20 октября 2017, пятница

"Что такое 30 км для машин залпового огня? Накрывает всех. Сидишь и смотришь, как над головой снаряды пролетают". Репортаж с погранпоста Успенка

Пограничники постоянно готовы к нападению и все время готовят к работе и свою технику
Виктор Огиенко/НВ

Пограничники постоянно готовы к нападению и все время готовят к работе и свою технику

Что происходит на границе с Россией и как живет под обстрелами Градов один из пунктов пропуска, Успенка, увидел корреспондент НВ

Успенка – пункт пропуска на украинско-российской границе в Донецкой области, через который еще недавно, в начале лета, вывозили в РФ рефрижераторы с грузом 200 – телами убитых в Донецке боевиков.

Чтобы добраться туда, выезжаем из Мариуполя, вокруг которого – блокпосты и пузатые гаишники на пересечениях дорог.

- Вся эта нечисть – менты, гаишники – слетелись со всего Донбасса, - говорит нам местный, сопровождающий нас на Успенку. - Толку от них ноль, но деньги с водителей уже "стригут".

Чем дальше от Мариуполя и ближе к границе, тем гаишников становится меньше, как, впрочем, и машин. Последние несколько десятков километров проходят вдоль "ленточки" – так здесь называют границу.

Это самая опасная часть пути. Контроль этой территории нашими войсками тут весьма условный. Сепаратисты могут выскочить, откуда угодно.


img_20140728_124609
Такое можно встретить на обочинах дорог вдоль границы с Россией


- Лесок видишь? – показывает наш сопровождающий на полосу деревьев в двух километрах от дороги. - Это уже и есть граница.

О том, что Россия совсем рядом, напоминает и мобильный оператор, приславший смс о том, что нас приветствуют на территории РФ.

- Да, тут ловятся российские операторы, роуминг потом сжирает все деньги, – пожалуется уже потом, на погранпосту, один из пограничников.

Чем ближе к Успенке, тем наши блокпосты встречаются все чаще. Неместные машины тут редкость, потому солдаты на постах с подозрением осматривают и нас, и машину.

- Как у вас тут – стреляют? – пытаемся завязать разговор с одним из них.

- Да. Вчера Грады пролетали над головами. Но били не по нам, – равнодушно отвечает боец и подает знак, чтобы проезжали.

Дорога между погранпостами кажется вымершей. Лишь изредка попадаются грузовики, автобусы и легковушки. Первые заполнены, как правило, урожаем. Несмотря на войну, в зоне АТО местные, которые не уехали, собирают помидоры и бахчевые. Много полей подсолнечника.


img_20140728_102256
Умиротворяющий пейзаж. Даже не верится, что здесь идет война


- Да им то что? Им все равно, - говорит провожатый. - Население хоть вроде и на суржике говорит, но все зависит от торговли с Россией. У них тут даже сигарет украинских нет. Основное, что курят – Донской табак, какой-нибудь.

В автобусах передвигаются, как правило, солдаты. Это обычные желтые Богданы и Эталоны, на которых еще красуется надпись "школьный автобус". Дабы было понятно, что едут не сепаратисты, над автобусами развевается украинский флаг.

Что касается легковушек, то помимо местных жителей, на них могут передвигаться и наши военные, и сепаратисты. Военные их используют в основном для разведки и патрулирования. На приграничных дорогах сложно сказать, кто едет тебе навстречу на Ланосе – украинские силовики или сепаратисты. Все в камуфляже, все без опознавательных знаков. По пути встречаем несколько таких машин. Не сбавляя скорости и очень внимательно всматриваясь в пассажиров, расходимся с миром.

- Нет у наших ресурса такие территории контролировать. Все сосредоточены на погранпостах, засадах и блокпостах, а граница-то открыта. Тут на любую боковую дорогу свернул – и ты уже в России, – говорит наш сопровождающий.

Подъезжаем к Успенке. На пункте пропуска в сторону России стоит около десятка гражданских машин.

- Бегут в Россию, бегут, – рассказывает нам пограничник. Утверждает, что бегут многие. Правда, немало и тех, кто возвращается обратно.

Успенка сейчас – это такая себе перевалочная база, куда попадают раненные и убитые с других погранпостов и с мест боев под Саур-Могилой и Мариновкой.

Периодически обстреливают и саму Успенку. Стреляют с территории России. Пограничники утверждают, что начинается это где-то с 22.00 и до самого рассвета. Сейчас Грады работают преимущественно по территории вокруг Саур-Могилы и Мариновки. Эти территории сами солдаты, недобро ухмыляясь, называют огненной землей.  Но иногда достается и Успенке. Ее, как утверждают пограничники, обстреливают не только Грады, но и артиллерия и минометы.


img_20140728_113216
Кунг пограничного грузовика, посеченный осколками от снарядов


- Что такое 30 км для машин залпового огня? – говорят пограничники. – Накрывают всех. Сидишь и смотришь, как над твоей головой пролетают туда снаряды.

- У них с той [российской] стороны минометные расчеты стоят около пункта пропуска, недалеко от нас. Что там говорить, – рассказывает офицер-пограничник.

Вообще пограничники не словоохотливы. Говорят мало. К приезжим относятся с недоверием. Прессу не любят. Видно, что сильно устали.

- Не снимайте тут ничего, а то наснимаете, а они потом нас накроют Градом, – строго запрещает один из бойцов. При этом рассказывает, что со стороны российского пункта пропуска уже несколько дней работают съемочные группы российского телевиденья. Что снимают – непонятно.

На вопросы о потерях погранцы отвечают неохотно. Да и сложно понять, это потери непосредственно пограничников, или тех, кого свозят к Успенке с мест боев вдоль границы.

- Сейчас у нас четыре 200-х, – рассказывает врач.

При этом раненых отдают на территорию России.

- Приказ у нас такой. Зачем – непонятно, – говорит нам солдат-пограничник.

Один из офицеров подтверждает, что раненных действительно передают для лечения российской стороне. Правда, говорит, это касается исключительно тяжелых.

- Мы так расположены, что зажаты тут в клещи. Пока довезем до ближайшей точки, где им могут оказать квалифицированную медицинскую помощь, пройдет несколько часов. Могут умереть, – убеждает офицер.

Проблема Успенки не только в невозможности оказывать квалифицированную помощь. Нет даже лекарств.

- Привезли пацана, 19 лет, из-под Мариновки. Он в таком шоке и ступоре – плачет, ходит только на корточках. Все никак отойти не может. Так у меня нет даже, чем его уколоть, чтобы хоть как-то успокоился, – сетует медик.

- Нас вообще за людей не считают. У десантников вон зарплата 10-12 тысяч, а у нас? 1,5 -2 тысячи. Хотя умираем все под Градами одинаково, – мрачно говорит один из бойцов в зеленом берете. - Техника старая, мало чем обеспечены.

Разговор прерывается. Нам дают понять, что время нашего пребывания в Успенке закончилось.


img_20140728_113503
Пограничный переход Успенка


Задаю последний вопрос одному из офицеров:

- Как ваши коллеги – пограничники с той стороны смотрят вам в глаза после всего, что происходит? После того, как они неприкрыто убивают вас из Градов и минометов?

- Как смотрят? Да никак. Некоторые все понимают, молчат. Но большинство просто зомбированы. Да и почти не осталось там пограничников – уже одни армейские части стоят, – докуривая сигарету, отвечает офицер погранзаставы и уходит.

Читайте также

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: