7 декабря 2016, среда

Помириться должны люди – журналистка о том, восстановит ли Грузия свою территориальную целостность

Помириться должны люди – журналистка о том, восстановит ли Грузия свою территориальную целостность
Алена Зашко
Наладить диалог между жителями Грузии и ее непризнанных республик получится не раньше чем через 10 лет, считает грузинская журналистка Нино Иванишвили. Именно столько понадобится, чтобы вернуть доверие людей друг к другу

Нино Иванишвили – авторитетная грузинская журналистка, на протяжении 12 лет возглавлявшая Кавказское бюро Reuters TV. Она освещала российско-грузинскую войну 2008-го года, за что получила престижную журналистскую награду, и считается одним из лучших и наиболее влиятельных профессионалов у себя на родине.

Теперь Иванишвили обучает новое поколение специалистов в Кавказской школе журналистики и медиаменеджмента в Тбилиси. А еще продолжает пристально следить за политической и общественной жизнью страны. По ее мнению, Грузия, где будущей осенью проведут очередные парламентские выборы, переживает важный этап своего развития. Грузинское общество учится выбирать не сердцем, а умом и сопротивляться российской мягкой силе. Дело в том, что Кремль, который в прошлом применял оружие в отношение этого небольшого кавказского государства, теперь использует другие рычаги влияния вроде пророссийских общественных организаций и церкви.

В интервью НВ Иванишвили рассказала о том, почему грузины по-прежнему восприимчивы к российской пропаганде, а также об их отношении к собственным непризнанным республикам Южной Осетии и Абхазии.


Фото: Алена Зашко
Фото: Алена Зашко


Когда в 2008-м году случилась российско-грузинская война, тогдашний президент Михаил Саакашвили призывал мировых лидеров поддержать Грузию и утверждал, что Украина может стать следующей. Хотя я следила тогда за международной политикой, мне показалось, что это немножко громко сказано. Не прошло и нескольких лет, как это [война на территории Украины] случилось.

Сегодня многие грузины связывают будущее Грузии с Украиной. Думают, что если получится у Украины, получится и у Грузии. Поэтому очень многие грузины болеют за Саакашвили. Звучат даже такие вопросы, мол, почему в Одессе, почему не в Киеве.

Саакашвили – реальный политик, политический драйвер, способный не только вести за собой население, но и создавать команду. В Грузии он проявил талант привлекать, откуда не возьмись, умных, активных реформаторов. Он не из тех, кто хочет денег, он амбициозен, ему хочется успеха. На него трудно влиять, если он что-то задумал, то идет к цели напролом, как танк. При этом может игнорировать мнение коллег. Его нужно постоянно критиковать, задавать много вопросов.

Первой ошибкой Саакашвили в Грузии был недостаток коммуникации – что-то предпринимали, но недостаточно объясняли народу. Ведь была необходимость разъяснить, что нужно провести такую-то реформу, при этом будут сложности, но они будут преодолены в определенный срок. Например, уволили за ночь всех полицейских – это надо было объяснить заранее. Хотя три месяца мы жили без полиции, и все было почти идеально.

Первой ошибкой Саакашвили в Грузии был недостаток коммуникации – что-то предпринимали, но недостаточно объясняли народу

Реформы шли больше в экономическом направлении. Но они не перешли в сферу юридическую – суды, прокуратуру, пенитенциарную систему. Все эти институции остались подконтрольными правительству. Новое правительство, пришедшее после Саакашвили, также не изменило ничего в этой сфере. Но без независимой правовой системы страна – не страна.

Бывший премьер, миллионер Бидзина Иванишвили, перед выборами обещал очень много – и высокие пенсии, и списания кредитов, и бесплатное образование. Естественно, выполнить всего этого он не смог. Ни одно здравомыслящее правительство, даже обладая ресурсами, не раздало бы таких обещаний. Спустя почти четыре года мечты улетучились, и большинство населения считает себя обманутым, а обманутым не любит быть никто.

Сейчас кто-то хочет вернуть Саакашвили обратно, кто-то боится. Но реального лидера нет. Мне кажется, что это неплохо. Потому что нашим политикам придется учиться работать, а нашему населению придется думать о том, какие программы им предоставят партии.

Мы – страна-младенец. Не может быть любимых правительств. Но каждый период обозначался достижением, и важно сохранять такие достижения, передавать дальше. Не надо останавливаться, отказываться от чего-то только потому, что это делал твой предшественник, начинать все с нуля. Главное, чтобы власть передавалась мирным путем, и чтобы все достижения наследовались и развивались. Думаю, сейчас в Грузии есть это понимание, и  люди будут читать программы и голосовать, исходя из них.

Динамика роста пророссийских настроений в Грузии действительно есть, и она нас напугала. Причина не только во влиянии пророссийских организаций или СМИ. Вы знаете, я жила при Советском Союзе, я училась в советской школе, закончила советский вуз. Но я не потерялась, когда случился разлом Советского Союза, нашла себя в профессии, которая мне нравится, нашла работу, которая содержала мою большую семью и некоторых моих родственников. Меня трудности не испугали.

Ошибки бывают у всех, войны случаются, потом люди мирятся. То есть помириться должны именно люди

Но есть люди, которые потеряли в одночасье все. Они привыкли получать какую-то, но зарплату, какое-то, но медицинское обслуживание. Все это бесплатно. Поэтому есть момент ностальгии. И когда они слышат, что Россия готова принять Грузию обратно в свои объятия, они вспоминают Советский Союз. Им невозможно объяснить, что это неверное направление для страны. Им было больно, им и сейчас, наверно, очень сложно. Но жить в интересное время всегда очень сложно, об это нам сообщили еще древние китайцы.

Так что есть определенная почва [для российской пропаганды], но это небольшая масса населения. Последнее исследование показало, что поддержка пророссийского курса вновь пошла вниз. Многое еще зависит еще от того, какие месседжи пускает правительство.

Массовая работа российских медиа также способствует. И наши либеральные законы по трансляции иностранного телевидения этому помогают. Но я считаю, что запрещать что-то – не выход из положения. А работать с населением – это выход. Нужно просто объяснять. Например, моя мама до сих пор смотрит российское телевидение, она живет этажом выше, и у нас бывают серьезные споры. Но она моя мама и я как-то очень деликатно попросила обходить информационную политику вообще или найти другой способ решения конфликта. Мол, я буду смотреть твои программы, а ты – мои. К этому и пришли. Сейчас у нас в доме гармония.

В Грузии очень влиятельна церковь. Если посмотреть на результаты опросов, более 90% грузинского населения на первое место в своем рейтинге доверия ставит именно ее. При этом, безусловно,  есть ощущение, что грузины и россияне – братья по вере. Конечно, этот рычаг влияния так же используется. Прямых посланий нет, косвенные – есть. Например, критикуют запад за слишком либеральные законы. Они спрашивают, мол, куда мы хотим идти – туда, где узаконены однополые браки, или куда?

 Моя мама до сих пор смотрит российское телевидение, она живет этажом выше, и у нас бывают серьезные споры

Отношение к непризнанным Абхазии и Южной Осетии среди грузин немного смягчилось. Нет то дикой боли, которую, наверно, чувствуют украинцы в отношении Крыма, а только глухая зубная боль. Но эти территории воспринимаются как грузинские. Хотя слово территория меня лично коробит. Более важным мне кажется вопрос, как относиться к тем людям, которые отказались от нас и захотели жить в другом геополитическом измерении.

Лично я не знаю ни одного человека, который был бы готов отпустить [непризнанные республики]. Даже если кто-то так думает, вслух этого не скажет никто. Ошибки бывают у всех, войны случаются, потом люди мирятся. То есть помириться должны именно люди.

Грузины думают, как бы восстановить ту реальность, которая существовала 25 лет назад. Об этом да, думают. В случае с Крымом ситуация посложней, чем пока с Южной Осетией и Абхазией, потому что эти территории официально называются оккупированными, а не аннексированными. В случае, когда территории оккупированы, есть еще какое-то пространство для диалога, можно что-то изменить, есть больше возможности для маневра. Ведутся Женевские переговоры, хоть я не назвала бы их продуктивными. Но разговор ведется о том, чтобы найти хоть одно зерно, которое мы вместе могли бы взрастить.

В ближайшей перспективе лично я не верю в восстановление территориальной целостности Грузии. Думаю, должно пройти побольше времени. Может быть, эту проблему сможет решить следующее поколение. Понадобится еще лет 10-15, чтобы люди стали опять доверять друг другу, чтобы поняли, что Грузия не будет нападать и не будет использовать силовой вариант воссоединения.

Очень большую роль играет Россия. В Цхинвали стоит огромная российская военная база. В таких условиях сложнее вести переговоры. Но появляются уже заявления де-факто правительства о том, что Осетия собирается провести референдум. Референдум – это замечательно. Но если это реальный референдум, то он должен быть проведен в присутствии международных наблюдателей и туда должны вернуться те люди, которые были выдворены оттуда в результате военных конфликтов.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: