22 сентября 2017, пятница

Когда судьба большинства зависит от стойкости меньшинства. Бой под Мотовиловкой за путь на Киев

1919-й. Сечевые стрельцы слушают игру странствующего кобзаря
Фото: "История украинского войска" (Львов, 1992)

1919-й. Сечевые стрельцы слушают игру странствующего кобзаря

Успех восстания и судьба Директории напрямую зависели от того, удастся ли продержаться столько времени, чтобы сведения о восстании разошлись достаточно широко и подняли недовольных. Сечевики оказались в роли тех, от кого зависело все

Ситуация в Украине осенью 1918 года напоминала партию стратегической игры с полдесятком участников. Формально политическая власть принадлежала гетману Павлу Скоропадскому. Фактически гетман стремительно терял влияние. Приход к власти благодаря перевороту 29 апреля 1918 года, который организовали немецкие войска, с самого начала создал ему репутацию марионетки. Также в значительной степени благодаря немецкой поддержке ему удалось заключить перемирие с большевистским правительством. Но эта же немецкая протекция стоила Скоропадскому мирных отношений с украинскими кругами. Те же немцы сделали все, чтобы лишить гетмана собственной армии – основные армейские функции выполнял немецкий гарнизон в Украине — гетман распоряжался только верной гвардией.

В прямой оппозиции к гетману находились украинские силы. Причин было две. Первая - гетман ассоциировался с немецкой оккупацией. Вторая – основная масса оппозиционеров была вчерашними членами Центральной рады и в их глазах гетман оставался не более чем узурпатором. По партийным убеждениям подавляющее большинство было социалистами с присущим украинскому варианту социализма догматизмом, за которым скрывалась катастрофическая неспособность к систематической "черной" работе. Только очень небольшая часть из украинских кругов сотрудничала с гетманским правительством, среди них – Дмитрий Донцов и Вячеслав Липинский. Войска под командованием профессиональных, проукраински настроенных военных, вроде Петра Болбочана, который мог создать "украинскую" точку опоры для гетмана — не без участия немцев — оказались на восточных границах Украинского Государства.

Как следствие, государственный аппарат и военные кадры формировались преимущественно из россиян. Это открыло широкие ворота представителям "единонеделимской" ориентации, которые считали украинскую государственность временным недоразумением, а саму Украину — "Малороссией", частью великой Российской империи. Однако империя понемногу переходила в разряд мечтаний, а чтобы эту мечту воплотить в жизнь, "белые" остро нуждались в базе. Им казалось, что управляемая воспитанным в российской системе гетманом, фактически лишенная собственного административного аппарата, богатая ресурсами Украина, с чьей территории было удобно перебрасывать войска в Центральную Россию, в Москву, будет лучшим плацдармом.

Министр земельных дел Украинского государства Василий Колокольцев запрещал служащим Министерства подавать документы на подпись на украинском языке. В самом Киеве было опасно появляться офицерам бывшей армии Центральной рады. Когда в ноябре 1918 года полковник Всеволод Петрив пришел в штаб гетманской армии, его сразу предупредили: "Если вам дорога жизнь – не разговаривайте на украинском!". Петрив отказался идти на службу гетману, аргументируя позицию как раз пророссийскими настроениями, и весь период Гетманата перебивался случайными заработками, живя в Киеве на полулегальном положении.

Постепенно поддаваясь давлению, 14 ноября гетман издает Грамоту о федерации: Украинское государство добровольно вступало в федеративную связь с обновленной Россией, что на практике означало реставрацию империи.

То, что началось после обнародования грамоты, наиболее точно описал сотник Роман Дашкевич, командующий артиллерией стрелковой (на фото. Фото из книги Елена Степанив - Роман Дашкевич. Воспоминания и очерки): "В Киеве мобилизовались москали. В Белой Церкви приготовлялись Сечевые Стрельцы в поход на Киев". Грамота стала "спусковым крючком" для украинских республиканцев с одной стороны и российских монархистов с другой.

Первые, представленные Украинским национальным союзом, 15 ноября начали антигетманское восстание: объявили власть гетмана недействительной, а функции украинского правительства взяла на себя Директория.

"Белые", не слишком обращая внимание на гетмана, начали наводить свои порядки: уничтожать во всех смыслах украинские институции, арестовывать активистов украинского движения. Гетман, как будто желая посодействовать им, назначает на должность главнокомандующего барона фон Келлера, который разворачивает скоростную мобилизацию среди бывших имперских офицеров. Уже через четыре дня их было 7 тысяч.

Высланные на пограничье украинские части не имели никакого контакта с Директорией, следовательно, ничем не могли ей помочь. Но даже если бы они стали на сторону гетмана, все равно требовали времени добраться до Киева.

Немцы тоже перестали быть активным игроком – 11 ноября подписано Компьенское перемирие, в Германии вспыхивает революция, кайзер отрекается от престола и уезжает в Голландию, а немецкие войска в Украине "революционизируются": власть в них переходит к так называемым "зольдатенратам". А этих уже не интересовало ничего, кроме возвращения домой.

В финале Украинские сечевые стрельцы противостояли добровольческим дружинам, составленным из русских. УСС могли выставить 600 штыков в составе четырех сотен под общим командованием полковника Романа Сушко, который временно подменял Евгения Коновальца. Кроме них, в распоряжении Директории были полевая батарея из 4 легких полевых орудий под командованием сотника Романа Дашкевича и чета конников — 30 сабель под командованием хорунжего Бориса. Этим небольшим силам не хватало ничего: боеприпасов (батарея имела только 240 снарядов на все 4 пушки), транспорта.


1918. Так УСС вирушали у бій. Фото: muzejunr.io.ua
1918. Так УСС отправлялись в бой. Фото: muzejunr.io.ua


Против УСС выступил отряд князя Святополк-Мирского, составленный преимущественно из офицеров Добровольческой армии. Святополк-Мирский имел в своем распоряжении 600 штыков офицерского отряда, около 300 конников и тысячный сердюцкий полк гетманской гвардии. Картину дополнял бронепоезд с экипажем – общее количество, по некоторым оценкам, доходило до 3 тысяч.

Успех восстания и судьба Директории напрямую зависели от того, удастся ли продержаться столько времени, чтобы вести разошлись достаточно широко и подняли недовольных. Сечевики оказались в роли того меньшинства, от чьей стойкости зависела судьба большинства.

16 ноября 1918 года отряды УСС выступили из Белой Церкви и через два дня дошли до станции Мотовиловка — небольшой железнодорожной станции среди леса. Через 3,5 версты в направлении Василькова лесной массив переходящий в бугристое поле, которое протянулось до села Плисецкое. Это поле, разделеннон пополам железнодорожными путями, и стало ареной боя.

Утром 18 ноября от Мотовиловки отправился импровизированный "бронепоезд": установленные на платформе полевая пушка и четыре пулемета, усиленные отрядом войск. Одновременно лесом вдоль пути двинулось две пешие сотни — слева подразделение Осипа Думина, справа — Николая Загаевича. Эти неполные три сотни выдержали бой против полутора тысяч воинов противника.

Только шеренга стрелков вышла из леса, тут же попала под вражеский обстрел – особенно "броневик". Ситуацию спас Федь Черник (на фото; фото из книги " История украинского войска: по его приказу пулеметы немедленно сняли и быстро установили на бугорках пулеметные гнезда. В перестрелке и украинские, и российские воины пытались "вычислить" по силе огня место нахождения противника и атаковать прицельным огнем. Эта дуэль стоила стрелковым пулеметчикам потери их командира – Федя Черника, который погиб от ранения в живот.

Врага сдерживала только сотня, наступавшая слева. После начала боя она была вынуждена выслать 12 стрелков с задачей остановить сердюков, которые почти обошли левый фланг.

Тем временем бойцы Загаевича на правом крыле углубились в лес, ориентируясь только по звукам боя. Командир с двенадцатью стрелками пошел в разведку. В то время между сотней справа и линией пути уже вклинилась часть сердюцкого полка. Практически одновременно на вражеские силы натолкнулись и разведка, и основные силы сотни Загаевича. Небольшой разведывательный отдел сразу оказался в окружении, из которого прокладывал себе путь гранатами. Безуспешно: прорвались только двое. Но собратья напали на остальных сердюков. Сила и внезапность атаки принесли свои плоды – враги рассеялись по лесу.

Но это не означало перелома ситуации в пользу стрельцов. Противник имел гораздо больше боеприпасов. Все, что спасало – меткость пулеметчика.

В 10 часов утра пришло подкрепление, и за полчаса фронт противника стрельцы разорвали в нескольких местах, а путь к отступлению враждебному бронепоезду преградил поверженный метким выстрелом артиллеристов УСС столб.

Победа дорого стоила. Сотник Роман Дашкевич вспоминал: "Я почти глухой от выстрелов, вернулся с другими гарматниками на станцию Мотовиловка. Кратко сдал отчет. Гарматники достали в какой-то кухне обед и ужин и возле пушек, измученные, легли спать. Я зашел до штабного поезда и перекусил немного. В ушах шумело, звонили, голова болела, аж трескала, может, не так от голода, как от табака и шума. Таким в том поезде лег спать".

Но это была настоящая победа. Из 1.600 вражеских солдат уцелело только около шести сотен. Сами же стрельцы потеряли лишь 26 воинов. Уцелевшие вражеские солдаты принесли с собой в Киев панику, называя бойцов стрелкового корпуса "чертями во плоти". На фоне паники среди гетманских войск рос энтузиазм противников Директории: к корпусу УСС присоединялись украинские подразделения и отдельные добровольцы. К тому же Мотовиловка дала понять: украинцы не беззубые и умеют воевать. А самое главное – путь на Киев был свободен. Меньше чем через месяц, 14 декабря 1918 года войска Директории вошли в столицу.

Исаюк Олеся - научный сотрудник Центра исследований освободительного движения и Национального музея-мемориала “Тюрьма на Лонцкого”

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: