяц.

— К чему вы стремитесь?

— К тому, чтобы Господь был мною доволен.

Материал опубликован в №7 журнала Новое Время от 27 февраля 2015 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: