10 декабря 2016, суббота

«Дар Небес». Переворот в Турции увенчался полным успехом

Реджеп Тайип Эрдоган празднует победу над мятежниками в Стамбуле 18 июля 2016 года

Реджеп Тайип Эрдоган празднует победу над мятежниками в Стамбуле 18 июля 2016 года

Путчисты помогли Эрдогану осуществить мечту и стать полновластным диктатором – султаном Турции

Военный переворот в Турции оказался самым загадочным событием текущего года. В нем было непонятно почти все. Кто был его руководителем? Какие цели он(и) преследовал(и)? Почему путч был так безобразно подготовлен и бестолково осуществлен? Но самым странным аспектом всей этой истории стала реакция на произошедшее со стороны руководства страны. Отстранение от работы десятков тысяч госслужащих, включая учителей, в ответ на жалкую попытку военного переворота, казалось бы, вообще никакой логики в себе не несет.

Однако 21 июля произошло, наконец, событие, расставляющее все по своим местам. Недостающим кусочком пазла стало объявление в Турции чрезвычайного положения, приостановка действия Европейской хартии прав человека и фактическая отмена принципа разделения властей. Теперь можно с уверенностью сказать: государственный переворот в Турции не потерпел поражение, а блестяще удался. Провалилась попытка военных спасти демократию и светский характер государства, которая была проведена вынуждено, почти спонтанно и безо всякой подготовки.

Но обо всем по порядку. С момента своего прихода во власть Реджеп Тайип Эрдоган не скрывал своей повестки дня. Турция, по его мнению, должна была стать не только успешной и преуспевающей, но и как можно более влиятельной страной в своем регионе и даже в мире. Для этого он наметил себе ряд стратегических задач, к выполнению которых шел с неуклонностью танковой колонны.

Для исполнения первой – быстрого роста экономики – он в самом начале своего правления наладил работу независимых судов и честных правоохранительных органов, провел либеральные экономические реформы и разрушил элитистсткую, основанную на олигархии, экономическую модель. Эффект был поразительным: Турция расцвела, ее ВВП стал расти на 10+ процентов в год, огромные массы людей, не вылезавших из бедности десятками поколений, стали достойно зарабатывать и потреблять. Особенно сильно выиграли самые религиозные слои населения: жители столичных трущоб и провинциальных городов, превратившиеся в уважаемых бюргеров, а также сельская беднота, получившая доступ ко всем благам цивилизации.  На этом этапе тогда еще премьер-министр стал настоящим героем-спасителем своей страны, за что, конечно, надо отдать ему должное.

Исполнение второй задачи стало возможным с решением первой. Политический ислам, ранее считавшийся в Турции анафемой, злом и проклятьем (даже в умеренной форме), на защите от которого весь последний век стояла армия, перестал быть страшилкой, превратившись в весьма популярное политическое течение. Это позволило Эрдогану при полной поддержке населения провести целую серию судебных процессов над участниками военных переворотов прошлых лет (Дело «Эргеникона»). Это существенно изменило вектор общественного сознания: главной угрозой свободе и процветанию страны стал не политический ислам, а представители «старых элит» – высокопоставленные военные, известные журналисты, университетские преподаватели и тому подобная публика. Сторонники Эрдогана совершенно уверены, что эти люди без конца мечтают о восстановлении старых порядков.


52905101

Во время мятежа Эрдоган просил турков выйти на улицы. Народ вышел и спас своего лидера


Третья задача – укрепление влияния Турции в мире – поначалу тоже осуществлялась крайне успешно. Еще до начала череды революций в арабских странах, ранее входивших в Османскую империю, эрдогановская Турция вызывала в большинстве из них восхищение и даже зависть. Модель, в которой современная демократия и экономическое процветание непротиворечиво сочетались с важной ролью ислама в общественной и политической жизни, действительно казалась привлекательной. Во время и сразу после революций в Тунисе, Египте и Ливии Эрдоган всячески поддерживал восставших, обещая им свою поддержку после победы. И, надо сказать, не обманул: он первым прилетал в эти страны, после побед революционеров, призывая их ввести у себя порядки, аналогичные турецким, обещая не только моральную, но и материальную поддержку. Местное население, как правило, встречало Эрдогана с распростертыми объятиями. А его идеи неизменно приходились ко двору. Казалось, что Турция и ее лидер с помощью «мягкой силы» вполне могут снова стать безусловным лидером исламского мира, собрав в некое объединение осколки бывшей империи.

Проблемы начались лишь в Сирии, где Эрдоган предал своего старого друга Башара Асада (до восстания они вместе с семьями даже ездили отдыхать). Турецкий премьер поддержал восставших, понадеявшись на то, что они скинут сирийского лидера так же быстро, как тунисского, египетского и ливийского до него. Установление в Сирии союзного Эрдогану суннитского режима открыло бы ему непосредственный наземный доступ в Большой Ближний Восток – к Саудовской Аравии и Персидскому заливу, к Иордании, Израилю и Палестинским территориям. Такая Сирия стала бы краеугольным камнем будущей Османской империи (или ее осовремененного аналога). Но тут произошел сбой: восстание переродилось в гражданскую войну, Асаду стали помогать Иран и Россия, демократические повстанцы мутировали в «Аль-Каиду» и Исламское государство. Что еще хуже: из-за военных успехов курдов Сирия стала превращаться из ворот на Ближний Восток в стену, отделяющую его от Турции. Изначальные планы были подорваны, но окончательно в утиль не списаны.

Надо отметить, что в реализации целей Эрдогана внутри страны и за границей до 2014 года премьер-министру активно помогал его будущий заклятый враг – Фетхуллах Гюлен и его организация «Хизмет», на которой надо остановиться чуть подробнее. Фактически, она представляет собой сеть из полутора тысяч школ и колледжей, раскиданных по всему миру, а также СМИ, коммерческих компаний, банков, благотворительных и иных организаций. Суть ее работы, коротко, такова: в бесплатные школы и колледжи, дающие прекрасное образование, принимают одаренных, но небогатых детей. По месту учебы им прививают ценности движения: добросовестность, честность, умеренность, толерантность, готовность к диалогу, уважение к прочим людям и тому подобное. Прекрасно образованный молодой человек после выпуска, как правило, делает неплохую карьеру, помогая уже движению – как материально, так и иными способами.

В результате Гюлену удалось заполнить людьми, вышедшими из его школ, многие СМИ, государственные и правоохранительные органы, коммерческие компании, научные институты и университеты. Фактически, «Хизмет» вырастила значительную часть элиты – как в Турции, так и в других странах (преимущественно – мусульманских). Число выпускников этих школ исчисляется миллионами, причем они, как правило, являются не последними людьми в своих странах. Во многом благодаря их трудам Эрдогану удалось построить динамичную экономику, отменно работающие суды и правоохранительную структуру, а также существенно повысить качество образования и медицины в Турции.

До определенного времени Эрдоган и Гюлен действовали сообща. Однако несколько лет назад их пути начали быстро расходиться. Премьер-министр настолько забронзовел во власти, что всерьез стал ощущать себя ниспосланным свыше спасителем страны, которому можно все. В его окружении расцвела коррупционная империя, которую в 2014 году вскрыли честные и эффективные турецкие судьи и прокуроры. Скандал вышел громким, но закончился он полной победой Эрдогана: десятки сотрудников правоохранительных органов и судей были уволены, против многих из них завели уголовные дела. Все люди из окружения премьера, дававшие и бравшие взятки, были очищены от любых обвинений.


Фетхуллах Гюлен

Фетхуллах Гюлен идеально подходит на роль «лидера заговорщиков»


Эта история дала Эрдогану повод решить, что перебравшийся в США Гюлен с помощью выпускников своих школ пытается устроить под него подкоп, скинуть его с пьедестала и захватить власть. Старой дружбе и сотрудничеству пришел конец.  Получилось почти дословно по роману Оруэлла «1984», где сказано, что когда-то Эммануэль Голдстейн был одним из вождей Революции, почти равным Старшему Брату, но потом предал свою страну, бежал за границу, где создал тайную организацию, задачей которой стала борьба с Партией.

Гюлен, у которого в Турции действительно много сторонников и последователей, недовольных возрастающим авторитаризмом и репрессиями со стороны Эрдогана, идеально подходит на роль «лидера заговорщиков». Согласно официальной позиции Анкары, он коротает свои дни на вилле в Пенсильвании, плетя козни и заговоры против набирающей силу Турции и ее великого вождя, облагодетельствовавшего своих подданных и справедливо за это обожаемого. Отныне любой неудаче у Эрдогана есть оправдание. Снижение темпов роста экономики Турции, ее постоянные конфликты с другими странами, постоянно бузящие курды – все это в той или иной степени «проделки» эмигранта-Гюлена и банды его миньонов внутри Турции.

Паранойя Эрдогана достигла таких масштабов, что на известных властям гюленистов еще до неудавшегося переворота устроили настоящую охоту. В тюрьмах оказались сотни журналистов, чиновников, ученых и преподавателей, замеченных в связях с организацией «Хизмет». Однако этого было мало. Наличие в стране школ Гюлена, а также миллионов их выпускников, занимающих самые разные посты во всех ее важных институтах – от образования до армии – оставалось потенциальной опасностью. Эти люди, скорее ориентированные на европейские ценности, открытость и демократию, никак не давали сдвинуть страну в сторону построения блистательного (в эрдогановском понимании) султаната.

Сторонние наблюдатели, по-разному оценивающие все последние события, как правило, сходятся в одном: президент Турции и его команда долгое время составляли списки неугодных, в которые угодили десятки тысяч подозреваемых в симпатиях к Гюлену и его организации. Иначе просто невозможно объяснить массовые аресты, увольнения и отстранения от должностей военных, судей, прокуроров, полицейских, университетских преподавателей, журналистов, государственных чиновников и много кого еще, начавшиеся сразу после провального переворота.

По всей видимости, военные, попытавшиеся свергнуть власть, узнали о наличии этих списков и пришли к выводу, что задуманные Эрдоганом чистки начнутся уже в ближайшее время. Именно поэтому они и решились на свой отчаянный путч. Для них, вероятно, это была последняя попытка спасти действующий в стране демократический строй. Однако из-за того, что переворот проводился в спешке, четкого плана его проведения не было: ни президент, ни премьер-министр не были арестованы, без внимания остались коммерческие телеканалы и интернет, а обществу заговорщики так и не объяснили, чего именно они хотят. Путч, а точнее – его провал, предоставил Эрдогану идеальный повод запустить в действие свой план нейтрализации оппозиции. И президент медлить не стал.

Сразу после ареста и отстранения от работы всех реальных и потенциальных оппонентов Эрдоган ввел в действие режим чрезвычайного положения, приостановил действие Европейской хартии прав человека, а также отменил принцип разделения властей. На практике это означает введение в Турции цензуры, запрет на любые акции протеста, право полиции арестовывать и держать под стражей неограниченное время любых оппонентов власти. Для последних, кстати, готовится еще одно нововведение: восстановление смертной казни. Режим ЧП также наделяет правительство под председательством президента правом издавать указы, обладающие силой законов. Парламент может лишь проголосовать за отмену того или иного указа, однако едва ли это произойдет: во-первых, большинство депутатов – однопартийцы Эрдогана, во-вторых, у них лишь недавно отобрали неприкосновенность, поэтому любой взбунтовавшийся депутат может тут же оказаться под арестом за «антигосударственную деятельность».

В результате этой операции президент Турции получил возможность реализовать свою давнюю мечту – изменить конституцию страны, изменив государственный строй с парламентской республики на суперпрезидентскую, в которой глава государства будет обладать поистине султанскими полномочиями. Неудивительно, что Эрдоган, узнав о провале путча, назвал его «божьим даром». Ему не пришлось выдумывать повода для проведения собственного, куда более масштабного государственного переворота. В этом смысле взбунтовавшиеся военные преподнесли ему царский подарок.

Что ожидает Турцию при новых порядках, догадаться нетрудно: полный отказ от ориентации на Европу и ее ценности, сворачивание многих гражданских свобод, дикая антизападная (особенно – антиамериканская) пропаганда, массовые суды, посадки и казни реальных и мнимых оппозиционеров, зачистка и война против прогрессивных вузов и интеллектуальных центров, резкий рост роли религии в обществе, а в финале – исламистская диктатура и, скорее всего, война с внешним врагом.


Сторонники Эрдогана требуют вернуть смертную казнь

Сторонники Эрдогана требуют вернуть смертную казнь


Собственно, признаки невеселого будущего видны уже сейчас. Сторонники Эрдогана, вышедшие на площади городов защищать его, шли по улицам, подняв в воздух указательный палец и скандируя «Аллах Акбар!». Ровно так же проводят свои манифестации сторонники Исламского государства. Эти люди чувствуют, что светская, кемалистская Турция прекратила свое существование. Спустя сто лет секуляризма они снова пришли к власти, они же будут определять будущее своей страны. Второй сюжет: все та же публика при полном попустительстве полиции начала громить книжные магазины. Почитатели нового султана прекрасно знают, что их главные враги – не какие-то там оппозиционеры, а книги и образование вообще. Тем, кто читает одну книгу, в которой «есть все», другие не нужны.

Местным сторонникам европейского пути развития сейчас будет крайне тяжело. Правительство уже запретило многим из них выезд за границу: Эрдоган не хочет, чтобы в Берлине или Лондоне у него появилась мощная оппозиционная сила, причем не воображаемая, как «Хизмет», а вполне себе реальная. На оппонентов нового режима началась охота: их выявляют и задерживают тысячами. Нельзя исключать, что они многие станут жертвами доносов, которые будут писать для сведения каких-то личных счетов. Турецкое общество погружается в атмосферу государственного террора, не сдержанного даже формальными рамками – они отменены из-за режима ЧП.

Западные правительства, изначально поддержавшие Эрдогана во время путча, сейчас уже не уверены в правильности своего выбора. Во всяком случае, критика действий Анкары со стороны европейских стран и США становится все более жесткой. Вашингтон и Брюссель можно понять: Турция и так была наименее демократичным членом НАТО, а сейчас ударными темпами превращается в классическую восточную деспотию. Альянс же является не чисто военным, он военно-политический. Входящие в него страны должны исповедовать определенный набор ценностей, а с этим в Турции становится все сложнее. Развитие ситуации в нынешнем русле может даже привести к выдворению этой страны из НАТО. Это тем более возможно, учитывая появление у Эрдогана нового лучшего друга, который ничего не критикует, а напротив, искренне поддерживает ликвидацию турецкой демократии.

В России за действиями Эрдогана наблюдают с нескрываемым восторгом. Владимир Путин, лишь недавно обвинявший турецкого коллегу в «ударе ножом в спину» и обещавший отомстить обидчику, сам позвонил ему и даже пообещал в скором времени встретиться лично. В условиях, когда Запад отвернулся от обоих диктаторов, им не остается ничего больше, как дружить домами, обмениваться опытом уничтожения свободы и поддерживать друг друга в непростые времена.  У них-то как раз ценности схожие: обида на Запад, который все время «учит жить», стремление «возродить империю», а также уверенность в собственном «величии и даже богоизбранности». Да и власть их опирается на одно и то же: «скрепы», цензуру, репрессивный аппарат и оболваненное большинство населения.

Для внешнего мира этот союз представляет большую опасность. Как показывает практика, режимы подобного рода никогда не останавливаются на установлении тотального контроля внутри своих стран. Они тут же начинают смотреть по сторонам в поисках жертвы для навязывания своего «величия» и «установления исторической справедливости». Эрдоган бредит воссозданием Османской империи, он даже дворец себе построил размером с Кремль. Подавив внутреннюю оппозицию и консолидировав власть в своей стране, он наверняка пойдет на юг, в северную Сирию, где сейчас местные курды создают собственное квазигосударство.

Более того, Эрдоган не сможет быть настоящим, полноценным султаном без восстановления халифата, упраздненного в 1924 году лично Кемалем Ататюрком, и объявлением халифом себя. Для этого ему, правда, придется избавиться от «конкурирующей фирмы» - Исламского государства, которое претендует на ту же роль. Это тоже потенциал для войны. Кстати, если самодельный халифат ИГ – невероятно претенциозная структура, то Турция с ее ВВС, армией, флотом и ядерными бомбами, хранящимися на ее территории, совсем другое, намного более серьезное дело. Такое развитие событий может стать серьезнейшей проблемой для близких и далеких соседей.

Никаких серьезных сил, способных остановить Эрдогана в его стремлении к абсолютной власти, в Турции не осталось. Теоретически, на Анкару мог бы надавить Запад, но он погряз в решении внутренних проблем. Кризис Евросоюза, подъем ультраправых, Брексит, вечно преддефолтная Греция... Зато Эрдогану надавить на ЕС очень просто. Для этого он может снова открыть двери для беженцев, направляющихся через Турцию транзитом в Евросоюз. Для Брюсселя это обернулось бы настоящим кошмаром, поэтому слишком сильно раздражать Анкару в Европе сейчас никто не будет.

Вашингтон оказался в примерно том же положении. Успех американских операций против Исламского государства в значительной степени зависит от возможности использовать турецкие военно-воздушные базы (прежде всего – «Инджирлик»). Во время путча эта авиабаза была обесточена, что всерьез озаботило и даже напугало американцев. Пока Исламское государство не уничтожено, дальше громкой критики в адрес Эрдогана Белый дом не пойдет.

Противникам диктатуры и сторонникам европейского пути развития Турции в этой ситуации остается лишь последовать примеру своих российских единомышленников: ждать, пока режим не развалится из-за экономических проблем и внутренних противоречий. Мировой опыт демонстрирует, что и то, и другое в жестких авторитарных системах практически неизбежно.

Читайте также

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: