24 июля 2017, понедельник

Партизаны арта: 100 уникальных работ можно будет увидеть в Национальном художественном музее

Праздник Елизаветы Кремницкой

Праздник Елизаветы Кремницкой

Национальный художественный музей представляет 100 уникальных полотен, многие из которых никогда прежде не видел широкий зритель. Это выставка украинских шестидесятников — творческих революционеров и разрушителей системы, живших в СССР

Летом 1959-го в московском парке Сокольники открылась необычная выставка. В Советский Союз, руководство которого тщательно оберегало население от знакомства с западной культурой, впервые привезли современное американское искусство. Зрители увидели полотна выдающихся мастеров вроде абстрактных экспрессионистов Марка Ротко и Джексона Поллока.

Русская служба ВВС тогда подробно рассказала об этой экспозиции. Так случилось, что молодой львовский художник Карло Звиринский, экспериментировавший в это время со стилями и техниками, послушал эфир. Программа об экспериментах коллег стала толчком для одаренного украинца, который жил в СССР и более всего жаждал свободы. Так появилась Жесть — объемная геометрическая композиция из пластин серебристого цвета, прикрепленных к полотну, рассказывают теперь друзья Звиринского, который умер в 1997 году. Ничего общего с тогдашним советским искусством Жесть не имела.

Теперь это и еще около сотни других произведений 23 отечественных мастеров, творивших в конце 1950–1960‑х годах, выставлены в Национальном художественном музее. Выставка называется Искусство украинских шестидесятников. Возможность музея.

 


Эскиз мозаики Знамя победы для музея в Краснодоне Луганской области - совместный проект Аллы Горской, Виктора Зарецкого и Владимира Смирнова
Эскиз мозаики Знамя победы для музея в Краснодоне Луганской области - совместный проект Аллы Горской, Виктора Зарецкого и Владимира Смирнова


“Украинский музей современного искусства должен начинаться с шестидесятников,— считает Мария Ланько, одна из кураторов экспозиции.— Во всем мире принято начинать отсчет современного искусства именно с послевоенного времени”.

Организаторы проекта собрали произведения, многие из которых не знают стен выставочных залов. Более того: их авторы часто работали в изоляции не только от мирового контекста, но также друг от друга. А плоды их творчества не могли быть представлены на суд современников, так как не укладывались в жесткие рамки разрешенного советскими идеологами соцреализма. Не желая подчиняться системе, каждый автор находил свой способ противостоять ей.

 


Весна священная Стравинского художника и архитектора Флориана Юрьева
Весна священная Стравинского художника и архитектора Флориана Юрьева


Кураторы уверены, что, будучи показанными вместе, эти картины, графика и коллажи складываются в целостное явление. Оно созвучно западным трендам той эпохи. Ведь, шагая в ногу со временем, украинцы, как и мастера Европы или США, искали точки соприкосновения между философией, наукой и искусством.

“Если относиться к этим работам не как к картинкам, а как к исследованиям, которые за ними стоят, то окажется, что это художники с уникальным мышлением”,— говорит Елизавета Герман, также курирующая проект.

 

Скрытые мотивы

В конце 1960‑х выходец из Сумской области Валерий Ламах оформлял мозаиками дом культуры Химик индустриального Днепродзержинска. Украсив фасады и внутренние стены здания, художник создал также декоративную дорожку с абстрактным орнаментом из кругов разного цвета и диаметра.

То, что непосвященный зритель считал просто красивой деталью, для автора имело особый смысл, рассказывает Герман. На протяжении многих лет востребованный монументалист Ламах работал над Книгой схем, в которой он рассматривал историю искусства от периода архаики до художника-реалиста Ильи Репина. Причем каждую эпоху он разбирал, применяя методы философии и геометрии.

 


Аккерман львовянина Романа Сельского
Аккерман львовянина Романа Сельского


Труд получился объемный — пятитомный, однако он не мог быть опубликован в СССР. Зато Ламах нашел способ обнародовать некоторые из своих схем при выполнении официальных заказов вроде мозаик.

Подобные партизанские творческие практики, когда художники разбавляли официоз соцреализма собственными, куда более свободными наработками, специалисты называют одной из определяющих характеристик эпохи. В 1960‑е авторы могли выставляться лишь в рамках регулярных смотров под покровительством Союза художников. Главными источниками заработка были оформление книг и отделка различных объектов по заказу промышленных предприятий или государства.

 


Две женщины в природе киевлянина Григория Гавриленко
Две женщины в природе киевлянина Григория Гавриленко


К созданию мозаик допускали только профессионалов наивысшего уровня. Ламах был одним из таких. Кроме фасадов в Днепродзержинске, он известен также работой над интерьерами киевского речного вокзала. А еще этот вдумчивый теоретик, считавший Книгу схем своим главным достижением, был одним из авторов тех мозаик, что до сих пор украшают фасады нескольких зданий на проспекте Победы в столице.

Художники, стремившиеся к творческой свободе, проявляли ее иногда в несколько неожиданных местах — там, куда, по их мнению, не дотянется цензура.

К примеру, в оформлении автобусных остановок — эти простенькие объекты инфраструктуры подчас превращались в произведения искусства. Так на выставку неизвестных работ шестидесятников попали красочные эскизы керамических панно для остановок авторства ужгородского мастера Павла Бедзира.

 

Люди Ренессанса

Теперь искусствоведы называют 1960‑е временем всесторонне одаренных людей: как раз завершилась эпоха Сталина, в страну понемногу начал проникать воздух неведомой ей свободы. Первыми послабления почувствовали люди креативных профессий, что не могло не сказаться на их творчестве.

Художники стремились к смелым экспериментам, к примеру, некоторые работали не только с визуальным искусством, но и со словом. Так, комментарии Ламаха к цветовым схемам в его книге походят больше на поэзию, чем на теоретические изыскания.

 


Рельеф 2 львовянина Карло Звиринского
Рельеф 2 львовянина Карло Звиринского


Да и киевлянин Вилен Барский, представитель тех советских эмигрантов, кому удалось покинуть СССР в начале 1980‑х, соединял стихи и изображения прямо на своих работах.

Еще один киевский художник — Флориан Юрьев — занимался исследованиями цвета и музыки, именно этому посвящена его живопись. Впрочем, эту сторону его личности не знал никто из работодателей. Зато знали Юрьева-архитектора: его наиболее известные столичные проекты — центральный вход на станцию метро Крещатик и знаменитая “летающая тарелка” одного из институтов Министерства образования неподалеку от метро Лыбидская.

Также Юрьев мастерил скрипки и занимался разработкой цветописи, то есть специальной системы, где каждому звуку соответствовал бы определенный цвет. Результатами этих поисков стали представленные на выставке его абстрактные картины — по музыке классиков Иоганна Себастьяна Баха и Игоря Стравинского.

 

Как по маслу

В конце 1950‑х молодой, но уже модный тогда поэт Евгений Евтушенко приехал в Киев на собственный поэтический вечер. А накануне выступления побывал в мастерской киевского художника Анатолия Сумара. Его картины так понравились Евтушенко, что он не смог уйти без одной из них.

Картина, оказавшаяся в руках советского поэта, уникальна по двум причинам. Во-первых, киевлянин неохотно расставался со своими работами. Он полагал, что лишь вместе они представляют ценность. Во-вторых, в период 1957–1963 годов художник создал всего несколько десятков живописных полотен. А затем подвергся разгромной критике в прессе, после чего и вовсе отказался от творчества на долгие годы.

Так же или почти так складывалась судьба многих украинских шестидесятников. При этом каждый художник работал в собственной уникальной манере, хотя и собирал по крупицам материалы из редких иностранных журналов, которым удавалось преодолеть железный занавес.

 


Картина Без названия ужгородской художницы Елизаветы Кремницкой
Картина Без названия ужгородской художницы Елизаветы Кремницкой


“Из маленьких заметок или черно-белых репродукций художники черпали такое количество информации, которое недоступно нам при всех нынешних возможностях”,— рассказывает Ольга Балашова, третий куратор выставки.

Также украинские мастера внимательно следили за выставками зарубежных звезд изобразительного искусства, которые время от времени удавалось устраивать в Москве — там можно было увидеть даже произведения великого испанца Пабло Пикассо или французских модернистов.

Эксперты признают уникальность украинского искусства 1960‑х: если западная живопись как раз уступала место перформансу, ленд-арту и концептуальному искусству, то Украина, напротив, переживала расцвет живописной школы. Впрочем, кураторы не считают, что отечественное искусство отставало от мировых тенденций — оно просто было другим.

“Здесь происходило восстановление локальной живописной традиции, искусственно прерванной с началом советской эпохи”,— говорит Герман.

 

Материал опубликован в №48 журнала Новое Время от 24 декабря 2015 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: