23 апреля 2017, воскресенье

Как IT-активисты за деньги Сороса за два года создали то, что не удалось государству за 20

Хочешь иметь бизнес в Украине - сначала стань волонтером, демонстрирует на себе Денис Гурский
Фото: личный архив Дениса Гурского

Хочешь иметь бизнес в Украине - сначала стань волонтером, демонстрирует на себе Денис Гурский

Зачем фермерам мобильные приложения и куда бесследно исчезли законы в Верховной Раде, рассказывает советник премьер-министра и основатель SocialBoost Денис Гурский

На что Правительство тратит государственные средства, как голосуют народные депутаты перед выборами, в каких районах Киева совершено больше всего преступлений – такая информация должна быть доступна каждому рядовому гражданину страны. Однако власть не спешит раскрывать массивы данных добровольно.

Осенью 2015 года Парламент принял закон, которым обязал все ветви власти оцифровать накопленную информацию и сделать ее публичной. Первые 300 реестров и баз данных должны стать общедоступными на Национальном портале открытых данных data.gov.ua еще до весны 2016-го.

НВ пообщалось с ‘крестным отцом’ портала – основателем общественной организации SocialBoost и советником премьер-министра по вопросам открытых данных Денисом Гурским и спросило, кому и зачем нужны все эти массивы данных.

- Что дает создание единой базы данных data.gov.ua?

- Прозрачность. Данные, которые органы публикуют, позволят делать журналистские расследования, не нужно будет писать многочисленные запросы в госучреждения. Они позволят визуализировать информацию, конструировать графики, карты, другие вещи, которые портал может сам построить на основе тех данных, которые в него загружены. Конечно, для людей это гораздо лучше, чем какие-то таблицы в Excel или ответ на запрос, в котором вы получаете сканированную таблицу.

Кроме того, станет возможным принятие решений на уровне государства на основе открытых данных, а не на основе собственного мнения трех советников. Теперь министр сможет иметь аппликацию, например, с операционными показателями определенной обладминистрации у себя на планшете. То есть это такой business intelligence [перевод необработанной информации в удобную форму для бизнес-анализа] внутри государства.

И третье, это новый рынок мобильных веб-приложений, которые решают определенные проблемы. Это украинские сервисы и для украинского бизнеса, и для украинских граждан, которые построены с использованием государственных данных.

- А это уже дополнительные доходы для государства?

- ЕС вычислил, что это дополнительных 2% ВВП через 5 лет, после внедрения системы открытых данных. И это как за счет новых поступлений в государственный бюджет, так и за счет экономии средств за принятие правильных решений.

- Приведите примеры систем, которые могут быть созданы вокруг портала.

- Точно на базе открытых данных функционируют все транспортные сервисы Google. На основе открытых данных был разработан такой сервис, как выбор школы для ребенка: по результатам ВНО, транспортным расписаниям можно оптимально подобрать школу для ребенка. Кроме того, сервисы для корректировки цен на недвижимость, криминогенные показатели, качество воздуха, транспорт.

- Это хороший толчок для разработчиков мобильных приложений, не так ли?

- Если появится какое-то мобильное приложение для фермеров, думаю, что с радостью все будут пользоваться. Оказалось, что украинские фермеры пользуются планшетами, но используют только GPS, чтобы увидеть, где находится техника в поле. Но можно же делать мобильное приложение для планирование фермерского хозяйства, и этим активно пользуются за рубежом, а у нас нет. Для агросектора могут быть разработаны сервисы по планированию государственных закупок, использования полей.

Данные ОСМД также интересны. Или частное энергопотребление, энергопотребление предприятий, особенно государственных предприятий. Я могу сказать, что Нафтогаз, например, заинтересован в том, чтобы эти процессы сделать прозрачными и визуализировать.

- Это существенно улучшит ситуацию на ИТ-рынке?

- Многие страны сейчас с этим экспериментируют. В Канаде за год удалось создать почти 900 рабочих мест благодаря различным проектам на основе открытых данных за последний год. Это стартапы, которые функционируют на государственных данных. В ЕС сейчас также активно привлекают программистов к использованию государственных данных для того, чтобы создавать дополнительные сервисы.

Это очень интересно особенно в конфликтных зонах, таких, как у нас сейчас Донбасс. Там может быть много полезной информации для восстановления территории.

Мы просто хотели работать с украинскими разработчиками, оказалось, что для проектов нужны государственные данные... По-нормальному, государство само должно создать портал и раздавать данные

- Какая команда работала над data.gov.ua, какие ресурсы были задействованы?

- Каждый аспект проекта, это совсем разные люди. Data.gov.ua был разработан внутренней командой SocialBoost за счет средств Международного фонда Возрождение [созданного Джорджем Соросом] и по технической поддержке Microsoft еще в начале 2014 года.

Над разработкой законопроекта, который обязывает госорганы раскрывать информацию, работала команда из четырех человек: Максим Ключар из программы развития ООН, Дмитрий Котляр из Реанимационного пакета реформ, Александр Рыженко из Госагентства по вопросам электронного управления, а я присоединился на уровне разработки концепции этого законопроекта.

Над продвижением работали мы, как общественная организация SocialBoost и Администрация Президента.

- Как вы привлекли к этому процессу Microsoft?

- Они были спонсором нашего первого хакатона об открытых данных. В Microsoft мировая политика направлена на поддержку open source. И они продвигают свой собственный продукт – это облака – соответственно, им интересно, чтобы в Украине появлялись независимые украинские разработки, которые будут размещаться в облаке, а не на государственных серверах.

- Откуда финансирование на разработку проекта?

- Когда SocialBoost стал не просто общественным объединением, а общественной организацией - мы получили гранты от Программы развития ООН в Украине, от фонда "Возрождение". Также у нас были проекты не связанные с открытыми данными, которые финансировались USAID.

Вообще мы не планировали заниматься открытыми данными, просто хотели работать с украинскими разработчиками, которые делают что-то общественно значимое. Оказалось, что для большинства проектов нужны данные, которыми владеет государство. Собственно, с этого началось взаимодействие с государственными органами и все остальное. За счет средств доноров были проведены кампании в поддержку законопроекта об открытых данных, в поддержку соответствующего постановления Кабмина.

- На рынке такие проекты сколько стоят, сколько тратят средств на их разработку, на специалистов?

- Очень много. Например в России на разработку портала потратили $300 тысяч. У нас эта разработка, почти волонтерская, если сравнить с Россией. Мы потратили деньги на дизайнера, потому что делали кастомный дизайн, а фонд Возрождения нам отдельно оплачивал различные доработки.

Очень дорого стоит содержание. Сейчас портал в бесплатном облаке Microsoft. Мы посмотрели на рыночные цены и посчитали, что стоимость содержания реальных государственных данных в облаке составит около миллиона гривен в год. Содержание серверов будет еще дороже.

30 тысяч наборов данных в Британии открыто на национальном портале. А у нас - демонстрационные наборы данных и постановление КМУ на открытие 327 реестров

- Когда государство начнет само содержать их и за них платить?

- В октябре мы передали все документы на портал Государственному агентству по электронному управлению, они должны поставить это на баланс. У них сейчас открываются тендерные доработки портала, новый функционал хотят доделать, чтобы интегрироваться с некоторыми органами государственной власти. Я так понимаю, что после этого уже начнется публикация данных на портале. Соответственно, с того момента, когда он становится на баланс государственного агентства, они уже являются собственниками проекта. Соответственно, тратят эти деньги или не тратят, или ограничивают трафик.

- Вы не волнуетесь, что ваша работа сойдет на нет, если средства не будут выделять, будут ограничивать этот ресурс?

- На самом деле, очень волнуюсь. И нет механизмов, по которым они могут гарантировать что-то. Но я точно знаю, что за нами есть донорская поддержка, международное сообщество украинское сообщество. И эти люди просто так их не отпустят. То есть если что-то не будет складываться, будем садиться за стол переговоров, разбираться, и решать, что делать, где искать деньги в случае чего. Я буду снова ехать в Штаты, как и в этом году, и так далее.

- Когда портал ляжет на плечи государства, вы и ваша команда отойти от этого дела?

- Нет. Наша задача – это развитие экосистемы вокруг открытых данных. То, что нам пришлось создавать условия для существования такой экосистемы, это просто обстоятельства в Украине. То есть по-нормальному, если в стране нет войны, и это экономически развитая страна, то государство само должно создать портал и раздавать данные.

- Каким, по сравнению с европейскими странами, у нас на сегодня есть доступ к государственным данным?

- 30 тысяч наборов данных в Великобритании сейчас открыто на национальном портале. Если не ошибаюсь, в Молдове – три тысячи, в России – четыре тысячи.

А у нас пока только демонстрационные наборы данных и постановление КМУ на обязательное открытие 327 реестров и наборов данных. Сейчас госагентство будет выдавать аккаунты всем министерствам, все начнут публиковать понемногу.

- 327 наборов данных, которые должны быть первоочередными, какую информацию содержат?

- Это информация, которая собирается в цифровом виде, которую гипотетически несложно будет открыть, которая имеет общественное значение. Это реестр физических лиц, предприятий, юридических лиц, реестры полезных ископаемых. Мы проводили и общественные консультации, и консультации с государственными учреждениями, смотрели, что вообще можно открыть. Сейчас проводим более глубокий анализ, при поддержке фонда “Возрождение” делаем аудит в трех министерствах (Минэкономразвития, Минфин, Мининфраструктуры), чтобы посмотреть, какие данные собираются, как они хранятся, чтобы можно было заметить то, что хочется опубликовать и добавить это к постановлению.


На старті проекту data.gov.ua
На старте проекта data.gov.ua


- Процесс заполнения информацией этого портала не может в какой-то момент закончиться, он будет длительным и постоянным...

- Постоянным. И постоянным будет расширение набора данных, которые должны быть опубликованы. Но есть то, что должно быть опубликовано обязательно.

- Сколько нам нужно времени, чтобы заполнить портал хотя бы так, как в Польше, Грузии?

- Надеюсь, что год-полтора. Этого времени достаточно.

- Вы выделяете период и этапы для государственных органов, в которые они должны подавать определенный объем информации?

- Это должно быть опубликовано, в моем понимании, уже завтра. Министерствам дали на это 6 месяцев. Единственные сложности, которые могут быть, это бюрократия между Минюстом и государственными предприятиями в их ведомстве. Потому что у Минюста есть противоречивые реестры. Возможно, будут сложности в Мининфраструктуре по причине того, что само министерство вообще почти не имеет никаких данных, а на них наибольшее количество госпредприятий.

Этапность стратегическая должна быть такая, что сейчас публикуется то, что собирается в структурированном цифровом виде. Вторым этапом будут публиковаться те данные, которые собираются в цифровом виде, но не структурированы, например, Word-документы. И третий этап, когда государство поймет, что у нас должно быть так, как за границей – digital by default [цифровое по умолчанию] – и мы начнем оцифровывать все, что у нас на бумажках хранится.

- Какие-то органы уже обращались к вам...

- Дайте доступ, мы хотим публиковать?

- Да.

- Конечно. Минэкологии, Министерство образования, Минэкономразвития, Минфин, Мининфраструктуры, Минагро.

- А за пределами Кабмина?

- Одесская областная администрация, мэрия Львова.

- А Нацбанк к этому процессу не привлекается?

- НБУ очень хочет, но там немного сложнее ситуация. У них, во-первых, сложные информационные системы. Во-вторых, не всю информацию можно обнародовать, потому что открытые данные – это деперсонализированная информация.

Но НБУ, Верховная Рада – это сейчас новые приоритеты. Сейчас начинаем с ними процессы.

Законотворчество народных депутатов с начала независимости и до 2000 года исчезла – у них архивы данных потеряны

- Что вы хотите в Верховной Раде оцифровать?

- Из Верховной Рады нужны текущие данные: как голосуют, результаты рассмотрения в комитетах, вся архивная информация по законотворчеству, все, что касается упрозорення работы Парламента. Это сложный проект, но вполне реалистичный.

В Верховной Раде уже много лет работает проект по открытости, который спонсируется USAID. И когда мы начали разбираться, что там делается, то оказалось, что очень много систем разработаны, но когда ты спрашиваешь ‘покажите систему, где она, где результаты голосования’ – нет интерфейса. Система есть, а показать нечего, потому что нет дизайна интерфейса.

Не так давно оказалось, что у них еще и архивы данных потеряны. Законотворчество, кажется, до 2000 года просто исчезло. Сказали, что просто сервер сгорел.

- А будут к процессу раскрытия информации привлечены суды?

- Сейчас нет, но потом будут.

- Государственные органы обращались к вам с запросами относительно технической стороны процесса открытия данных? Специалистов просили, чтобы формировать и подавать сводные данные?

- Мы сейчас делаем тренинги для трех министерств: Мининфраструктуры, Минфина и Минэкономики. Формируем навыки у специалистов, как работать с наборами данных. Дали рекомендации министерствам, кто нужен, характеристики такого специалиста, и они ищут или внутри, кто будет за это отвечать, или будут подбирать новых людей.

- Если у государственных органов появятся отговорки, и они не захотят вовремя открывать данные вы будете подключать свои связи для того, чтобы эти вопросы решить?

- Конечно, но и без подключения связей можно на эти темы говорить с госорганами, спрашивать, почему не публикуют. Никто почему-то этим вопросом не задавался здесь ранее, а за границей у всех нормальных государствах даже есть соответствующая должность – chief data officer (CDO) – которая перешла из корпоративного сектора в государственный. И в Украине надо создать нормальную информационную инфраструктуру. Мне кажется, что все понимают, зачем это делается.


Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: