7 декабря 2016, среда

Бизнес-реформаторы взялись за превращение Украины в налоговый рай

Бизнес-реформаторы взялись за превращение Украины в налоговый рай
Министерство финансов и национальные бизнес-ассоциации взялись за скорое превращение Украины в налоговый рай. Традиционно все перессорились

В Украине не самые высокие налоги в мире и даже не самые высокие на континенте. Ставки в Италии, Франции, Германии, Израиле — неоспоримо выше. При этом, по мнению украинских бизнес-ассоциаций, национальная фискальная система и люди, которые ею управляют,— главный тормоз отечественной перестройки.

“У них мышление только одно — отобрать,— возмущается Илья Несходовский, эксперт общественной инициативы Реанимационный пакет реформ.— Говорят, мы наполняем бюджет, расширяем базу налогообложения, и называют это позитивом. Нет позитива. Экономика падает. Это главный показатель”.

И вот в конце августа Министерство финансов решило исправить ситуацию. Собрав от общественных организаций полтора десятка различных концепций преобразования налогового режима и сделав свои выводы, ведомство Наталии Яресько готовится выйти на ковер Национального совета реформ при президенте Украины со своей концепцией реформ.

За неделю до этой акции бизнес-сообщества, даже не видя самих предложений, авансом прокляли Минфин за консервативность, нежелание снижать налоги и обязательные социальные платежи. Именно они и загоняют зарплаты, да и всю экономику в тень. По подсчетам Минэкономразвития, доля теневой экономики страны в 2015‑м установила личностный рекорд — 47 % от ВВП. Это примерно $ 60 млрд. В 2014 году эта цифра составляла около 41 %, в 2013‑м — около 35 %.


Елена Макеева, замминистра финансов Украины, изучает опыт реформ налогового законодательства европейских стран. Все полезное записывает
Елена Макеева, замминистра финансов Украины, изучает опыт реформ налогового законодательства европейских стран. Все полезное записывает


“Должно быть кардинальное снижение налоговых ставок, чтобы те люди, которые пользуются налоговыми ямами (конвертационными центрами), перестали ими пользоваться,— требует Павел Себастьянович, координатор проектов группы Экономика и предпринимательство общественной организации Новая Украина.— Нужно сделать то же самое, что и в Грузии”. Опыт Грузии заключался в том, что с 1 января 2005 года количество налогов было снижено с 21 до 7, ставки в оставшихся снижены, при этом по итогу года доход в бюджет вырос.

Красивая история, говорят в Минфине, но жизнь сильнее фантазии. Даже если обнулить налоги, еще не факт, что украинский бизнес немедленно выведет деньги из тени. А вот бюджет и Пенсионный фонд точно просядут, рассуждают там. По подсчетам Елены Макеевой, замминистра финансов, снижение ставки единого социального взноса (ЕСВ) хотя бы на 1 % — это минус 5 млрд грн дохода. Нужны источники, которые компенсируют фискальный удар. Тем не менее фискалы говорят, что готовы уступить и удивить.

Под прессом

Налоговая реформа — старая песня о главном. Меняются ее исполнители, но не меняется репертуар. “Налоговая реформа — главное направление деятельности Кабмина”,— заявил 4 января 2003 года первый вице-премьер Николай Азаров. “Возможность реформировать налоговую систему у нас есть,— перенял 6 октября 2006‑го эстафету Анатолий Брезвин, глава Налоговой администрации Украины.— 2007‑й будет годом стабилизации экономики и бюджетной сферы”

17 ноября 2010 года премьер Азаров поясняет, почему все еще не так: “Налоговый кодекс не может сразу сработать. Но в ближайшей перспективе он, безусловно, сработает”.

30 октября 2014 года Игорь Билоус, глава Государственной фискальной службы (ГФС), очертил новые горизонты: “Часть реформистских законов парламент примет еще в этом году, и уже с начала 2015‑го мы будем жить по новым налоговым правилам”.

Но и в этом случае, получив новые налоговые правила, никто не выдохнул с облегчением. Сокращение 22 видов налога до 9 оказалось игрой цифр, механическим объединением нескольких ставок. Обещанное снижение ЕСВ с 49 % до 17 % в обмен на вывод зарплаты из конвертов правительство окружило таким количеством предусловий, что ставка фактически не упала, а конверты не опустели.

Проблемы с возмещением НДС находятся на том же уровне, что и прежде. Только около 70 % компаний получают возврат НДС автоматически. Даже система электронного администрирования НДС-счетов, введенная 1 июля, не спасает — а напротив, как заверяет член парламентского комитета по вопросам налоговой и таможенной политик Александр Кирш. На своей странице в Фейсбуке 25 августа он написал: “Имею достоверную информацию из надежных источников, программа функционирования НДС-счетов не опломбирована, допускает ручное вмешательство и фактически работает в ручном режиме, налоговые ямы продолжают функционировать, сменились только крыши и незначительно проценты за услуги”.


Тимофей Милованов настаивает на том, что налоговые реформы невозможно провести в отрыве от реформирования всей политэкономической модели Украины / DR
Тимофей Милованов настаивает на том, что налоговые реформы невозможно провести в отрыве от реформирования всей политэкономической модели Украины / DR


В итоге задолженность государства бизнесу по возмещению НДС — 20 млрд грн, еще 28 млрд грн — это долг по переплате налога на прибыль, уплаченный бизнесом наперед. Чтобы вернуть эти деньги в коммерческий оборот, у казны не хватает средств, у бизнеса — слез.

Нельзя сказать, что совсем ничего не изменилось за последние полтора года. Почти все налоговые ставки приближены к общеевропейским, некоторые из них даже стали ниже. В ежегодном рейтинге Doing Business 2015—Благоприятность ведения бизнеса в номинации Налоги Украина за год переместилась с 157‑го места (из 189 участников) на 108‑е. Но гордость за державу тут же сдувается, как только видишь, где находятся соседи: Россия — на 49‑м, Польша — на 87‑м.

Все потому, что дело не только и не столько в числительных. Налоговая система Украины построена так, чтобы в ней заблудился даже опытный бухгалтер.

Члены Национального совета реформ провели опрос, чтобы выяснить, что более всего волнует предпринимателей в системе налогообложения. В результате оказалось, что 87 из 100 жалуются на постоянные изменения в законе, а значит, невозможность планировать делопроизводство.

Еще 75 из 100 сетуют на непомерно высокие социальные взносы, которые являются неподъемной нагрузкой для фонда заработной платы. Пожалуй, одну из самых высоких в мире — до 49 %. То есть заплатив сотруднику 10 тыс. грн, почти 5 тыс. грн нужно перечислить в виде ЕСВ.

Кирш считает, что налоговая нагрузка на бизнес растет по всем фронтам. “Мне иногда кажется, что они засланные,— говорит он о правительстве, в котором работают его однопартийцы из Народного фронта.— Обложили 70 % добычу газа, в результате собственные скважины законсервированы, покупаем российский газ. Или ввели НДС на лекарства в разгар войны. Ну как это? Не видно пока никакого либерализма, лишь выжимание последнего”.

Своя коллекция примеров чиновничьей дурости и у Александра Соколовского, владельца компании Текстиль-контакт. Он жалуется, что, несмотря на заверения властей о моратории на проверки малого и среднего бизнеса, давление не снизилось.

Соколовский вынужден тратить невероятное количество времени и тонны бумаги на формальную переписку с налоговиками. “Мы не можем предоставить информацию на флешке,— говорит он.— Все должно быть скопировано на ксероксе. Бумаги уходит пачками. Иногда приходится использовать тысячи листов”. Список претензий нескончаем. Часть из них граничат с черным юмором.

“Нужно защитить теневую экономику,— неожиданно резюмирует Кирш.— Потому что она защищает Украину. Все держится на теневой экономике. Налоговый кодекс слишком жесткий. При этом кодексе Украину спасает от разорения только то, что его можно и не соблюдать, он создает такие возможности”.

Есть предложения

Жить в условиях восточноевропейского Сомали, где теневой рынок служит спасательным кругом, это не тот выбор, который сделали украинцы во время революции достоинства, считает Елена Макеева.

Ее ведомство вот уже несколько месяцев изучает приемлемый опыт соседей, чтобы перестроить налоговую систему Украины. До заседания Национального совета реформ, где и будет представлена концепция Минфина, она не раскрывает всех карт. Ясно, что на шоковую терапию ни она, ни ее коллеги не решатся. Резких сокращений налоговых ставок не будет. Будут поступательные. Например, планируется снижение ставки ЕСВ. Через два года этот сбор объединят с подоходным налогом, и тогда суммарную ставку сократят более чем в вдвое. Макеева уверена, что этот срок достаточен, чтобы бизнес принял решение вывести часть зарплатного фонда из тени.

Перемены ожидают и те почти 2 млн предпринимателей, которые платят так называемый единый налог. Первой группе “единщиков”, чей годовой оборот не выше 300 тыс. грн, правительство планирует сохранить ставку в 10 % от минимальной заработной платы — около 120 грн — плюс ЕСВ — 420 грн. Вторую и третью группы (оборот до 1,5 млн грн и до 20 млн грн соответственно) объединить в единую с годовым оборотом до 2 млн грн. На каком уровне зафиксировать ставку единого налога — обсуждается. Причем на вторую группу “единщиков” приходится 98 % от общего числа. С ними вопрос больше социальный, чем макроэкономический.

Не они делают погоду на рынке. 70–80 % налоговых поступлений обеспечивает около 1,5 тыс. крупных компаний. “Я практически каждого из них знаю в лицо”,— гиперболизирует Макеева.

Этот феномен свидетельствует о двух вещах. Первое: львиная доля малого и среднего бизнеса живет в тени и не имеет никаких мотивов оттуда выбираться. Второе: индустриализация экономики сотворила в Украине необычайно хрупкую систему. Тяжелая промышленность содержит страну, но не способна содержать себя, так как технически и морально устарела еще в прошлом веке. Инвестиции в капитальные фонды недостаточны, чтобы сохранять большой бизнес в прежней форме. Только в первом квартале текущего года они упали на 15 %.

Иными словами, высокая налоговая нагрузка способна добить эту курицу, несущую хоть какие‑то яйца. Вот почему Соколовский считает, что косметический ремонт не поможет бизнесу и не спасет казну. Ко дну пойдут и первые, и вторые. Он предлагает действовать решительней. То есть снижать налоги уже сегодня, если хотим “покращення” хотя бы уже послезавтра.

Если бы реформу поручили ему, она выглядела бы примерно так: налог на прибыль снизить с 18 % до 10 %, как на Кипре или в Болгарии. НДС с 20 % опустился бы до 10 %. То есть взять пример с Южной Кореи, Вьетнама или, на худой конец, с Казахстана. Подоходный налог, составляющий ныне 20 %, по примеру вышеназванных стран сократить вдвое. ЕСВ вместо почти 50 % опустить до 15 %, как в Германии, или до 8 %, как в США, а то и до 6 %, как в Израиле или Гонконге. “Реально можно проводить сокращения фискалов, а оставшимся поднимать зарплату в разы,— продолжает реформировать страну Соколовский.— Уменьшать на предприятиях численность бухгалтеров, юристов, финансистов. Все устали ждать и разочаровываться. В итоге будет или социальный взрыв, или окончательная победа”.

Тимофей Милованов, профессор Питтсбургского университета, и его коллеги — объединение экономистов из VoxUkraine, чувствуя всевозрастающий накал, написали открытое письмо экспертному сообществу и Минфину, где просят, во‑первых, учитывать возможности фактически военного бюджета для кардинальных преобразований. Во-вторых, не превращать жизненно важную дискуссию в жесточайшее противостояние, которое ведет к потери остатков доверия общества. “Если общество не будет понимать суть реформы и доверять правительству, налоговые изменения будут неэффективными и не достигнут своей цели”,— уточняют подписанты.

Все средства хороши

Для проведения налоговых реформ страна избрала не лучшее время, но другого у нее может и не быть. Пока же макроэкономическая картина 2015‑го такова: падение экономики на 17 %, экспорт-импорт просел на треть, розничный оборот — на четверть, промышленной продукции — на пятую часть в сравнении с прошлым, кризисным годом.

Иными словами, перед правительством остро встает вопрос, где искать средства на покрытие неминуемых потерь от снижения налоговых ставок, а то и вовсе ликвидации некоторых платежей, как того требует Несходовский. Например, отменить обязательную уплату в фонд от несчастных случаев. По его словам, 80 % этого фонда, который наполняет весь деловой мир Украины, тратится всего на две отрасли — угольную и металлургию. “Мы все скинулись, чтобы собственники этих предприятий не думали про людей,— сгущает краски эксперт.— Пусть государство гарантирует минимальный социальный уровень защиты.

А остальное предприятия решат самостоятельно”.

У государства нет денег и на меньшее. Как компенсировать неминуемые потери и простимулировать бизнес низкими налогами? Два этих вопроса временно загнали в тупик Минэкономразвития. Неделя оказалась слишком небольшим отрезком времени, чтобы дать ответы на них редакции НВ, ну или хотя бы себе лично.

За дело взялись общественные организации и, как им показалось, нашли достаточный резерв для поиска компенсаторов. По их подсчетам, изменения системы налогообложения прибыли и объединение подоходного налога и ЕСВ с почти трехкратным сокращением ставки обескровит казну на 140 млрд грн. Примерно треть годового госбюджета.

Ситуацию, по подсчетам бизнес-ассоциаций, можно спасти, внедрив систему электронных госзакупок, дабы предотвратить разворовывание средств. Также нужно внедрить электронное администрирование и автоматическое возмещение НДС, считают они, минимизировать льготы на земельный налог и на недвижимость и т. д. Все это, по их подсчетам, принесет казне 147 млрд грн. То есть с лихвой компенсирует потери жестких реформ.

Для смягчения удара ищут резервы и в правительстве. Например, планируют заполучить от легализации игорного бизнеса дополнительные 5 млрд грн. Налог на автомобили не старше 5 лет с объемом двигателя свыше 3 л — 25 тыс. грн в год, а на остальные — 800 грн, по оценке Макеевой, принесет еще 3 млрд грн, правда, в местные бюджеты. “Эти деньги можно использовать для инвестиций в инфраструктуру”,— подчеркивает она.

Кроме того, бизнес-реформаторы требуют сократить необязательные госрасходы. Например, огромные средства уходят на содержание тысяч госпредприятий, которые генерируют миллиардные убытки и служат средством разворовывания госсредств. Это бездонный резерв для экономии.

Если провести реформу по этой дорожной карте, уверен Себастьянович, то бизнес выведет огромные средства из тени, и ими уж точно можно будет закрыть все образовавшиеся дыры в бюджете. А если не выведет, вот тогда государство получит право ощетиниться. “Должна пройти либерализация, когда снижены все налоги,— резюмирует предприниматель.— А после этого жесткая ответственность за неуплату налогов”.

Материал опубликован в НВ №31 от 28 августа 2015 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: