18 августа 2017, пятница

Если остановитесь сейчас – последствия будут ужасающие. Представитель Еврокомиссии – о беспрецедентной помощи Европы и отмене виз для украинцев

комментировать
Катерина Матернова пытается объяснить, почему многие европейцы в восторге от того, что сейчас происходит в Украине
Фото: Наталья Кравчук

Катерина Матернова пытается объяснить, почему многие европейцы в восторге от того, что сейчас происходит в Украине

О главных успехах и провалах Украины за два года после Майдана, активности путинской пропаганды в Европе и миллиардах на украинские реформы НВ рассказала Катерина Матернова.

Словачка Матернова – частый гость в Киеве. Ее хорошо знают в украинском политикуме, поскольку именно она отвечала вначале за оценку эффективности энергетических реформ в Украине, а недавно стала заместителем главы Директората Еврокомиссии по политике соседства и расширения. Теперь в ее обязанностях – анализ всех украинских реформ и их финансовая поддержка.

Встречу нам назначают в кафе отеля Интерконтиненталь недалеко от Михайловской площади столицы. Матернова улыбается в ответ на пессимистические вопросы и активно жестикулирует, когда пытается объяснить, почему многие европейцы в восторге от того, что сейчас происходит в Украине.

Временами это напоминало сеанс позитивного мышления, если бы не одно обстоятельство – Матернова на самом деле знает больше, чем может сказать, и время от времени намекает, что ее оптимизм связан именно с этим.

- Вы часто приезжаете в Киев? Видите ли вы изменения здесь за последние два года?

- Сразу даже не скажу, наверное, в пятый-шестой раз за два года. Очень нравится Киев, мечтаю тут пожить. Все очень меняется: страна, город, энергия людей. Мне очень нравятся киевские муралы, хотя я знаю, что они не всем нравятся. Это же культивация общественного пространства через искусство, определенный уровень развития общества.

- С какими эмоциями вы приехали в Украину в этот раз? У многих есть ощущение двойственности происходящего: с одной стороны – вроде делаем реформы, глубокие, во многом, болезненные; с другой – все происходит настолько медленно, что уже даже не понимаешь, а куда именно мы идем. Публицист Евген Глибовицький в последней колонке в Новом Времени пишет, что у украинских реформ «нет генплана».

- Наверное, когда человек становится старше – он видит перспективу дальше. 20 лет тому назад я прервала свою работу во Всемирном банке в Вашингтоне и вернулась на родину – в Словакию. Пошла делать реформы с тем, чье имя хорошо знакомо в Украине – Иваном Миклошем. Мы испытывали аналогичные эмоции тогда, что и вы сейчас.

Я смотрю на Украину с позиции «стакан всегда наполовину полон». Вы сделали большое количество потрясающих и важных реформ в гораздо более негативных условиях, чем мы это делали в Словакии: страна в войне, время и энергия правительства и гражданского общества направлены на выживание, политический класс – только формируется.

В первые десять дней в должности новый премьер-министр Владимир Гройсман поднял цены на энергоносители на рыночный уровень. Это ведь история не только об энергетике – это перекрытие огромного поля для коррупции. Большинство ваших крупных олигархов возникли именно на арбитраже, посредничестве на разнице цен на энергоносители. И сделали эту болезненную реформу по щелчку пальца: с вечера на утро.

Прошлое правительство Арсения Яценюка и Наталии Яресько, вместе с главой Нацбанка, вычистили банковский сектор. Известна ж поговорка: лучший способ ограбить банк – быть его владельцем. Тот факт, что вывели с рынка больше 70 банков – это тоже перекрытие еще одного поля для коррупции.

Сейчас вопрос стоит не в усталости от реформ, а в том, чтобы не сойти с велосипеда, на котором вы едете в гору. Если остановитесь сейчас – последствия будут ужасающие. Именно поэтому сюда все чаще и чаще приезжают представители Евросоюза и других международных организаций, мы хотим помочь вам доехать до вершины, до точки невозврата.

- У нас любят повторять об эффекте усталости от Украины в Европе. Вы видите эту усталость? Откуда она появилась, по-вашему?

- Это правда, есть два момента, которые эту усталость объясняют. Первое – это сложная ситуация в самой Европе, где один кризис следует за другим: банковский кризис, потом греческий, потом Brexit, сейчас беженцы и рост популярности популистов. Второе – это гибридная война и кремлевская кампания по дезинформации в европейских СМИ. Вы даже не понимаете до конца, насколько активна эта дезинформация по отношению к Украине во всех странах Европы, даже таких как Словакия, Румыния или Венгрия.

На фоне проблем внутри Европы постоянно создается информационный шум кремлевских СМИ по отношению к Украине, где, по их утверждению, нет никаких реформ. Поэтому я постоянно говорю вашему правительству: бывайте чаще в Европе и не только с официальными визитами, рассказывайте про ваши реформы, будьте активны, в том числе, на неофициальном уровне, встречайтесь, объясняйте, убеждайте. Если этого не сделаете вы – мнение Европы об Украине будут формировать именно эти дезинформационные кремлевские СМИ.


Фото: Наталья Кравчук
Матернова подчеркивает, что финансовая поддержка Украины после Майдана была беспрецедентной. Фото: Наталья Кравчук


Читайте также: Сорос: Украина – самый большой актив для Евросоюза

- Многие эксперты подчеркивают, что Украина не получает от ЕС и десятой части той финансовой помощи, которую он предоставляет той же Греции или Италии, а список требований к стране – все время растет. Там не понимают важность поддержки Украины или просто нет внутреннего консенсуса по этому вопросу?

- Нужно сразу разделить помощь Евросоюза своим членам и странам, с которыми есть договоры об Ассоциации. Помощь Португалии, Греции или Ирландии – это инвестиции в само существование монетарного союза. Германия или Франция помогают слабым экономикам Евросоюза, чтобы сохранить валюту евро.

Финансовая поддержка Украины после Майдана была беспрецедентной. Каждая международная институция – правительство США, ЕС, Всемирный банк, МВФ, ЕБРР, Европейский инвестиционный банк – оказали весьма существенную финансовую помощь Украине, это был такой взрыв международного сотрудничества. Миллиарды долларов и евро Украине дали без всяких условий, особенно в 2014 году, когда страна без них просто не выжила бы. Проблема в том, что значительная часть этих средств – инвестиционные, и они до сих пор лежат на зарубежных счетах в ожидании, когда Украина сможет их получить.

- О какой сумме может идти речь?

- Я не готова назвать общую сумму, поскольку нужно собрать информацию у всех организаций, которые я упомянула. Только в Евросоюзе Украину ожидает 1,2 млрд евро, которые привязаны к выполнению конкретных условий и, в частности, получению транша МВФ.

Только программа грантов Евросоюза для мелких и средних предпринимателей, то есть денег, которые не нужно будет возвращать, составляет 200 млн евро. Они должны пойти на внедрение евростандартов производства, чтобы дать им возможность выйти на рынки Евросоюза.

- Вы долгое время занимались энергетическими реформами в Украине от имени Евросоюза. Несмотря на довольно простую процедуру получения так называемых «теплых кредитов», уже сейчас у правительства лежит больше 10 млрд грн невостребованных денег, которые предназначены на повышение энергоэффективности. Свидетельствует ли это о том, что украинцы просто не готовы к подобным переменам?

- Тут сыграло роль сразу несколько факторов. Безусловно, есть образовательный фактор, украинцам необходимо объяснить, почему важны инвестиции в энергоэффективность, добиться понимания того, что разовые инвестиции в этом направлении будут приносить выгоду год за годом.

Министр регионального развития Геннадий Зубко – чемпион по этой реформе. К сожалению, мало кто так понимает важность этой реформы, как он. В любом случае, это потрясающая статистика: за два года Украина поднялась в рейтинге энергоэффективности с самой последней позиции в Европе на вполне среднеевропейский уровень. Это не так легко, особенно, учитывая с каких позиций вы поднимались.

Последний важный момент – система стимулирования тех, кто провел энергомодернизацию. Сейчас международные финансовые организации решили сосредоточиться на повышение энергоэффективности жилых зданий и коммунальных помещений. Из всего мира Евросоюз выбрал по одной стране из региона – это Тунис, Сербия, Грузия и Украина. Мы планируем приехать осенью, чтобы скоординировать план работы всех институций и сообща сломать барьеры, которые мешают использовать даже те деньги, что у Украины для этого есть сейчас.

- Какие украинские реформы вы бы назвали наиболее успешными, а какие самыми провальными?

- Реформы в энергетике, безусловно, самые значительные. Год назад у Нафтогаза был дефицит в 10 млрд грн, сейчас – ноль.

Чистка банковского сектора и экономическая стабилизация также были достаточно эффективными. Летом 2014 года Украина была на грани финансового коллапса, Наталии Яресько удалось консолидировать бюджет и добиться макроэкономической стабилизации. Это было впечатляюще.

Третьей успешной реформой я бы назвала публичные закупки. Пример пилотного проекта ProZorro, который сейчас начинает работать в масштабах страны – впечатляет.

Реформа госуправления началась, назначены на прозрачных конкурсах профессиональные директоры Укрзализныци и Укрпочты. Без этой реформы у вас всегда будут ограниченные возможности, ее необходимо резко ускорить.

На повестке дня – существенное реформирование судебной системы и прокуратуры. Как юрист по образованию я считаю, что для реформирования системы нужны люди, которые в ней не были. В Словакии – та же проблема, у нас осталась правоохранительная система советского образца: каждый вышестоящий прокурор или судья может делать все, что хочет, с решениями коллег инстанцией ниже. Это абсурд.

Еще один важный пункт – приватизация, которая продолжит тренд на уменьшение пространства для коррупции. В ваших государственных предприятиях теряются миллиарды долларов каждый год.


Фото: Наталья Кравчук
Матернова считает, что до конца календарного года вопрос отмены виз для Украины будет закрыт. Фото: Наталья Кравчук


Читайте по теме: Верите ли вы, что Украина через 10 лет станет членом Евросоюза? 

- В последние дни в Украине звучит очень противоречивая информация касательно получения Украиной безвизового режима: президент называет одни сроки, министр иностранных дел – вторые, Иванна Климпуш-Цинцадзе [вице-премьер по вопросам Евроинтеграции] опровергает обоих и называет третьи. Что мешает нам и когда можно ожидать этого решения?

- К сожалению, Украина оказалась заложницей очень сложной геополитической ситуации. Украина и Грузия выполнили все условия, и никаких препятствий дать вам безвизовый режим – нет. Незапланированно на передний план вышла ситуация с предоставлением безвизового режима еще и Турции, которая была связана с ситуацией с беженцами. Дискуссия об отмене виз для Грузии и Украины в начале лета оказалась в более широком контексте понимания того, кому и на каких условиях Европа вообще должна отменять визы.

Еврокомиссия сказала очень ясно: мы хотим отменить визы для Грузии, Украины и Косово. Но Комиссия не решает сама – она делает предложение, которое рассматривают страны-члены ЕС и Европарламент. Они решили отменять визы только после введения механизма их возвращения при определенных условиях. Процедуру и условия возвращения визового режима как раз и разрабатывали все лето, причем, его будут применять и к Молдове, и ко всем остальным, кто уже добился отмены визового режима с Евросоюзом.

Думаю, на октябрьской сессии Европарламента вопрос отмены виз для Украины рассмотрят, и до конца календарного года все будет решено.

- На волне вот этой европейской неуверенности у нас все чаще звучат заявления о том, что пока мы выполним все условия Евросоюза, его самого уже не будет.

- Евросоюз сейчас находится в исключительно сложной ситуации. Перед нами стоят беспрецедентные вызовы, среди которых самым опасным я считаю рост популярности и влияния право- и леворадикалов, популистов. Законодательное поле Евросоюза достаточно сложное: у нас двухпалатный парламент плюс решения стран-членов. Такая структура принятия решений – очень сложная и, как мы видим по результатам Brexit, достаточно далека от простых людей.

Евросоюз, по сути, элитный проект и чем дальше, тем сложнее объяснять обеспокоенным людям те или иные решения. Это отличное поле для манипуляций для популистов из правого и левого спектра. Думаю, что Евросоюз сохранится как структура, вопрос лишь в его наполнении.

- Мы наблюдаем тревожную тенденцию в ключевых странах ЕС, где набирают силу политики, настроенные на сотрудничество с Россией и отмену санкций. В Германии на грани раскола правительственная коалиция, где Штайнмайер оппонирует Меркель и требует смягчения санкций; во Франции на выборы снова собрался Саркози, известный теплыми отношениями с Кремлем, и ему на этих выборах будет противостоять вообще открытый сторонник Путина Марин Ле Пен; в Испании набирает силу партия Podemos, лидеры которой до сих пор называют Майдан «незаконной сменой власти в Украине и приходом неонацистской партии в правительство». Насколько велик риск глобального изменения отношения к Украине в Европе?

- Хочу ответить на ваш вопрос несколько шире. Функция законодательной инициативы в ЕС принадлежит только Еврокомиссии и некоторым регуляторным органам. То есть, никто другой в Европарламенте не может внести закон. Я отвечу, как человек, который работает в Еврокомиссии: для нас поддержка Украины – есть и останется в приоритете, для нас Украина – очень важный не только сосед, но и ключевой партнер.

По вопросу продолжения санкций по отношению к России: мы уже подготовили необходимое предложение, но решение – за странами-членами.

- Какие изменения вы хотели бы увидеть в Украине, приехав сюда в январе 2017 года?

- Больше муралов, открытые конкурсы на должности судей и прокуроров, реформирование процесса принятия решений. Сейчас на каждое маленькое действие необходимо принимать целый пакет законов. Я хотела бы увидеть упрощение.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: