3 декабря 2016, суббота

Оружие на землю! Руки за спину! - политики, писатели и бизнесмены рассказали, нужно ли вести переговоры с сепаратистами

комментировать
Шарж Алексея Примакова

"Похмельный люмпен, который грабит и выставляет перед собой испуганных мирных людей, даже не знает, что такое сепаратизм, если их спросить", - Ольга Герасимьюк, журналист, телеведущая

Новое Время расспросило известных украинцев, разумно ли вести переговоры с боевиками в Донецке и Луганске

Я считаю, что переговоры с сепаратистами, террористами и убийцами вести нельзя. Переговоры нужно вести с мирными гражданами — лидерами мнений, активистами, интеллигенцией, для того чтобы нейтрализовать российскую пропаганду и выработать совместные действия для обеспечения мира на востоке Украины. 

Оксана Продан, народный депутат, фракция УДАРа


Сепаратизм — это в каком‑то смысле политические взгляды, а политикам с политиками всегда нужно вести переговоры и диалог. Но только тогда, когда сепаратисты не переходят грань насилия, то есть не становятся террористами.

С террористами в мировой практике переговоры всегда плохо заканчиваются. И потому сепаратисты, перешедшие на сторону терроризма, будут уничтожены, и никаких переговоров с ними не может быть. Ну а те сепаратисты, которых выставляют как политических наркомов,— с ними можно спорить, их можно убеждать и т. д.

Дмитрий Капранов, писатель


Во-первых, нужно открыто и недвусмысленно признать, что у нас идет война. Термин АТО сейчас воспринимается скорее как эвфемизм, прикрывающий реальное положение дел. Во-вторых, нужно понять, что это война за независимость. Проиграем ее — не будет Украины. Вот с этих позиций, по‑моему, и нужно рассматривать возможность переговоров.

С боевиками, которые зашли со стороны России, говорить не о чем: это люди, которые в основном пришли сюда зарабатывать на войне, а не разговаривать о мире. С ЛНР и ДНР разговор тоже не получится: они требуют неких посредников из Кремля, а на таких условиях любой компромисс будет лишь консервацией проблемы, а не ее решением. То есть неразорвавшимся боеприпасом, который однажды таки взорвется.

Конечно, говорить надо (и придется): об обмене заложниками, о временном прекращении огня для выхода гражданских лиц и о прочих моментах, которые случаются на войне. Но это не переговоры власти с сепаратистами — это договоренности отдельных украинских командиров с командирами боевиков. И они уже происходят. Вынужденно. Власть к этому не имеет и не должна иметь никакого отношения.

Если власть намерена победить, то единственный вид переговоров с боевиками — это переговоры об условиях их сдачи в плен. Нам навязали гибридную войну, и мы ее должны превратить в битву за нашу независимость, потому что это единственный вид войны, в которой слабый всегда побеждает сильного.

В общем, сначала нужно полностью перекрыть границу с Россией, и тогда противник сам попросится за стол переговоров. 

Андрей Цаплиенко, журналист, военный корреспондент


Разговаривать всегда полезно — слушать, слышать,— но с оглядкой на уровень сторон, их готовность принимать ответственные решения и желание [договариваться]. На сегодняшний день, к сожалению, этого нет ни с одной, ни с другой стороны.

То есть, на мой взгляд, нет тех условий, при которых можно было бы вести переговоры. В любом случае позиция одна: люди не должны умирать. Все. Этого должны хотеть обе стороны. 

Анатолий Близнюк, народный депутат, фракция Партии регионов 


Разговор с так называемыми сепаратистами я вижу так: “Оружие на землю! Руки за спину!” – Ольга Герасимьюк, телеведущая

Разговор с так называемыми сепаратистами я вижу так: Оружие на землю! Руки за спину! Похмельный люмпен, который грабит и выставляет перед собой испуганных мирных людей, пьет и жирует в кабаках прямо сейчас, разгуливает по кофейням Луганска и наводит страх, тырит бухло из супермаркетов — этот человеческий балласт без мозга, а лишь с органами пищеварения, вооруженный россиянами, а также наемники, рубящие в Донбассе капусту и людей,— с этим материалом не может быть разговоров. Они даже не знают, что такое сепаратизм, если их спросить.

Испуганное и запутанное простое донбасско-луганское население — это не сепаратисты, это наше горе горькое. Их нужно спасать и ждать вероятного пробуждения инстинкта защитника своего дома в будущих поколениях. В батальоне Донбасс, например,— лучшая часть Донбасса.

Ольга Герасимьюк, телеведущая


Нужно. Прежде всего потому, что любые переговоры лучше войны, а Украина втянута в войну по защите своих интересов на своей территории. И выход из этой ситуации должен формироваться с ответом на вопрос “Что предлагает Украина своим проблемным регионам? И что Донецк и Луганск предлагают всей Украине?”А это диалог, который необходимо вести уже сейчас.

Однако давайте отделим зерна от плевел: кого мы называем сепаратистами? Те, кто пришел в Украину с оружием,— поправить свое материальное положение, по убеждению, просто в зарницу поиграть и прочее — это террористы.

С ними переговоры могут быть только по одной теме: капитуляция и ее условия. И так принято во всем цивилизованном мире — с террористами переговоров не ведут.

Кроме того, необходимо определить полномочную сторону от так называемых сепаратистов. Все эти самопровозглашенные мэры и губернаторы нелегитимны, они не представляют народ Донецкой и Луганской областей Украины.

Поэтому сначала необходимо восстановить порядок, вернуть беженцев и провести выборы. А потом — диалог, где, я уверен, Донбасс услышит всю Украину, а Украина проявит уважение и внимание к Донбассу.

Важно помнить одно: любовь к Украине и ее целостность — не предмет для обсуждения или торговли. Это аксиома, с которой каждому придется смириться — или принять решение и найти себе другую страну. Вот над чем необходимо задуматься настоящим сепаратистам.

Руслан Ольховский, руководитель IT-компании Softengi


С сепаратистами можно говорить лишь об условиях их капитуляции и предложить им последний шанс выйти из войны живыми. Собственно, президент это и сделал. Больше с ними не о чем договариваться.

Владимир Арьев, народный депутат, фракция Батькивщины


Когда мы ищем путь мира и остановки кровопролития, не может быть никаких табу и нет, если эти действия или решения способны вернуть мир на нашу землю, прекратить гибель украинских людей с обоих сторон.

Поэтому я считаю, что невозможно без диалога решать этот вопрос. Даже если бы у нас было стократное преимущество в силе, никогда не следует отбрасывать путь диалога и ума.

Всегда нужно находить разумные компромиссы, которые рождаются, может быть, из самых неприемлемых позиций сторон. Но, вступая в диалог, очень важно самому не только говорить, но и слышать, попытаться понять, какие чаяния другой стороны, чем она живет.

Даже если бы была возможность победить военным путем, я все равно не был бы его сторонником. Потому что если мы собираемся жить в одной стране, не с помощью оружия нужно решать возникшую проблему.

Я считаю, что начало АТО — это военное преступление. Нам нужен путь взаимного примирения, уважения и мира. Вот это моя позиция. Я не хочу, чтобы гибли молодые хлопцы как с одной, так и с другой стороны. Пускай любят девчат, пусть рождают маленьких граждан нашей страны, пусть радуют мам, которые становятся бабушками, а не получают похоронки. Нет той цены, которую нельзя заплатить за мир. Тем более путем переговоров и поиска компромисса. 

Владислав Лукьянов, народный депутат, фракция Партии регионов


Все зависит от того, кого и что мы имеем в виду, употребляя термин сепаратист и сепаратизм.

Людей, взявших в руки оружие, чтобы разрушить украинское государство, уничтожить его органы управления и граждан во имя каких‑то воображаемых или реальных политических идей, необходимо называть террористами. Терроризм — это явление, преследуемое по всему миру. Террористов, которые не сдаются, уничтожают.

Иностранные граждане, преимущественно россияне, но и другие, проповедующие на нашей территории идеи изменения территориального или конституционного строя, являются нежелательными иностранцами, от которых необходимо избавляться, депортируя на их родину. А если они и дальше не унимаются, то преследовать по украинским законам.

Другое дело, когда речь идет о гражданах нашей страны, которые пытаются выражать свои взгляды и убеждения в рамках украинских законов. В данном случае надо вести борьбу с идеями, а не с их носителями. И одним из основных видов такой борьбы является информационная, разъяснительная и пропагандистская работа. 

Богдан Яременко, бывший генеральный консул Украины в Стамбуле, глава фонда Майдан иностранных дел

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: