3 декабря 2016, суббота

Мы будем выполнять полеты, пока сможем - гендиректор Wizz Air Ukraine

комментировать
Генеральный директор Wizz Air Ukraine Акош Буш считает, что новые правила работы на авиарынке Украины выгодны крупнейшей украинской авиакомпании МАУ
Фото: Александр Медведев

Генеральный директор Wizz Air Ukraine Акош Буш считает, что новые правила работы на авиарынке Украины выгодны крупнейшей украинской авиакомпании МАУ

Акош Буш, гендиректор Wizz Air Ukraine, крупнейшего в стране лоукостера, рассказал НВ о том, почему из Украины может уйти большинство авиакомпаний

Самолеты Wizz Air Ukraine, крупнейшей бюджетной авиакомпании в стране, могут исчезнуть из украинского неба. “Дочка” венгерского перевозчика Wizz Air в Украине, которая за прошлый год перевезла 1 млн пассажиров по 16 международным маршрутам, заявила, что новые правила, которые вводит официальный Киев, не способствуют развитию авиаперевозок в целом.



Правила, которые сейчас готовят авиавласти, якобы выгодны только одному оператору — Международным авиалиниям Украины (МАУ), самой большой отечественной авиакомпании, пассажирами которой в прошлом году стали 4,6 млн человек. Предполагается, что этот шаг должен помочь ей справиться с кризисом.

Спустя несколько дней после резонансного заявления Wizz Air Ukraine авиавласти решили повременить с принятием новых правил, но от самой идеи не отказались. НВ встретилось с генеральным директором Wizz Air Ukraine Акошем Бушем, чтобы получить информацию о перспективах его компании в Украине из первых рук. Беседа состоялась в киевском офисе Wizz Air, который находится в одном из бизнес-центров. Сам Буш, в отличие от многих украинских топ-менеджеров, оказался простым и даже скромным в общении. Впрочем, тема разговора заставляла его проявить жесткость и прагматизм.

— Как вы считаете, зачем авиавласти ужесточают правила получения авиакомпаниями новых направлений?

— Не знаю. Мы ожидали прямо противоположного. И правительство, и общество заинтересованы в развитии авиауслуг. А это возможно, только если на рынок допускают как можно больше авиакомпаний. Проект новых правил, наоборот, создает больше ограничений, усложняет работу перевозчиков.

— Кому он выгоден?

— Я бы сказал, что эти правила выгодны крупнейшей украинской авиакомпании [МАУ]. Все расчеты в документе опираются на количественные показатели — размер флота, штат сотрудников и так далее. Поэтому если эти правила будут приняты, международные направления достанутся крупнейшему игроку. А в этом случае пассажиры лишатся возможности выбора.

Если авиакомпания работает неэффективно, перестроить ее очень сложно

— Во многих странах мира авиавласти поддерживают национальные авиакомпании. Почему бы это не делать Украине?

— Да, конечно. Но в странах ЕС это не происходит за счет других перевозчиков. Власти поддерживают национальные авиакомпании, но не ограничивают в выдаче разрешений на полеты других игроков рынка.

Кроме того, в Восточной Европе политика протекционизма провалилась. Национальные авиакомпании, которые постоянно нуждались в субсидиях, кредитах и не могли перейти на более эффективную модель работы, прекратили существование.

— МАУ оказались в непростом финансовом положении. Как бы вы посоветовали защитить авиакомпанию?

— Мой опыт показывает, что, если авиакомпания работает неэффективно, перестроить ее очень сложно. У меня был такой опыт, когда я работал в венгерской национальной авиакомпании Malev Malev [в 2001-2003 был региональным директором по Фрации, Бельгии и Швейцарии], и не могу сказать, что эта попытка была такой уж успешной [в 2012 году компания обанкротилась]. Так что я очень хорошо понимаю проблемы, которые стоят сейчас перед менеджментом МАУ.



— Какие конкретно трудности для Wizz Air создают новые правила получения разрешений на открытие новых рейсов?

— Главный барьер — это требование летать на внутренних линиях. Мы занимались такими перелетами в 2008–2009 годах и убедились, что для нашей компании это невыгодно.

— Но ведь выходя в Украину, вы обещали развивать внутренние рейсы. Почему не выполнили обещание?

— Это не было условием выхода на рынок. Власти попросили нас осуществлять внутренние рейсы, и мы попробовали. Но быстро поняли, что для нас это невыгодны, и постепенно мы их закрыли.

— Первой реакцией вашей компании на новые правила было заявление, что Wizz Air может уйти с рынка. Вам не кажется, что это шантаж?

— Я должен немного поправить: мы сказали, что принятие этих правил может привести к тому, что операторы начнут уходить с украинского рынка. Но мы не собираемся уходить. Мы преданы украинскому рынку и будем выполнять полеты, пока можем.

— Однако власти решили повременить с принятием новых правил. Означает ли это, что вас услышали?

— Мы рассчитываем, что авиавласти примут во внимание аргументы, которые привела отрасль. Я согласен, что новые правила необходимы. Но вопрос в том, какое направление для развития отрасли будет выбрано. Украина заявляет, что стремится в Европу, и я верю, что это отразится и на авиарынке.

— Большинство направлений Wizz Air выполняются в страны ЕС. Но не так много украинцев имеют открытую шенгенскую визу. Видите ли вы перспективы в европейских направлениях?

— Рано или поздно визовые ограничения для украинцев будут сняты. Кроме того, мы видим, что даже сейчас это не является таким уж большим препятствием. Если вы хотите увидеть Париж, вы получите шенгенскую визу.

— Какие конкретно международные направления вас интересуют и чем они выгоднее рейсов в Вильнюс, Софию и Стокгольм, которые вы закрыли в 2013 году?

— Маршруты бывают очень хорошие, просто хорошие и очень плохие. И, конечно же, мы хотим выполнять только хорошие и очень хорошие рейсы. К последним мы относим, например, Тель-Авив, Стамбул, Рим, Париж и Барселону.

— Сейчас вы открываете новый рейс Киев—Москва. Вы считаете, он будет успешным в ситуации, когда две страны находятся в состоянии войны?

— Москва всегда была одним из наиболее прибыльных направлений для всех операторов. Мы боролись за разрешение летать на этом рейсе более пяти лет. Мы получили его от украинских властей год назад, а от российских — в июле этого года. Конечно, это не лучшее время для начала полетов, но мы не могли ускорить этот процесс. Кроме того, мы верим, что рано или поздно ситуация наладится.


Фото: Александр Медведев / НВ
Фото: Александр Медведев / НВ


— Как повлияла на вас ситуация с аннексией Крыма и войной в Донбассе?

— До лета 2013 года единственным внутренним рейсом, который мы продолжали выполнять, был Киев—Симферополь. Но после того как симферопольский аэропорт повысил некоторые аэропортовый сбор, мы закрыли этот маршрут. Так что аннексия Крыма на нас особо не повлияла.

А вот с Донбассом очень грустная история. Мы только открыли базу в аэропорту Донецка, разместили там один из самолетов, наняли пилотов и команду, как началась война. Мы ожидали большой трафик из восточной Украины и много инвестировали в это, но, конечно, эти инвестиции не могут сравниться с потерянными человеческими жизнями.

— Почему Wizz Air стал таким дорогим?

— Все очень просто — обвал местной валюты. Все наши затраты привязаны к доллару, а доход мы получаем в гривне. Мы вынуждены повышать цены. Но даже сейчас, если вы покупаете билет за несколько месяцев до поездки, наши цены самые низкие на рынке.

— Как вы считаете, почему другие лоукост-авиакомпании не выходят на украинский рынок?

— В Европе лоукостеры летают куда хотят. Им не нужно платить высокие тарифы за инфраструктуру, у них нет такой административной нагрузки как в Украине. Другими словами, Украина - это рынок с высокой стоимостью авиа инфраструктуры. Когда 6 лет назад мы заходили сюда, это было как раз накануне коллапса гривны. Но мы остались, потому что Украина – центральноевропейской государство и портфолио WizzAir будет неполным без Украины. Это дорогая и рискованная инвестиция, на которую пока решилась только WizzAir.

Материал опубликован в №30 журнала Новое Время от 5 декабря 2014 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: