5 декабря 2016, понедельник

Изолировать и лечить: что изменилось в головах жителей Донбасса за два года и как с этим быть

Изолировать и лечить: что изменилось в головах жителей Донбасса за два года и как с этим быть
Как изменилось отношение к войне, стране и друг другу у людей, живущих по обе стороны конфликта – рассказывают четыре журналиста и блогера, живших в Донецке и Луганске до оккупации

Больше двух лет огромная часть Донбасса находится в оккупации, там продолжают гибнуть люди. Вооруженный конфликт ничуть не приблизился к завершению. Сергей Иванов, Денис Казанский, Сергей Гармаш и Алексей Мацука рассказывают о том, что происходит сейчас в жизни и в головах жителей региона, и объясняют, нужна ли им теперь Украина, а они – ей.

Там завелась зараза «русского мира», ее нужно травить

Сергей Иванов, журналист, главный редактор Эспрессо TV. До войны жил в Луганске, по образованию юрист:

Сергей Иванов

Не думаю, что мы хоть на шаг приблизились к разрешению конфликта. Он будет исчерпан, когда истощится ресурсный потенциал. Пока Россия будет подогревать вооруженные действия, конфликт не будет разрешен. От нас ничего не зависит.

Украинская власть еще не предприняла никаких шагов на пути к возвращению Донбасса. Нет никакой концепции, доктрины. Люди, которые занимаются проблематикой оккупированных территорий – ничтожества, которые вообще ничего не понимают – ни в ментальности людей, живущих там, ни в стратегических целях, которые нужно себе ставить.

Когда с Донбасса уйдет российская армия, а украинская зайдет, очевидно, там будут проводиться какие-то зачистки, и нам параллельно придется объяснять массе зомбированных людей, что мы не такие уж и живодеры, какими нас подает российская пропаганда и местные телеканалы.

Мы стоим на грани гибридного православно-джихадистского коммунизма и цивилизованного мира. Роль этого рубикона, конечно, неприятна, но куда деваться?

Людей, которые достигли определенного возраста и у которых уже сложилась какая-то мировоззренческая парадигма, в которой Украина выступает не государством, а украинцы – не народом, нет смысла переубеждать в обратном. Да, их можно заставить сосуществовать рядом с нами, выдать им серые паспорта и лишить права голосовать. А потом уже, после каких-то процедур, восстанавливать им гражданство – лет через 5, 6, а то и 10 после оккупации.

Единственное, за кого мы можем бороться, это то поколение, которое еще не успело записать себе на подкорку ненависть к Украине. Детям всегда проще объяснить, что не все так просто. Им нужно рассказывать о принципах мироустройства, а не то, что говорили нам в школе: что существует Америка, которая всеми силами хочет избавиться от такого чудесного Советского Союза. С детьми нужно работать психологам, опытным педагогам, делать это очень аккуратно и без агрессии.

Огромное количество людей запятнало себя сотрудничеством с оккупантами. Они стали коллаборантами. Поскольку в нашей стране задекларировано верховенство права, они должны понести уголовную ответственность – никаких уговоров и быть не может. Это все должно быть предусмотрено Уголовным кодексом, и нужно принимать специальные уголовные акты, которые будут предусматривать лишение гражданства, ограничение в гражданских правах. Мы никуда от этого не денемся, потому что так или иначе мы – европейский Израиль. Мы стоим на грани гибридного православно-джихадистского коммунизма и цивилизованного мира. Роль этого рубикона, конечно, неприятна, но куда деваться?

Возвращение Донбасса гуманитарным путем – это достаточно сложная штука, вряд ли это произойдет. Да, мы можем демонстрировать успешную жизнь, но при этом должны понимать: даже если у нас будет профицит бюджета, как у Финляндии или Швеции, то наши земляки, которые находятся в оккупации, не восстанут против России для того, чтобы с нами воссоединиться. К сожалению, такова ментальность Донбасса.

Все равно эту территорию нужно изолировать. Там завелась зараза «русского мира», ее нужно травить дустом, условно говоря. Например, если в коллективе людей возникает вспышка какой-то болезни, что делают с этим коллективом? Его изолируют. Затем приходят специальные врачи, отбирают здоровых людей, инфицированных отправляют на карантин, а безнадежно больных – в реанимации. В нашем случае это тюрьмы. Надеюсь, что количество людей, которые выздоровеют на Донбассе, будет существенно превышать количество людей, которые безнадежно больны.

 

Пока Россия не потерпит крах, Путин будет брать Украину измором

Денис Казанский, блогер, журналист издания «Тиждень». До войны писал для «Донецкой правды»:

Фото: hromadskeradio.org

Я не верю в то, что Донбасс вернется в Украину в ближайшее время, и не вижу решения конфликта. Возможно, если бы Украиной руководил Бисмарк, мы смогли бы решить эту ситуацию, но сейчас мне видится более важным не столько вернуть Донбасс, сколько сохранить то, что осталось.

Донбасс вряд ли можно будет вернуть до тех пор, пока Россия оттуда не уйдет. А уходить она пока не собирается. В связи с этим желания самих дончан и луганчан мало что значат.

Проблема в том, что Донбасс не стал украинским даже за годы пребывания в составе Украины, когда там вещали украинские телеканалы и работали украинские школы и ВУЗы. Теперь там идет обратный процесс деукраинизации

Проблема в том, что Донбасс не стал украинским даже за годы пребывания в составе Украины, когда там вещали украинские телеканалы и работали украинские школы и ВУЗы. Теперь там идет обратный процесс деукраинизации. Регион зачищают от всего украинского. Все активные патриоты Украины выехали. В этой ситуации в совокупности с массированной антиукраинской пропагандой там только усиливается украинофобия. После того, как пролилось столько крови, я уже не уверен, что мы сможем когда-то жить вместе в одном государстве.

Ситуация затягивается, потому что не имеет решения. Россия хочет впихнуть в состав Украины ДНР и ЛНР на своих условиях, что будет означать для нас потерю суверенитета. Украина не может пойти на такие уступки – это будет для нас конец государственности, и я очень хочу верить, что правительство это понимает. В свою очередь Путин не собирается возвращать Донбасс Украине на условиях Украины. И пока Россия не потерпит тотальный экономический крах или не переживет смену власти, этого не произойдет. Поэтому я думаю, что нынешняя патовая ситуация сохранится на годы. И Путин все это время будет стараться взять Украину измором – постоянными изматывающими обстрелами, раскачкой политической ситуации и так далее.

20% людей хотят в Украину, столько же в Россию, а остальным все равно

Сергей Гармаш, главный редактор информационного агентства «ОстроВ». До войны работал собкором Радио Свобода в Донецкой области:

Если быть юридически точным, то Донбасс не оккупирован – его нет в перечне оккупированных территорий. Просто это территория, которая не контролируется украинским государством. Отсюда возникает вопрос: на Донбассе конфликт между кем и кем? Если нет оккупации, то это внутренний конфликт или внешний? От ответа на эти простые, но почему-то намеренно сделанные кем-то сложными, вопросов, зависит ответ, приблизились мы разрешению конфликта или нет. С одной стороны, мы имеем факт реальной институциализации псевдогосударств, усиление их «армий», четкую и тотальную обработку населения пропагандистской машиной. А с другой – западные санкции, которые медленно, но ослабляют Россию, этот конфликт создавшую и питающую. Можно сказать, что мы приближаемся не к разрешению конфликта, а к переводу существующего, но формально не признанного, внешнего конфликта, во внутренний.  И еще неизвестно, что лучше. Потому что внешний конфликт сплачивает людей против агрессора, а вот внутренний – разобщает и может привести к разрыву государства изнутри.

Донбасс станет украинским, сомнений вообще нет. Он и сейчас украинский, потому что так и не стал российским. Донбасс выгоднее Кремлю именно как украинский регион, но с тлеющим конфликтом, поэтому тлеть в форме «ДНР-ЛНР» он будет ровно столько, сколько его питает Москва. По моим подсчетам, это может длиться еще года три.  Если же с помощью Минских соглашений и под давлением России мы сделаем этот конфликт внутренним, то есть, проведем выборы там раньше, чем будем контролировать свою границу, то могут пройти десятилетия.

Для людей, живущих на оккупированных территориях, Украина перестала быть решающим фактором их жизни, она отдалилась, стала прошлым или неопределенным будущим, но не настоящим

Для людей, живущих на оккупированных территориях, Украина перестала быть решающим фактором их жизни, она отдалилась, стала прошлым или неопределенным будущим, но не настоящим. Люди могут по-разному относиться к Украине, но они уже два года живут вне ее, и им приходится приспосабливаться к такой жизни. Украину вытесняют из сознания людей бытовые трудности, проблемы выживания. Кроме того, с Украиной у населения там связано сейчас все самое плохое, что может быть – смерть в результате обстрелов. Да и украинское государство показало свою нелояльность к людям, которые там остались. Во-первых, оно усложнило им жизнь блокпостами и отсутствием соцвыплат. Во-вторых, ничего не делает, чтоб освободить их. В-третьих, разговорами о Минске не дает даже надежды на возвращение к миру.

По моим оценкам, процентов двадцать людей на Донбассе хотят в Украину. Столько же – в Россию. А остальным все равно, как будет называться страна, лишь бы она гарантировала мир и социальный комфорт. Сейчас, когда основная масса людей разочарована в России, они тяготеют к Украине. Однозначно можно сказать, что поддержка «ДНР-ЛНР» как независимых республик – мизерна, ее фактически нет.

С точки зрения возвращения Донбасса самый неудачный шаг – это избрание президентом во время войны торговца, а не воина. Учитывая главенствующую роль личности президента в украинской власти, это обусловило и расстрел наших войск при выходе из котлов через так называемые «зеленые коридоры», и «минский тупик», и назначение Матиоса военным прокурором и многое другое. Вместо того, чтоб опираясь на народ, сломать старую систему, приведшую к революции и войне, Порошенко решил просто подмять ее под себя. Этим он потерял поддержку народа и сохранил возможность новой революции и новой войны.

Но интуитивно я настроен оптимистично. Думаю, с помощью наших западных партнеров мы, в конце концов, сделаем для России невыгодным ее участие в конфликте, закроем границу, потом проведем там местные выборы, на которых победят пророссийские элиты, а потом перекупим эти элиты или они сами лягут под более сильного игрока. Точнее скажу так: они и так лягут под более сильного, а если им еще и заплатить, то будут обслуживать его с внутренней верой в то, что это любовь, а не за деньги.

Донбасс будет Украиной, но какая будет она сама – как путинская или свободная?

Алексей Мацука, главный редактор сайта «Новости Донбасса», ведущий программы «Донбасс. Реалии» на Радио Свобода:

Фото: Алексей Мацука via Facebook


За два года мы не приблизились к разрешению конфликта на Донбассе. Точно так же, как и не отдалились. Проблема в осмыслении происходящего на уровне полупримитивного сознания, причем, с обеих сторон. Так и не пришло понимание, что есть человек, и его проблема должна быть центральной для власти. К сожалению, сегодня с нашей стороны уничтожают фуры с продуктами, зная, что в Донецке люди испытывают нехватку дешевой продукции. Беспредел творится на оккупированных территориях в отношении того, что не пропускают «гуманитарку». Выглядит очень странно – люди остаются сами по себе, а интересы политические – отдельно.

Самое главное, чтобы прекратилась перестрелка. Как только конфликт перейдет в политическую плоскость, можно будет говорить об успехе. Сейчас он находится не в политической плоскости, потому что часть политпартий предлагают открыто отдать эти территории, забыть, другая часть вообще отказывается от какого-либо осмысления ситуации. Трудно сказать, изменится ли что-то. Многое зависит от настроенности основных игроков. Сейчас все работают на своего избирателя и особо не учитывают проблему государства, человека и общества.

Так и не пришло понимание, что есть человек, и его проблема должна быть центральной для власти

Я не живу на Донбассе уже два года, поэтому мне сложно сказать, какие сейчас настроения у людей – я вижу только то, что на блокпостах происходит. Есть огромное недовольство работой украинских военнослужащих, погранслужбой. Недовольство системой, которая установлена. Люди это экстраполируют на политические аспекты – они не уверены сегодня в том, что кому-то нужны, и это большая проблема.

Одни из самых неудачных шагов украинской власти – заявление Порошенко о том, что он закончит АТО в считанные дни, блокада и то, что она до сих пор не снята, контрольно-пропускные пункты, установленные на въездах в Донецк и Луганск, отмена железнодорожного сообщения с Донецком и Луганском. Удачный шаг – отсутствие радикальных военных действий с украинской стороны. Несмотря на достаточно радикальный запрос общества, Украина первой не бросается во все тяжкие, правительство сдерживает радикализм.

Будущее Донбасса я вижу в рамках нашей страны – Украины. Вопрос только в том, какая будет Украина – демократическая или авторитарная, как путинская или свободная. Будущее Донбасса напрямую связано с будущим Украины. Надеюсь, это европейское будущее. Мы уже встали на этот путь. Но для того, чтобы соблюдать его и соответствовать требованиям, нам необходимо работать над собой. Если мы хотим быть европейской страной, необходим плюрализм мнений, защита этого плюрализма, свобода слова. Это европейский путь, но готова ли Украина к этому – пока остается под вопросом.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: