4 декабря 2016, воскресенье

Клиент полицейского – не преступник, а люди. Экс-начальник полиции Вильнюса и глава Консультативной миссии ЕС – об украинской полиции и переменах

Клиент полицейского – не преступник, а люди. Экс-начальник полиции Вильнюса и глава Консультативной миссии ЕС – об украинской полиции и переменах
Наталья Кравчук
Какие ошибки допустила Украина, создавая полицию, и сколько времени нужно, чтобы сломать систему, на примере Литвы рассказывает глава Консультативной миссии ЕС в Украине Кястутис Ланчинскас

Литовец Кястутис Ланчинскас приехал заниматься украинскими реформами в феврале 2016-го – выиграл конкурсный отбор. В родной Литве он начал активно участвовать в происходящих в стране изменениях еще в начале 1990-х, когда вскоре после обретения независимости был объявлен набор в новосозданную полицию. С тех пор больше 20 лет Ланчинскас проработал в литовской полиции на руководящих должностях.

«Нам не нужно было объяснять, что надо сверхурочно сидеть на работе. Было время, когда ночевали в кабинетах, домой возвращались через трое суток, чтобы помыться холодной водой, потому что было эмбарго с российской стороны, не было горячей воды. Мы не получали ни нефти, ничего. Но мы были молодые, это было хорошее время», – вспоминает он о старте своей карьеры.

Сейчас в обязанности Ланчинскаса и возглавляемой им в Украине миссии входит помощь с реформированием гражданского сектора безопасности: полиции, прокуратуры, судебной системы. Консультативная миссия ЕС сотрудничает с пограничной службой, оказывает поддержку новым антикоррупционным органам, делится с украинскими коллегами лучшими европейскими практиками по обеспечению общественного порядка, взаимодействию полиции с общественностью, подбору персонала. Европейские эксперты проводят тренинги, координируют проекты других международных доноров, консультируют правоохранительные органы.

В интервью НВ Ланчинскас рассказывает о главных ошибках, допущенных украинцами в последние два года, и объясняет, почему коррупцию невозможно победить быстро, а менталитет – мешает проведению реформ.

- Почему вы решили работать в Украине – в стране, где кризис и война?

- В региональной полиции, где я работал, есть каденция, и мне нужно было искать, что я буду делать после того, как моя закончится. Я получил предложение из нашего МВД принять участие в отборе на эту должность. Я подумал: почему нет? Плюс, моя натура такая – хочу что-то новое делать.

У нас было много симпатий к украинской революции. Я тоже это поддерживал. Подумал: если я могу быть полезен в Украине для осуществления реформ, почему нет?

Результаты глубоких реформ не случаются завтра, они будут видны только через некоторое время

- Не было сомнений, стоит ли ехать сюда?

- Сомнения всегда бывают. Моя семья осталась в Литве, и никаких нет шансов привезти ее сюда. Выход из зоны комфорта, который сам себе создаешь – это всегда, с одной стороны вызов, с другой – всегда ставит в неудобное положение. Когда ты выходишь из этой комфортной зоны, ты себя вынуждаешь чем-то новым интересоваться, учиться. Для меня эта миссия – новый опыт, большой вызов. У нас работают представители 24-х стран.

- Как человек, который проработал много лет в полиции, как вы сейчас оцениваете реформу МВД в Украине?

- Я, наверное, буду непопулярен, потому что знаю мнение украинцев, украинских опросов. Но полиция делает очень глубокие реформы. И результаты глубоких реформ не случаются завтра, они будут видны только через некоторое время. Поэтому сейчас они делают основу для того, чтобы потом это все развивалось и шло вперед.

С одной стороны, я оцениваю реформу позитивно. С другой, я знаю, как трудно делать реформы, когда есть большая система, где работает очень много людей, которая недофинансирована. Плюс ситуация на востоке страны. Если это все сложить вместе, то условия, в которых делается реформа – сложные. Тем не менее, через два-три года это все даст хороший результат.

- Как вы сотрудничаете с МВД, с Национальной полицией?

- С Национальной полицией и МВД у нас вообще тесные отношения. Эксперты встречаются с украинскими правоохранителями, я часто вижусь с руководством Нацполиции, мы проводим совместные тренинги, работаем над документами, стратегией развития Нацполиции. То, что в такой непростой ситуации в стране, при таком давлении со стороны политиков и общества, руководство МВД и Нацполиции взяло на себя ответственность за реформы – уже достойно уважения.

- Милиция в Украине всегда была очень коррумпированной структурой. Удалось ли избавиться от этого после переаттестации?

- Как я уже сказал, все это даст результаты не сразу. Очень часто спрашивают, нужна ли была переаттестация, как она проходила, хорошо или плохо. По моему мнению, она была нужна. Как она проходила – другой вопрос. Сами подумайте: 100 тысяч человек за неполный год переаттестации – это большой результат. То, что были ошибки, что все происходило не идеально, это тоже можно понять. Но она была нужна. И для общества, и для самих полицейских. Они должны были определиться, понять, где они работают, зачем их работа.

- Какие ошибки вы заметили?

- Я думаю, в мире никто никогда такого не делал, когда штат 100 тысяч человек должен быть переаттестован. 

Во-первых, была сделана ошибка во внутренней коммуникации: самим милиционерам недостаточно четко объяснили, зачем это делается. Изначально и сама система несовершенна. У комиссий, которые проводили переаттестацию, не было опыта. Они учились во время аттестации, делая ошибки. Но это все можно понять: не было времени на подготовку. Я могу представить, какое давление было со стороны общества, со стороны политиков, нужно было все делать очень быстро. Конечно, в такой ситуации не обойтись без ошибок.

- У нас много говорили о том, что старые милицейские кадры восстанавливались в структуре через суд, благодаря связям.

- Я это не могу комментировать, потому что я тоже это слышал только из СМИ. Да, были случаи, когда люди восстановились. Но нужно брать эти документы, читать и смотреть, что там было, по каким аргументам это было сделано, почему.

- Вы занимаетесь темой взаимодействия полиции с обществом? Как в идеале должны вести себя полицейские в этом контексте?

- Переаттестованных полицейских нужно как можно быстрее переподготовить, потому что меняется философия полиции. В советские времена полицейский не думал о том, что он член общества. Всегда считалось, что его основной клиент – нарушитель закона. Но если мы посмотрим с другой стороны, то полицейский – это член общества, он живет с людьми, его дети учатся в тех же школах. Его клиент – не обязательно нарушитель. Клиенты полиции – это общество, люди, которые хотят жить мирно, спокойно, люди, из налогов которых платится зарплата полицейскому. Это и должен понимать полицейский.

И новые, и переаттестованные сотрудники полиции должны понять, что работают на благо своих близких, на благо государства, которому они давали присягу. Если этот перелом в мышлении произойдет, все переаттестованные полицейские, плохо ли им было во время переаттестации хорошо ли, должны провести черту: с дня Х у них начинается совсем другая эра, другая работа. 

В старые советские времена полицейский не думал, что он – член общества. Всегда считалось, что его основной клиент – нарушитель закона

Можно говорить, что полицейским нужно платить 2-5 тыс. евро, но, если не будет культуры организации, ценностей, деньги ничем не помогут. Через полгода им будет мало.  

- Многие иностранцы, приехавшие помогать менять Украину, часто жалуются, что сталкиваются с препятствиями в виде украинских чиновников старой закалки, с системой. Вы сталкиваетесь?

- И да, и нет. Реформа зависит от обеих сторон. От тех, которые хотят реформироваться, и тех, которые приехали помочь реформироваться. Те, которые хотят реформироваться, должны по-настоящему хотеть делать реформу не только на бумаге. А те, которые приехали помочь, должны понимать, в какие реалии они приехали. Оценить ситуацию, свой опыт передать так, чтобы он был полезным для этой страны, этого окружения. Очень важно, чтобы нашлась эта синергия.

Есть хороший пример из жизни моей страны, Литвы. В 1991-1992 годах кто-то у нас придумал, что в Норвегии очень хороший закон о пенсиях. Поехали в Норвегию, привезли оттуда закон, перевели слово в слово, парламент проголосовал и принял. И потом все долго удивлялись, почему он не работает. А он не работал по одной простой причине: Норвегию в Литву не привезли. Менталитет.

- Пограничная служба тоже входит в вашу компетенцию?

- Не совсем, но да. Пограничная служба еще с 2013 года очень тесно сотрудничает с европейскими структурами по многим проектам, ЕС оказывает финансовую поддержку погранслужбе. Пограничная служба развивается уже несколько лет и довольно успешно. Сейчас мы помогаем ей создать эффективную систему управления человеческими ресурсами. 

- Через многие из тех изменений, которые сейчас проходит Украина, Литва прошла еще в 1990-х. На что стоит обратить внимание в первую очередь, исходя из опыта вашей страны?

- Сложно сказать, потому что в то время политическая ситуация была совсем другая, нежели здесь.

Точно нужно как можно быстрее создавать стабильные структуры правоохранительных органов, делать систему обучения и переподготовки, внедрять самые новые методы управления: стратегическое планирование, эффективное управление ресурсами, приоритеты, современные методы оценки деятельности.

Накануне я услышал в парламенте о количественных методах оценки деятельности. Но они давно не работают! Говорить, что повышается преступность на столько-то процентов, а раскрываемость на столько… Я из своего опыта могу рассказать как минимум три способа, как эту раскрываемость повысить на бумаге.

Или, например, мы говорим полицейскому: вот, ты едешь патрулировать, привези 10 протоколов про нарушение. Я могу рассказать, как это будет: он найдет перекресток и за час эти 10 протоколов составит. Но как это влияет на безопасность дорожного движения? Никак. Поэтому нужно как можно быстрее внедрить самые современные методы оценки.

Если говорить про реформы, то нужно всем понять: реформы – это не останавливающийся процесс. Я больше 20 лет проработал в полиции, и мы пережили, как минимум, шесть реформ, и сейчас происходит очередная. Все меняется очень быстро.

- У нас около 20 лет не происходило вообще никаких реформ. 

- Такая была политическая обстановка. Но сейчас собралась критическая масса людей, которые не хотят по-старому жить, они хотят перемен, и это происходит. Все зависит только от людей. Если говорить про такие институции, как полиция, прокуратура и другие, нужно, чтобы там тоже собралась критическая масса людей, желающих измениться. И тогда все пойдет. Нужно, чтобы появились сильные лидеры, которые поведут за собой. И это не так просто. Потому что ты сидишь такой, ничего не делаешь. Или работаешь 20 лет, и знаешь, что находишься в комфортной зоне. 20 лет делаешь то же самое каждый день, уже все выучил наизусть. И вдруг нужно делать по-другому, все наоборот. Это трудно – перешагнуть через себя. Но такова наша жизнь, мы должны меняться.

- Расскажите о новом антикоррупционном проекте, который запускают ЕС и Дания в Украине?

- Этот проект разработан совместно с делегацией ЕС в Украине и Группой поддержки Украины при Еврокомиссии, а также экспертами нашей миссии. В нем три направления. Под него предусмотрены значительные средства. Во-первых – помощь всем новосозданным антикоррупционным агентствам, чтобы они стали независимыми и стабильными организациями. Во-вторых, предусмотрены средства для помощи негосударственным организациям, журналистам. И третье – помощь парламенту для эффективного принятия законодательства для борьбы с коррупцией. Плюс будут выделены средства для предотвращения коррупции, чтобы объяснить обществу, почему коррупция – это плохо, почему каждый должен начинать с себя, один не брать, другой – не давать.

 Я из своего опыта могу рассказать как минимум три способа, как раскрываемость преступности повысить на бумаге. Это ничего не показывает

- Вы будете помогать парламенту? Ведь у нас депутаты часто намеренно тормозят какие-то процессы, направленные на борьбу с коррупцией. Последний пример – электронное декларирование, запуск которого бесконечно оттягивали.

- Электронное декларирование – это позитивное решение. Без этого, я думаю, невозможно эффективно бороться с коррупцией, особенно такого уровня, как в Украине. Да, система, может, и не идеальная, но она, как живой организм, все время совершенствуется. Она запустилась, значит, нужно ее только усовершенствовать. Не останавливаться, внедрять ее в жизнь, и все будет хорошо.

Я декларирую свои доходы как госслужащий с 1996 года. Сначала у нас были бумажные декларации, а теперь все онлайн, уже лет 10. Сейчас процесс усовершенствовали: через свой банк, где я получаю зарплату, я декларирую все очень быстро, за 15-20 минут, каждый год, и нет никаких проблем. Если вы мои фамилию и имя введете в поиске, вам покажут мои доходы: как они падали, как поднимались, сколько и какая у меня есть недвижимость. И в этом я не вижу никакого негатива.

- Какая ответственность в вашей стране предусмотрена для чиновников, которые подают декларации не вовремя или врут в них?

- Это выясняется на специальной Комиссии служебной этики. Если в декларации просто допущена ошибка, нет больших нарушений закона, тогда человек может подать так называемую вторичную декларацию, или дополнительную. А если устанавливаются какие-то разногласия между доходами и имуществом, тогда уже налоговая инспекция и другие правоохранительные органы, в зависимости от того, какие нарушения, принимают решение, вплоть до уголовной ответственности. Но может быть и ответственность налоговая.

- В Украине чиновники часто скрывают недвижимость, не вписывают в декларации родственников…

- На все нужно время. Я не знаю, десять лет, пять или пятнадцать. Это зависит от того, как быстро люди к этому привыкнут.

С другой стороны, нельзя останавливаться, если что-то не получилось в первый раз. Нужно продолжать, совершенствовать, тогда все привыкнут, оно станет частью жизни. Для меня это уже привычная процедура, мое обязательство как госслужащего.

- Вы упоминали о том, что какие-то правила не работают в разных странах из-за разности в менталитете. Какие особенности украинского менталитета мешают двигаться каким-то реформам?

- Я не думаю, что это особенности менталитета. Но есть одна вещь, которую вы должны сделать. Вы поверили в Революцию Достоинства, значит, вы должны поверить в то, что вы сами можете построить страну свою. Молодые люди, с которыми я общаюсь, очень энергичны, они хотят изменений. А у людей моего возраста много сомнений. Мой призыв – не сомневаться и идти вперед, не бояться делать ошибки, и исправлять их. Нет такой волшебной палочки, чтобы кто-то пришел к власти, взял эту палочку, помахал и все поменялось. Это делается людьми, которые работают ежедневно. А лидеры государства должны лишь помогать людям и совместно с ними работать. Универсального рецепта нет.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: