20 января 2017, пятница

Августовский кризис: что стоит за задержанием украинца в Крыму и кремлевскими обвинениями Киева в терроризме и к чему это приведет

Августовский кризис: что стоит за задержанием украинца в Крыму и кремлевскими обвинениями Киева в терроризме и к чему это приведет
Москва хочет представить жертву в роли агрессора. Чего добивается Путин, объясняют военные эксперты, дипломаты и политологи

Заявления России о якобы имевшем место захвате украинских диверсантов в Крыму, заявление Путина о переходе Украины к тактике террора и сообщение об усилении российской военной группировки в районе Дебальцево – звенья одной цепи, полагают собеседники НВ.
По их мнению, Кремль намерен создать картинку, которая выставит Украину агрессором. За «диверсии» в Крыму, как известно на сегодня, арестовали Евгения Панова, волонтера и бывшего воина АТО. Россия называет его сотрудником Главного управления разведки Минобороны Украины. Кроме него якобы есть и другие задержанные, но ни имена их, ни лица спецслужбы РФ не предали пока огласке.
Такими действиями и заявлениями Москва пытается спровоцировать конфликт и надавить на западных лидеров и на Киев, принудив к диалогу на условиях Кремля, считают эксперты. Они не исключают эскалации ситуации вплоть до начала широких военных действий.
Со своей стороны, в ответ на заявления Кремля Петр Порошенко поручил привести в боевую готовность все подразделения на границе с Крымом и на линии соприкосновения на Донбассе.
Могли ли в Крыму действовать украинские диверсанты, что стоит за этим инцидентом и заявлениями Путина и к чему может привести сложившаяся ситуация, объясняют военные эксперты, дипломаты и политологи.

Что происходит в Крыму

Крымский Укр, блогер из Крыма

После событий в Крыму прозвучало несколько предположений: российские силовики проводят антитеррористические учения, проводится операция по задержанию вооружённых дезертиров, либо россияне разыгрывают спектакль для нагнетания страха и отвлечения внимания крымчан от социально-экономических проблем. На дорогах появились усиленные патрули, начался массовый досмотр машин.

Пропускные пункты на админгранице стали работать с перебоями. Россияне либо никого не пропускали, либо делали это очень медленно. Люди не могли пройти админграницу в течении 18-ти часов. На Керченской переправе был усиленный досмотр машин и багажа. Ожидание в очереди увеличилось до 9 часов.

Сначала по Крыму расклеивали ориентировки на людей якобы в военной форме РФ с шевронами в виде ромба. Но такую форму можно в любом военторге купить.

Сегодня, когда стали известны детали по диверсантам, в истории оказалось очень много нестыковок. Ориентировки опасных преступников не соответствуют пойманному якобы диверсанту. Во время якобы имевшего место прорыва украинской ДРГ россияне продолжали запускать людей в Крым, но не выпускали никого. Боялись, что вооружённые дезертиры, «завалившие» коллегу, ускользнут на материк? Три дня не было никаких заявлений Сергея Лаврова и МИДа РФ. Россия даже не созвала Совбез ООН по поводу якобы имевшего место массированного обстрела со стороны Украины.

Надо знать, каким образом «диверсант» попал в Крым. А остальное уже дело техники ФСБ. За сутки пыток они из любого туриста выбьют любые признательные показания. Возможно, когда он [арестованный волонтер Евгений Панов] попал к русским, они срежиссировали антитеррористическую операцию, в ходе которой завалили и ранили своих. В общем, импровизируют по ходу пьесы.

Рейтинг Путина падает, казна пустеет, прихода валюты в страну нет, перспектив снятия санкций нет, недовольство, по крайней мере, в Крыму растет. Любой информповод россияне сейчас будут использовать для закручивания гаек и пытаться вылезти из-под санкций.

Это позволит тотально контролировать разочаровавшееся население, всех недовольных автоматом будут зачислять в ряды врагов России и пособников «киевской хунты». Россияне сейчас будут использовать любой информповод для нагнетания антиукраинской истерии и перевода Крыма на осадное положение. Это усилит изоляцию крымчан, позволит оболванивать местное население и насаждать миф о том, что «в Украине еще хуже» будет намного легче.

Надо помнить, что незадолго до этого Роспромнадзор начал массовую блокировку сайтов, освещающих крымские проблемы. Это ещё одно подтверждение того, что недовольство среди местного населения растет, а гасить его нечем, ибо массовые силовые разгоны недовольных крымчан могут иметь эффект разорвавшейся бомбы и стать сигналом для начала протестов в России. Военная техника, действительно, продолжает заходить в Крым. Наверное, для самоуспокоения Кремля.

Версии произошедшего

Дмитрий Тымчук, лидер группы Информационное Сопротивление, нардеп

Версия о том, что это были профессиональные диверсанты из управления разведки, ДРГ, не выдерживает никакой критики. Судя по тому, как они якобы прорывались на территорию Крыма – спецназ никогда так не работает, у него другая тактика и другие задачи.

То, что сейчас начинают привязывать к этому похищенного гражданина Украины, который якобы является военнослужащим ГУР Министерства обороны – это чудовищная провокация.

Зачем это делается? Представить жертву агрессора как самого агрессора –это попытка оправдать свои действия. О настоящих мотивах мы пока можем только догадываться. Это гадание на кофейной гуще.

Исходя из того, что на Донбассе наблюдается продолжительная эскалация, можно сделать вывод, что эти два факта – задержание украинца в Крыму и заход новой военной колонны в Донбасс – могут быть взаимосвязаны. Возможно, это составляющие одного плана, и это план давления на Украину. Путин понимает, что оказался в изоляции. При всех попытках активизировать пророссийские силы в Европе вопрос о снятии санкций на данный момент у Европы не стоит, а для российской экономики они – ощутимы.

Лилия Шевцова, российский политолог

Я даже комментировать это не могу, потому что у меня только одно слово есть для всего этого – «провокация».

Андрей Зубов, российский историк, политолог

То, что сделал Порошенко, видимо, правильно. Любой президент в случае такого эксцесса сделал бы то же самое, потому что надо исключить все варианты, даже самые худшие – и благоприятные, и неблагоприятные.

По сути, на мой взгляд речь идет о стремлении России выйти из Нормандского формата и заявить, что сама Украина уже год мешала его осуществлению. И договариваться совсем иначе. А иначе – это, понятно, на более выгодных для РФ условиях. В первую очередь, это расчет на те силы в Европе, которые готовы поддержать Россию, не имея достаточных аргументов.

И вот, Путин сам дает им аргументы. Украина ведет себя крайне «агрессивно»: то подрывает главу «Луганской народной республики», то засылает диверсионные группы в Крым.

Безусловно, все белыми нитками шито, особенно, крымская эпопея. Все заранее подготовлено. Поэтому и российские войска приведены в боеготовность, выведены из казарм. Понятно, что все это какая-то имитация. Я вчера смотрел телевидение. И там [показывали, как] разложены все эти [изъятые у «диверсантов»] спецсредства, взрывпакеты, рации, и все это в таком аккуратнейшем виде, какой только может быть, когда все специально подготовлено для демонстрации.

Но я предполагаю, что это не потому, что мы на грани войны – воевать и Россия не может, и Украина, по разным причинам. Но то, что это попытка выторговать Кремлю новый формат и снять санкции – это да. Не в прямую, а через те европейские силы, которые об этом давно мечтают. Это и националисты-антиевропеисты, и левые социал-демократы испанские, немецкие, которые по непонятной для меня причине тянутся опять к Путину, наверное, из старинной солидарности со всем советским.

Я же надеюсь, что Европа не поведется, и об этом инциденте скоро забудут, он рассосется. Так мне кажется. Потому что он [Путин] цели не достигнет, все смеются над этой провокацией. Но это у меня такой оптимистичный сценарий, а нашу политику определяют люди не очень далекие, но, при этом, очень жестокие.

Украинская позиция

Владимир Огрызко, украинский дипломат

Все это традиционная для России, хамская внешняя политика, которая, к сожалению, не меняется уже на протяжении нескольких десятилетий. Политика запугивания и шантажа. Политика, которая по их логике предусматривает наказание тех, кто является объектом их агрессивного внимания.

Здесь, как в капле воды, отзеркаливается все то, что есть в России. Вранье, цинизм, шантаж, угрозы – вот то, что мы сейчас увидели в этой ситуации в Крыму. Мне кажется, очень точно и остроумно отреагировал Госдепартамент США, сказав, что лучше России расстаться с Крымом и на этом поставить точку.

Нам в стране нужно максимально громко говорить о том, что происходит. Странно, что все это время тему оккупации Крыма мы как-то не очень обсуждаем в Совбезе ООН. Как минимум, не слышно особых дебатов по этому поводу, а это должно быть, как Отче Наш, ежемесячным упражнением.

Что касается обострения на Донбассе – я согласен с риторикой о том, что РФ готовится показать нам «Кузькину мать» на 24 августа, ко Дню независимости, и отметить его соответствующим образом – чтобы мы не праздновали этот день, а были заняты ответом на провокации. То, что РФ стягивает к нашим границам крупные колонны военной техники – для любой страны Запада это была бы тревога номер один, все имеющиеся и возможные вооруженные формирования были бы приведены в состояние максимальной боеготовности. А мы на это смотрим, по моему мнению, слишком легкомысленно. Если на расстоянии 100-150 км концентрируются вражеские силы – это прямое указание, что мы должны действовать соответствующим образом.

Россия стреляет, а мы молчим, и все считают, что это норма. Думаю, такую норму принимать мы не должны. Если мы будем только говорить о том, что мы «обеспокоены», и просить международное сообщество осудить российские действия, то эти действия будут продолжены. Нам нужно, во-первых, действовать в ответ, во-вторых, говорить о том, что происходит. Россия понимает только силу, других аргументов она на не понимает.

Военная сторона конфликта

Игорь Сутягин, военный эксперт, Лондон

Это дальнейшее творческое развитие того, что мы видели при предыдущих раундах Минских переговоров. Если вы замечали, каждый раз такое возникало тогда, когда была какая-то задержка со стороны Запада, нежелание разговаривать с Путиным по той причине, что нет никакого прогресса и разговаривать просто не о чем. Тогда возобновлялась такая активность, боевые действия на востоке Украины.

Тем самым, Кремль, Путин (я имею ввиду не конкретно Владимира Владимировича, а «коллективного Путина», который правит Россией), пользовался страхом Запада иметь под боком кровопролитие, чтобы в дальнейшем этим шантажировать. Мол, если вы не хотите с нами разговаривать, будет кровь. Поэтому говорите с нами.

Так случилось, когда в первый раз Меркель и Олланд еще в 2014-м, перед первым Минском, отказались встречаться с Путиным в Алма-Ате. Следствием этого была огромная вспышка насилия на востоке Украины, и западные лидеры были вынуждены говорить с Путиным – таким образом произошел первый Минск. Вторые переговоры сопровождались ровно теми же самыми событиями. Вспышка насилия вынуждала западных политиков идти на какие-то уступки ради того, чтобы прекратить насилие. И вот мы имеем, что имеем.

Сейчас ситуация вывернута наизнанку. Необходимо политическое решение. Потому что приближается период, когда эти самые «лугандоны» собираются проводить выборы. Требуется добиться от Западной стороны давления на Украину, чтобы вынудить ее эти выборы принять, принять легализацию этих самых республик. Насилием в этой ситуации рисковать опасно, потому что это обернется насилием против самой РФ. Поэтому Путин шантажирует наоборот: теперь не он просит, чтобы к нему приехали поговорить, как было в Алма-Ате. Теперь он понял, что мы вышли на политическую составляющую, и шантажирует отказом разговаривать, чтобы выдавить новый круг уступок со стороны Запада. Путин находится в ожидании того, что теперь его будут упрашивать поговорить, и он придет на переговоры в положении предпочтительном, в положении оскорбленной невинности: мол, на меня нападают, говорите со мной, я готов это проглотить, но понятно, что это будет дорого стоить.

Есть и второй слой. Надо вспомнить советскую историю. В ней было, по меньшей мере, два таких эпизода. В 1925 году на советскую погранзаставу на советско-польской границе напала банда (такие банды действовали на территории Польши пять лет). Погранзастава была разгромлена, и, по-моему, один пограничник был убит. Но так получилось, что эта банда оставила какие-то очевидные следы, и Дзержинский, который на то время еще руководил органами безопасности, установил, что банда была не польская – она была сформирована и укомплектована сотрудниками разведки Красной армии. Это была жестокая провокация, чтобы дать повод советскому правительству принять жесткие меры против Польши.

Через 14 лет, 26 ноября 1939 года, на другой погранзаставе, советско-финской, деревня Майнила была обстреляна пушками, что стало причиной для начала советско-финской войны. А несколькими месяцами до того, 30 августа, радиостанция в немецком городке Гляйвиц была атакована как бы польскими военнослужащими, которые в итоге оказались немецкими уголовниками, переодетыми в польскую форму. Гляйвиц послужил поводом для начала войны немецко-польской и Второй мировой войны. Эта параллель неизбежно всплывает, если вы прочитаете заявления некоторых деятелей.

Вчера подобное уже прозвучало. Мол, «мы же не воюем с Украиной, да и Украина на нас не нападает», а значит, то, что случилось – нападение террористов. А это означает, что РФ, как любая другая страна, имеет право нанести удары по базам террористов, находящимся в Украине.

Роман Синицын, волонтер организации Народный тыл, регулярно бывающий на Донбассе

Параллельно с тем, что происходит в Крыму, замечена активность на Донбассе. Туда зашло много техники и топлива в двадцатикилометровую зону от линии разграничения – БМП, танки. На протяжении прошлой недели они заходили каждый день.

В прошлом году в августе была почти аналогичная ситуация – все ждали наступления и готовились. Чего ждать сейчас, неизвестно. То, что они нападут, и ежу понятно. Вопрос – когда, через три часа или через три года.

Все это затевалось для того, чтобы Украина перестала существовать как государство. То, что России есть смысл наступать – бесспорно. Вопрос – когда. Я думаю, что у них хватает ресурсов играть в длинную и постепенно расшатывать все изнутри, плюс – делать такие провокации, как с Крымом. Это как шоу для наших западных партнеров. 

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Статьи ТОП-10

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: