8 декабря 2016, четверг

Кто отправится на свалку истории за саботаж реформ - исследование НВ

комментировать
ЭКИПАЖ (слева направо) Игорь Кононенко, депутат БПП, Николай Мартыненко, депутат НФ, Андрей Иванчук, депутат НФ, премьер Арсений Яценюк, президент Петр Порошенко

ЭКИПАЖ (слева направо) Игорь Кононенко, депутат БПП, Николай Мартыненко, депутат НФ, Андрей Иванчук, депутат НФ, премьер Арсений Яценюк, президент Петр Порошенко

Кто при власти тормозит модернизацию Украины и рискует быть вынесенными на вилах из высоких кабинетов - исследовало НВ

Неприемлем — так одним словом характеризует темп реформ в стране Павел Кухта, эксперт организации Реанимационный пакет реформ.

Эта краткая характеристика родилась из многомесячного мониторинга, который проводит в Украине аналитическая платформа VoxUkraine, что объединяет влиятельных экспертов, в том числе и международных. Представители платформы дважды в месяц оценивают ход реформ, учитывая государственное управление, борьбу с коррупцией, госфинансы, монетарную, рыночную и торговую политику, а также энергетическую независимость. Темп модернизации, который приводит к кардинальным изменениям, эксперты решили отмечать 5 баллов. А минимально достаточный для Украины темп реформ они приравняли до 2 баллов. Все, что ниже,— это недостаточная скорость трансформаций.

С начала года в Украине всего трижды — в марте, апреле и мае — скорость модернизации была приемлемой. Все остальное время власть меняла страну с черепашьей скоростью. А летом, как считали эксперты, реформирование практически замерло. "Все ушли на каникулы вместе с реформами",— подтверждает Кухта.

Он готов назвать те силы, через которые модернизация страны хромает на обе ноги.

Во-первых, это Верховная Рада, в которой пасут задних члены коалиции: Блок Петра Порошенко (БПП), фракция "Батькивщины" Юлии Тимошенко и представители премьерского Народного фронта (НФ). "Совет занимается популизмом, поет гимн и читает стихи Шевченко, но не принимает законы, важные для страны",— убежден Кухта. Причем дело не только в популизме — саботаж реформаторских инициатив происходит и через лоббизм некоторыми депутатами собственных бизнес-интересов.

Очень многие депутаты занимаются лоббизмом, - Сергей Лещенко, народный депутат от фракции БПП

Во-вторых, лично премьер Арсений Яценюк. Опрос 20 экспертов, проведенное НВ в апреле этого года, выдало неожиданный результат — главной помехой модернизации Украины специалисты, которые внимательно следят за преобразованиями в стране, признали персонально премьер-министра.

Ну и, в‑третьих, это президент Порошенко. Он, по мнению Кухты, все время борется за сохранение своих полномочий вместо того, чтобы быть драйвером изменений. К тому же беззубость прокуратуры в борьбе с повсеместной коррупцией за последние полтора года тоже во многом его "заслуга", считают эксперты.

Итог "трудов" этой троицы, по мнению Бачо Корчілави, бывшего пресс-атташе посольства Грузии в Украине, печальный: по сравнению с тем темпом реформ, который был в Грузии, здесь изменения происходят слишком медленно. В Тбилиси, мол, при президенте Михаиле Саакашвили за месяц делалось больше, чем в Киеве за год. "Это притом, что изначально в Украине было больше подготовленных кадров, а значит, для серьезных изменений вы готовы гораздо больше, чем мы в свое время",— считает Корчилава.

Амбициозные лоббисты

Главным тормозом реформ эксперты называют парламент. С этим погоджуютьсяі даже депутаты. Например, Сергей Лещенко, представитель БПП и член парламентского комитета по борьбе с коррупцией: “Я не буду защищать Раду, поскольку, по моему мнению, в срыве внедрения реформ ее вина самая большая. Мне кажется, очень многие депутаты занимаются лоббизмом. И когда какой-то законопроект противоречит их темам, то он элементарно проваливается".

Лещенко уточняет, что настроить фракцию против голосования за любой закон не так уж и сложно. А если подключить еще две-три фракции, то можно провалить любой полезный для страны проект.


Айварас Абромавичус без труда вспоминает случаи, когда депутаты пытались завернуть реформаторские законы, лоббируя свои интересы
Айварас Абромавичус с легкостью вспоминает случаи, когда депутаты пытались завернуть реформаторские законы, лоббируя свои интересы


Примеров лоббизма, который вредит позитивным изменениям, эксперты приводят много.

Один из них — блокирование Радой законопроекта о реформе в сфере госзакупок. Он позволил бы победить тендерную мафию и упростить участие в любом государственном тендере.

В интервью НВ Айварас Абромавичус, министр экономики, рассказал, почему парламент не принял проект: "Некоторые депутаты хотели внести в него поправку, которая восстановила бы Тендерную палату — орган, который при прежней власти стал инструментом нелегального заработка для чиновников-коррупционеров". Как объясняет министр, в год в стране происходит госзакупок на 250 млрд грн. Депутаты с помощью поправки хотели направить 130 млрд грн. через Тендерную палату — они смогли бы зарабатывать на этом 1 %. "Процентик вроде и небольшой, а получается приличная сумма",— возмущается министр. И отмечает, что правки удалось "отбить", но момент упущен — законопроект не успели принять до ухода Рады на летние каникулы. Теперь нужно ждать осени и новой битвы за этот документ.

Другой пример, который привел Абромавичус, — ликвидация госпредприятия " Укрэкоресурсы. Оно собирало со всех импортеров средства на утилизацию, но поскольку ничем подобным не занималось, эти средства были разворованы. Министр говорит, что парламентарии до последнего пытались покинуть предприятие, особенно старался один из депутатов из провластной коалиции. В итоге свою идею Кабмин все‑таки продавил.

О лоббизме говорит и Тарас Качка, глава Украинского медиа-центра реформ. Он вспоминает закон Виктора Галасюка с "Радикальной партии Олега Ляшко" и Остапа Єднака из фракции "Самопомощь" львовского мэра Андрея Садового — этот документ запретил экспорт из Украины леса-кругляка. “Проект лоббировал интересы внутренних потребителей древесины, для которых таким образом снижались цены на сырье. Это добавило напряжения как экспортерам, так и западным покупателям леса. Депутаты знали все замечания международного сообщества, но все равно продавили закон",— говорит Утка. Причина — парламентарии были глубоко вовлечены в тему и даже не скрывали этого.

Александра Устинова, член правления Центра противодействия коррупции, вспоминает голосования за закон о создании Национального антикоррупционного бюро. В ночь накануне его рассмотрения в документ внесли более 180 поправок, практически лишив бюро необходимых полномочий для эффективной борьбы с коррупцией. Правки вносились "договорняком" от двух наибольших фракций в парламенте — Сергеем Пашинским от НФ и Андреем Павелко от БПП.

Если элита не будет проводить реформы, она пойдет на свалку истории, - Сергей Гайдай, политтехнолог

Совет в состоянии "заговорить" не только отдельные проекты, но и реформирование целых секторов. Так, например, произошло с охраной здоровья. МИНЗДРАВ еще весной внес в парламент пакет модернизационных проектов, положительно оцененных всеми участниками рынка. Они позволяли, по мнению профильного министра Александра Квиташвили, запустить в стране и страховую медицину, и различные инновационные проекты. Но за несколько месяцев документы не прошли даже комитета Рады по вопросам здравоохранения. Все затормозили два лица — председатель комитета Ольга Богомолец и Олег Мусий, ее заместитель и бывший министр здравоохранения.

Последний, по словам Квиташвили, заявил, что у него есть право внести альтернативный пакет законов. Итог работы Мусия министр оценил так: на 95 % — текст от МИНЗДРАВА, на 3 % — несущественные поправки, на 2 % — существенные правки. Чиновник считает, что все вопросы можно было бы снять за 20 минут на уровне профильного комитета, но там на сотрудничестве не были настроены. Выражалось это в позиции самой Богомолец, которая не захотела даже править предложенные министерством законы.

Поведение депутатов Квиташвили объясняет политическими амбициями, желанием быть авторами реформы.

Мусий вины не признает. Настаивает, что с подачи правительства уже появлялись законы, которые "вылезали боком украинскому народу". Свой проект он называет таким, что исключает хищение всей системы здравоохранения". "В отличие от законопроекта, который внес Квиташвили",— подчеркивает депутат. Но в чем конкретно заключается "хищение", он объяснить отказался.

В контексте действий Верховной Рады, которые стопорят реформы, Квиташвили вспоминает случай, когда Минюст подготовил пакет документов, что позволяет стране подняться на 30 пунктов в рейтинге Всемирного банка Doing Business. Причем каждый пункт — это плюс $1 млрд прямых инвестиций, объясняет министр. Но депутаты не проголосовали за пакет вовремя, поэтому обновленная информация о стране не войдет в рейтинг 2016 года. "Мы потеряли $30 млрд потенциальных инвестиций", — говорит Квиташвили.


Павел Шеремета, экс-министр экономики, вспоминает, как ему пытались навязать заместителей—представителей коалиционных партий
Павел Шеремета, экс-министр экономики, вспоминает, как ему пытались навязать заместителей — представителей коалиционных партий


Но и это не все, что может сказать министр. По его данным, из 180 законов, которые правительство подало в Раду, через парламент прошли только 80. Остальные — не приняты, проголосованы или продолжают рассматриваться. То есть КПД Верховной Рады в данном случае равна 45 %.

В Грузии при Саакашвили, как вспоминает министр, брали 100 % законов, необходимых для реформирования страны. В Словакии времена реформ Ивана Миклоша аналогичный показатель составлял 99,9 %.

Своим низким показателем украинский парламент обязан деятельности нескольких фракций. Прежде всего это команда бывших регионалов, что именует себя Оппозиционным блоком — они вообще не голосовали ни за одну реформу. Но куда больший негативный эффект от двух коалиционных фракций — БПП и тимошенковской "Батькивщины". Об этом говорит и Кухта, и Квиташвили. По мнению последнего, партия Тимошенко — крайне популистская. А проблема БПП в том, что во фракции різношерстний состав, и собрать одну команду,со которая будет голосовать на 100 %, трудно.

В украинских правительственных реформаторов иногда появляется и неожиданный противник — политические соратники премьера по фракции НФ. Об этом НВ рассказывает на условиях анонимности высокопоставленный чиновник, представляющий топ-менеджмент одной из крупнейших госкомпаний страны.

Например, для того чтобы проводить через парламент законопроекты в области топливно-энергетического комплекса (ТЭК), нужно иметь хорошие отношения с Николаем Мартыненко, председателем профильного комитета Верховной Рады и заместителем председателя фракции НФ. Тот, мол, имеет давние интересы в атомной энергетике и нефтегазовой отрасли, являясь таким образом и игроком, и во многом арбитром на рынке.

В этой сфере действует еще один политический тяжеловес — Андрей Иванчук, председатель комитета по экономической политике и еще один заместитель главы премьерской фракции. Именно он блокировал принятие Радой закона, который позволяет государству вернуть себе контроль над госкомпанией "Укрнефть". Эту структуру еще несколько лет назад фактически монополизировал миллиардер Игорь Коломойский, ее миноритарный акционер.

Ведомство коричневых конвертов

Главная проблема Кабмина — все тот же популизм. И здесь безусловным лидером является уже сам премьер. В апреле НВ провело экспертный опрос среди людей, привлеченных к процессу реформирования страны, большинство из которых назвали главу Кабмина консервативным членом правительственной команды. Основная претензия экспертов и бизнес-сообщества — отсутствие политической воли для проведения жестких реформ и каких‑либо ощутимых изменений в бизнес-климате. Также против Яценюка играет и постоянное мигание ближайших его соратников в коррупционных скандалах.

Да и в целом ситуация в отечественном Кабмине мало располагает к модернизации. Правительство созданный по квотному принципу, напоминает Абромавичус, и это сказывается на его кадровом потенциале — на посты часто назначают не профессионалов, а креатуры коалиционных партий. Те, в свою очередь, больше заботятся о рейтинге своей силы, чем о реформах.

С этим в свое время столкнулся Павел Шеремета, первый министр экономики в постмайданном Кабмине. Он вспоминает: когда дело дошло до назначения заместителей, ему начали звонить и приносить "коричневенькі конвертики" — мол, почитай, важное. Это были резюме кандидатов. Экс-министр не соглашался принимать подобных "назначенцев", и те даже ночевали в его приемной, возмущаясь: "Меня делегирует коалиционная партия, какое вы имеете право меня назначать?". "А я объяснял, что как раз я и имею право назначать или не назначать", — рассказывает Шеремета. По его словам, все закончилось тем, что из-за конфликта с премьером по поводу одного такого кандидата он и ушел в отставку.

Тотальный популизм украинского правительства, по мнению Корчілави, приводит к тому, что худшее реформы відбуваютьсяь в социальной сфере. “Все это связано с трусостью политиков. Они очень боятся принимать решения, пытаются быть хорошими для всех", — сетует он.

Результат вялой реформаторской политики Кабмина не заставил себя ждать. В июльском опросе Европейской Бизнес Ассоциации (ЕБА) индекс инвестиционной привлекательности Украины во втором квартале 2015 года оценены в 2,66 балла из 5 возможных. 81 % из 112 опрошенных бизнесменов не удовлетворены состоянием инвестиционного климата в Украине. 49 % респондентов не видят никаких положительных изменений и продолжают жаловаться на медленное внедрение реформ, коррупцию, налоговое и фискальное регулирование и давление со стороны соответствующих органов. Больше всего нареканий у бизнесменов к судам, Государственной фискальной службы и Генпрокуратуры.

Верховный

Часть вины за пробуксовки реформ эксперты возлагают на президента и его администрацию. Именно с Банковой курирует судебную реформу, которая до сих пор так и не началась. "Наша судебная ветвь власти — это какая-то каста темных сил, которая, в принципе, тормозит все изменения",— убежден Кухта. А президентский аппарат вместо решительных действий в этой сфере тянет время.

Еще одно слабое место Порошенко — борьба с коррупцией и реформа Генпрокуратуры. "Хотелось бы увидеть такую работу, как показывает последние пару лет Антикоррупционное бюро Румынии, где они надавили на многих политиков и некоторых посадили",— говорит Томаш Фиала, президент ЕБА и генеральный директор инвесткомпании Dragon Capital (в число ее активов входит компания Медиа-ДК, которая издает журнал и сайт НВ).

В Генпрокуратуре активности в уголовном преследовании крупных чиновников-коррупционеров эксперты не замечают. Наоборот, Порошенко бережет тех людей, которые могли бы стать объектом антикоррупционных расследований. Так, он снял все‑таки с должности генпрокурора Олега Махницкого, который показал полное безволие на этой должности, граничащая с саботажем. Даже бывшие коллеги Махницкого по политсиле Свобода в интервью НВ признавали, что Махницкий "для Свободы умер", имея в виду результаты его деятельности на должности генпрокурора. Но при этом глава государства сделал его своим советником после ухода с должности.

Следующий глава Генпрокуратуры — Виталий Ярема, которого назначал уже лично Порошенко,— действовал еще хуже, потеряв ряд крупных деятелей режима Виктора Януковича и даже не попытавшись реформировать ведомство. Но в отставку Ярему отправил не президент, а парламент.

К тому же многочисленные свидетельства экспертов и даже членов Кабмина о масштабном хищении средств на государственных предприятиях за последние полтора года не привели ни одного задержания или даже расследования правоохранителей. Согласно сообщениям прессы и самих министров Кабмина, масштабные хищения при помощи разнообразных схем за последние полтора года и часто под патронатом политиков, которые входят в провластную коалицию в парламенте — имели место в таких госкомпаниях, как Укрспирт, Укрзализныця, Государственная продовольственная зерновая корпорация, Одесский припортовый завод и т. д. Ни один из этих многочисленных случаев не привлек внимание прокуратуры.

"Если бы президент хотел реформировать прокуратуру, то начал бы с того, чтобы хотя бы на треть обновил состав, приведя к власти не одного Давида Сакварелидзе [генпрокурор, ответственный за реформы и борьбу с коррупцией в ГПУ], а тысячу таких, как он",— посетовал главе государства Корчилава.

Эти слова могут стать и общей претензией к всей власти. Для успешного реформирования страны стоило бы обеспечить кардинальные кадровые изменения в структуре власти.

"Реформы [сегодня] происходят прежде всего в тех ведомствах, где работают абсолютно новые люди", — отмечает Сергей Гайдай, директор по стратегическому планированию агентства Гайдай.Ком. Там же, где ключевые посты занимают политики и люди прежней формации, изменений нет — есть только декларации, созвучные требованиям общества, но не более того.

На общество политолог и возлагает самые большие надежды: в нем сейчас есть колоссальный запрос на изменения, и это заставит власти модернизировать страну. “Если элита не будет проводить реформы, то она пойдет на свалку истории. И, возможно, недобровольно",— прогнозирует эксперт.

Материал опубликован в НВ №29 от 14 августа 2015 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: