5 декабря 2016, понедельник

"Он простой и очень занятой человек". Украинский режиссер-документалист рассказал о работе со Стивеном Спилбергом

комментировать
За чашкой кофе именитый украинский режиссер-документалист ругает кинематографическую шароварщину и вспоминает, как работал со Стивеном Спилбергом

С режиссером-документалистом Сергеем Буковским мы договариваемся пообедать в ресторане Дома кино на улице Саксаганского в Киеве. “Я редко по ресторанам хожу, а во дворе Дома кино можно без проблем припарковаться, вот такая привилегия у режиссеров”,— с улыбкой объясняет он свой выбор, когда мы встречаемся у входа в легендарное здание.

Именно здесь в начале 80‑х отечественные кинематографисты и имеющие полезные знакомства киевляне смотрели артхаусное кино, снятое по ту сторону железного занавеса. С тех пор изменилось многое — но не ресторан, что находится внутри здания. Похоже, гирлянды и фонарики, развешенные накануне встречи 1985 года, никто так и не снял, а вечные Modern Talking уже четвертый десяток лет мешают клиентам заведения услышать друг друга.

Не сговариваясь, мы выходим на улицу и присаживаемся на террасе ресторана Яблоко — ближайшего к Дому кино заведения.

Буковский — самый именитый режиссер неигрового кино в Украине. На его счету не только престижная национальная премия имени Тараса Шевченко, статус заслуженного деятеля культуры, но и гран-при международных кинофестивалей в Германии, Швейцарии, Венгрии, Польше. А его фильм Назови свое имя о холокосте в Украине культовый режиссер Стивен Спилберг, ставший главным продюсером этой кинокартины, считает одним из лучших документальных фильмов о еврейской трагедии времен Второй мировой войны. Спилберг приезжал на премьерный показ киноленты в Киеве.

— Многие спрашивают, как это — работать со Спилбергом. Могу лишь сказать, что он простой и очень занятой человек, живет в самолетах. Однако именно он выступил в защиту моей версии фильма, которую другие участники проекта посчитали слишком затянутой,— говорит Буковский.

Он закуривает и вспоминает, что присутствие Спилберга на премьере фильма в Октябрьском дворце вызвало небывалый ажиотаж. Ее посетил даже действующий тогда президент Украины Виктор Ющенко. А едва закончился фильм, зрители выстроились в длинную очередь — фотографироваться со Спилбергом.

При всех своих титулах, Буковский выглядит необычно скромным человеком. Он тихо говорит, явно смущается, позируя фотографу, и избегает смотреть в объектив. Чтобы не прерывать разговор, мы быстро заказываем кофе и салаты — цезарь для меня и оливье для него.

Буковский родом из творческой семьи: его отец — театральный режиссер, а мать — актриса. Потому приход в профессию он называет выбором без выбора. “В армию идти не хотелось, Институт имени Карпенко-Карого был почти семейным, а в год окончания школы на режиссерский факультет набирали только документалистов”,— объясняет он свою специализацию.

В то время студии документального кино называли “пропагандистскими отелами ЦК партии”, а их продукцию — “паркет-фильмом” из‑за большого количества хроники официальных заседаний, вспоминает Буковский. Он отмечает, что пропаганда вытеснила из кинематографа тех времен бытописание, потому любой кадр о том, как жили советские украинцы в 70–80‑е годы, сегодня на вес золота.

Отсутствие потребности в славе и признании, необычные для режиссера, Буковский также унаследовал из советских времен. “Мы делали фильмы “на полочку”, многое в советское время нельзя было показывать. Снять фильм и не получить оваций для режиссера-документалиста — норма”,— рассказывает он.

Тогда же выработался особый эзопов язык советского документального кино, сохранившийся по сей день. “Мы снимали сложное кино с двойным дном, через образы передавали скрытые смыслы”,— вспоминает Буковский.

Сегодня и на Западе, и в Украине документальное кино считается элитарным продуктом. По словам режиссера, аудитория таких фильмов во всем мире невелика: в Украине — 1–2 % всех зрителей, во Франции — 2–3 %. Но есть и исключения — девятисерийный фильм Война. Украинский счет, снятый Буковским для канала 1+1 на заре 2000‑х. Эту ленту об украинцах, воевавших во Второй мировой войне, посмотрело рекордное для документального кино количество телезрителей.

— Мы впервые сняли фильм о людях по разные стороны фронта, совсем не о героях, война в нем непарадная.

Фильм открыл трагическую сторону многих событий, которые раньше рассматривали только как торжество подвига, например реальную историю обороны Севастополя. В истории дивизии СС Галичина Буковского поразил ее состав — лицеисты, люди с высшим образованием. Он показал, что они, выросшие в Австро-Венгрии, видели в советской власти абсолютного врага.


Работу над фильмом Океан Ельзи.Backstage Сергей Буковский считает интересной. Но в том, что фильм выйдет в прокат, сомневается
Работу над фильмом Океан Ельзи.Backstage Сергей Буковский считает интересной. Но в том, что фильм выйдет в прокат, сомневается


Снимать жизнь обычных людей в декорациях большой истории — лейтмотив работ Буковского. В фильме Украина. Точка отсчета, снятом по рассказам свидетелей обретения страной независимости, режиссеру особенно дорог случайный кадр хроники с маленьким мальчиком, который держит на митинге в 1991 году флаг Украины.

— У него восхищенное радостное лицо, но где он находится и что происходит вокруг, он не понимает — это собирательный портрет большинства из нас в те годы.

— Снимая этот фильм, вы не задумывались, чем может обернуться легко обретенная независимость? — спрашиваю я.

— В таком кровавом варианте — никогда,— признается Буковский.

–Сегодня, после Майдана и во время войны, украинское документальное кино получило стимул к развитию? — прерываю я затянувшееся молчание.

— Я бы не рискнул так говорить,— осторожничает Буковский.— Мы ведь ничего, кроме Майдана и военной кинохроники, пока не сняли. Ничего не знаем о людях, вернувшихся с арены исторических событий в обычную жизнь, а ведь там начинается настоящая драма. Снимать кино об обычном человеке, понять, кто твой герой,— очень сложно, нужна хорошая литература и хорошая драматургия.

Самой удачной хроникой о Майдане Буковский называет фильм Все палає, снятый тремя его коллегами — Александром Течинским, Алексеем Солодуновым и Дмитрием Стойковым.

— Ключевой эпизод фильма — это плачущий пожилой мужчина, обнимающий поваленного с постамента Ленина. Это момент, когда рушится его личная история.

Таких историй режиссеру в современной украинской документалистике не хватает. “Я прочитал за последнее время около 50 заявок на съемки документального кино,— рассказывает он.— Меня это ужаснуло: всего две-три стоят внимания. Остальное — снова про украинский флаг, герб, вышиванки, Небесную сотню, царство им небесное,— все очень конъюнктурно”

Около года назад Буковский закончил съемки фильма Океан Ельзы. Backstage — о том, как живет день за днем самая популярная украинская группа. Он искренне рад, что после многих лет исторического документального кино наконец‑то вернулся к современным людям, занятым концертами, репетициями и гастролями.

Буковский говорит, что кино получилось созерцательное, в нем много самого лидера группы Святослава Вакарчука. “Он не только талантливый музыкант, но и очень требовательный менеджер,— делится своими наблюдениями Буковский.— Такие качества крайне редко сочетаются в одном человеке”.

Кинематографистам даже удалось зафиксировать рождение новой песни — фронтмен наигрывал ее мелодию между репетициям. Спустя несколько месяцев песня вышла в свет, а вот фильм Буковского широкому зрителю недоступен. “Его не утвердил главный герой фильма”,— объясняет режиссер. И без тени разочарования продолжает: “Как любой сложный и талантливый человек, Вакарчук болезненно относится к своему образу на экране”.

Я спрашиваю об этической стороне документалистики, ведь камера может наблюдать за человеком и тогда, когда он совсем того не желает.

— Все документальное кино, по большому счету, неэтично,— соглашается режиссер, заказывая еще одну чашку кофе. Заметно, что эта тема волнует и его.— Ты всегда сам устанавливаешь границы съемки, чтобы не унижать достоинство человека. Ведь все зависит от контекста, монтажа, склейки. Человека в кадре легко сделать и гением, и идиотом.

Мы беседуем около двух часов, и Буковский признается, что ему пора идти — дома ждет любимый пес, которого нужно покормить.

Напоследок я спрашиваю режиссера о том, что бы ему хотелось снять вне зависимости от заказов, актуальности и возможностей.

— Я очень хотел бы сделать фильм про чернобыльскую зону. Не про катастрофу с выяснениями, что там произошло и кто виноват, а про Чернобыль-заповедник. О том, что происходит с природой сегодня, как спустя 30 лет природа побеждает человеческую глупость,— оживляется режиссер, но тут же сам себя обрывает: такие фильмы требуют многолетней работы и по‑настоящему больших бюджетов.

Мы прощаемся у Дома кино, где и встретились. Приветливо пожав мне руку, Буковский быстрым шагом скрывается во дворе.

.

5 вопросов Сергею Буковскому: 

— Какое событие в своей жизни вы считаете главным?

— Думаю, оно еще впереди.

— Ваш любимый город?

— Нью-Йорк. Очень уютный город. По нему можно ходить пешком.

— На чем вы передвигаетесь по городу?

— Пешком и на машине, у меня Subaru Forester.

— Каков ваш личный месячный прожиточный минимум?

— Я не считал. Мои запросы крайне невелики. Наши основные семейные доходы уходят на бензин и оплату газа, потому что я живу в частном доме под Киевом.

— К чему вы стремитесь в жизни?

— Поймать о-о-очень большую рыбу!

Материал опубликован в НВ №36 от 2 октября 2015 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: