3 декабря 2016, суббота

Дело воина боится. Пять послевоенных бизнес-историй вернувшихся домой бойцов АТО

Дело воина боится. Пять послевоенных бизнес-историй вернувшихся домой бойцов АТО
Для многих воинов АТО возвращение к мирной жизни означает начало борьбы с поствоенным синдромом. Кто‑то сражается с ним с помощью лекарств или погружается в довоенную работу, кто‑то ищет поддержки у родных и близких. Многие впадают в депрессию и не могут вернуться оттуда

НВ отыскало бывших участников АТО, которые нашли для себя выход — открыли с нуля собственное дело.

 

Виталий Мартыненко,
мебельщик

 
До войны 24‑летний киевлянин Виталий Мартыненко учился на повара-кондитера, перепробовал несколько профессий: работал поваром, барменом.

Во время революции достоинства ходил на акции протеста с другом.

После началась АТО, и его друг уехал на войну. “Приятеля ранили. Когда я приехал к нему в госпиталь, то понял: друг мог умереть, и больше я никогда его не увидел бы. Тогда я сказал ему: “Валера, хочу на фронт”,— вспоминает Мартыненко.

До конца 2014 года он был волонтером, а с весны 2015‑го подписал контракт, уехал на шахту Бутовка, на передовую. Прослужил до сентября, перевелся в другую бригаду, а после по состоянию здоровья вернулся на гражданку.

И тут для него начался процесс адаптации. “Бойцам с поствоенным синдромом трудно приспособиться к мирной жизни и найти работу”,— вспоминает Мартыненко.

Он сам через это прошел — мучительно искал себя после АТО. И нашел — причем неожиданно: однажды проходил мимо мебельного магазина и увидел в его витрине бескаркасные пуфики.

Мне хотелось показать всем бойцам: вот, ребята, есть работа
Виталий Мартыненко,
мебельщик

“Я осознал, что вполне смогу делать такие же,— вспоминает он.— Решил попытать счастья: потратил всю зарплату (более 7 тыс. грн) на ткань — и сшил свой первый пуф”.

Сделал еще несколько таких же, после нанял швею, поставил производство на поток. Написал в Фейсбуке пост о том, чем занимается,— и получил клиентов.

Мартыненко работает по предзаказу. Покупателей достаточно: некоторые просят шить пуфы целыми партиями, по 15 штук. Понимая, что дело пошло, молодой бизнесмен планирует открытие цеха по пошиву мягкой мебели.

Он не просто зарабатывает деньги. “Мне хотелось показать всем бойцам, которые кричат, что нет работы: вот, ребята, есть работа, она у вас под боком,— объясняет Мартыненко.— И я доказал, что солдаты на гражданке могут не только бухать, но и зарабатывать деньги и вести здоровый образ жизни”.

 

Николай Стецькив,
боец клубничного фронта

 

В ответ на вопрос “кто вы?” 30‑летний львовянин Николай Стецькив пускается в долгие перечисления: многодетный отец, начинающий юрист, бывший боец АТО, фермер.

Когда началась война на востоке, Стецькив не мог сидеть дома. Большая семья — жена и четверо сыновей — не помешали ему записаться добровольцем в батальон Львов. Почти год он провел на передовой.

Еще находясь в АТО, Стецькив узнал, что участникам войны предоставляют земельные участки под строительство и садоводство. Когда вернулся с фронта, написал соответствующее заявление в

облгосадминистрацию. Но те участки, которые ему предлагали, оказались непригодными. Стецькив объездил все села в окрестностях Львова — ничего толкового: постоянное сопротивление чиновников, возмущенные председатели сельсоветов, не желающие отдавать землю “чужим”. Несколько месяцев подобного марафона — и бывший воин все же получил землю в селе Раковец. Глядя на доставшиеся ему 10 соток, Стецькив решил попробовать выращивать на них клубнику.

К делу подошел серьезно: прошел обучение во Львовском центре профтехобразования, защитил бизнес-план, получил финансовую помощь как стартовый капитал — около $1 тыс. И закупил на эти деньги 2 тыс. саженцев. “Это стало началом большой мечты”,— рассказывает Стецькив.

Осенью 2015‑го его участок украсили кустики клубники. Теперь начинающий садовод ждет урожая: с одного куста он намерен собирать более 0,5 кг плодов, то есть в сезон — до 800 кг клубники. Рынок сбыта прямо под рукой — Львов.

Но это не все. Сейчас Стецькив ведет переговоры с инвестором, чтобы открыть большую ферму для выращивания органических продуктов. “Виноград, киви, орехи — мы построим ферму будущего. Уже есть особая технология для их выращивания”,— говорит он.

Клубникой Стецькив и сейчас не ограничивается — доучивается на четвертом курсе юридического факультета во львовском вузе.

 

Александр Жук,
продавец кофе

 

Житель Броваров, 26‑летний Александр Жук свою первую специальность — социологию — описывает как интересную, но монотонную работу. В октябре 2014‑го его мобилизовали. Попал в штаб добровольческого батальона при ВСУ. “Не очень‑то хотел служить там, но из‑за умения работать за компьютером посадили на штабную работу”,— говорит Жук.

Через год демобилизовался, вернулся в свой офис, но ему вдруг стал неинтересен привычный рабочий ритм. “Наверное, это какие‑то переходные, поствоенные моральные проблемы”,— объясняет броварчанин.

С сослуживцем, имевшим схожие проблемы, Жук задумал начать собственное дело. Мучились, выбирали и в итоге остановились на кофейне. Наткнулись на объявление — предложение взять в аренду подобное заведение в Броварах — и принялись за работу: ремонтировали, отлаживали. Уже в январе 2016‑го в обновленную кофейню вошел первый посетитель.

“Мы даже сейчас много всего доделываем, изменяем, вносим коррективы, экспериментируем с кофе, аппаратами,— поясняет Жук.— И настроены творчески”.

С момента открытия прошло три месяца, и оба партнера многое переосмыслили, рассказывает бывший солдат, стали другими. Поначалу было сложно заниматься тем, о чем Жук и его товарищ лишь читали в книжках. Теперь же оба научились находить выходы из сложных ситуаций, перестраиваться, изменяться и не останавливаться.

“Теперь мы лучше понимаем, как нужно действовать. Вот даже занялись буккроссингом — книги своим посетителям дарим”,— говорит Жук.

После войны мирная жизнь, по его словам, кажется пассивной и ленивой. Хочется изменить что‑то, но многие не понимают: как? По­этому, мол, важно направить свою энергию в положительное русло.

“У нас кофейня называется Белый Кролик — в честь героя книги Льюиса Кэрролла. Этим мы как бы намекаем своим посетителям: многие не замечают время, но ведь его можно распланировать, наполнить и сделать значимым для людей”,— философски отмечает Жук.

 

Александр Чалапчий,
производитель альтернативного твердого топлива

  

На войне 30‑летний Александр Чалапчий, житель Кировоградской области, потерял обе ноги — выше колен. Но человека определяет сознание, а Чалапчий всегда был натурой деятельной: он встал на протезы и уже через несколько месяцев после тяжелейшего ранения вернулся на работу — преподавать электрогазосварку в профтехучилище.

Прошлой зимой, проходя реабилитацию в Австрии, бывший боец заметил, что в Европе почти повсеместно используют экологически чистые виды топлива: различные гранулы, брикеты, пеллеты — спрессованные остатки деревообработки или отходы сельскохозяйственного производства.

“Изготовлять экотопливо несложно, а стоит оно гораздо дешевле, чем газ или уголь. Я задался вопросом: почему у нас его не используют?” — вспоминает Чалапчий. От вопроса быстро перешел к ответу — начал свой бизнес по производству подобных энергоносителей.

Всю госкомпенсацию за ранение — 360 тыс. грн — вложил в новое предприятие. Снял в аренду помещения в Кировоградской области, закупил у фермеров сырье, нанял трех работников и принялся налаживать производство.

Не хочу, чтобы мы покупали российский газ 
Александр Чалапчий,
производит экотопливо

Первый же сезон доказал успешность придуманной бойцом бизнес-модели. За зиму многие его земляки попробовали новый вид топлива и остались довольны. На следующий сезон пул заказчиков уже сформирован и будет лишь расширяться.

В холода в селах, поясняет начинающий предприниматель, традиционно топят печи. Тонна угля стоит 4 тыс. грн, за сезон в среднем на дом уходит 2 т. Плюс машина дров — 5 тыс. грн. В сумме — 13 тыс. грн. А если топить брикетами из соломы, то расходы заметно сокращаются: 1 т брикетов стоит 1,8 тыс. грн. “На весь отопительный сезон 3 т хватит с лихвой. Получается, если отапливать соломой, экономим 7,6 тыс. грн”,— говорит бывший боец.

Пока в районе у него нет конкурентов. А если и появятся, Чалапчий желает им развиваться. “Если совсем честно, то я начал производство топлива из соломы для того, чтобы внести свою лепту в развитие новой Украины. Не хочу, чтобы мы покупали российский газ по бешеной цене. Понимаю, что легко не будет, но делаю что могу”,— говорит он.

 

Виталий Сладкий,
связист

  

На фронте у него был позывной Шуга — сахар по‑английски. А все из‑за фамилии — Сладкий.

31‑летний Виталий Сладкий до того, как стать Шугой, работал инженером-связистом в городке Украинка под Киевом.

Уже в статусе Шуги прошел через многие самые опасные точки АТО, в том числе побывал в окружении под Дебальцево.

Выжил. Вернулся домой. И создал собственную компанию. “Я по жизни связист. Раньше работал руководителем проектов в сфере телекоммуникаций, потом воевал, теперь опять налаживаю связь”,— рассказывает экс-боец батальона Киевская Русь.

После возращения с фронта он нашел инвестиции и открыл свое дело — с командой из 10 работников создает инфраструктуру для мобильной 3G-связи: строит вышки, ставит антенны, устанавливает оборудование. “Если до войны я работал на дядю, то после решил: хватит! Тем более моих знаний более чем достаточно”,— объясняет Сладкий.

Его команда получила субподряды у оператора мобильной связи Vodafone. Работы так много, что собственник новосозданной фирмы уже планирует расширять штат сотрудников. Ведь 3G фактически только начинает выходить за пределы крупнейших городов — и ребята Шуги строят необходимую для сети третьего поколения инфраструктуру по регионам страны, “цивилизуют” провинцию. “Работе не видно краев”,— шутит Сладкий.

“Наша компания называется Энергия-15. Почему 15? Потому что мы открылись в 2015 году. А почему Энергия? Потому что после войны мы кипели энергией”,— объясняет бывший доброволец.

Теперь он не только строит вышки, но и взялся прокладывать кабельные сети для небольших компаний. Ведь время бумажных коммуникаций проходит, и Сладкий помогает среднему бизнесу задействовать современные методы документооборота.

“В будущем на фоне евроинтеграции мы сможем предоставлять услуги своих очень грамотных инженеров и западным соседям. Недавно у меня была командировка в Европу, и мы об этом договаривались”,— оптимистично заключает Сладкий.

 

 

Материал опубликован в НВ №16 от 29 апреля 2016 года 

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: