23 июня 2017, пятница

65 лет назад американский журнал Collier's попросил ученых и писателей пофантазировать о третьей мировой

комментировать
БУДЬ ЧТО БУДЕТ: Президент США Гарри Трумэн (в центре) перед началом футбольного матча в Александрии (Вирджиния) подбросил серебряный доллар, чтобы определить, какая из команд будет владеть мяч

БУДЬ ЧТО БУДЕТ: Президент США Гарри Трумэн (в центре) перед началом футбольного матча в Александрии (Вирджиния) подбросил серебряный доллар, чтобы определить, какая из команд будет владеть мяч

65 лет назад, в разгар противостояния между СССР и Западом, американский журнал Collier’s попросил ученых и писателей пофантазировать о третьей мировой войне и том, какой после нее станет Россия

В 1949 году Советский Союз нарушил монополию США на ядерное оружие, испытав собственную атомную бомбу. В условиях набиравшей обороты холодной войны это известие взбудоражило население Земли — перспектива нового, куда более разрушительного мирового военного противостояния стала как никогда реальной.

Тема была настолько горячей, что кроме военных и ученых ее пытались осмыслить писатели и публицисты. Одной из первых попыток проанализировать последствия ядерного конфликта стал спецпроект самого популярного на тот момент американского еженедельника Collier’s. В начале 1951 года его редакторы обратились к профессорам истории, экономики и военного искусства Колумбийского университета с необычной просьбой — представить, из‑за чего может начаться третья мировая война и что будет потом.

 

Невозможно скрыть

29 августа 1949 года в казахском Семипалатинске в 7:00 произошел испытательный взрыв первой советской атомной бомбы. СССР не спешил афишировать свои успехи: в боевых целях, как это сделали США в 1945‑м в Японии, использовать бомбу Союз не собирался. Поэтому даже советский лидер Иосиф Сталин справлялся о ходе исследований нерегулярно.

В начале сентября американские метеорологи, пролетая в районе Камчатки, взяли пробы воздуха. В них были обнаружены изотопы радия. Просчитав пути движения воздушных потоков, американцы доложили своему президенту о взрыве атомной бомбы в СССР. Даже указали относительно точное место испытаний.

 


АПОКАЛИПСИС БЛИЗКО: Так представлялись иллюстраторам Collier’s в 1950 году последствия атомной бомбардировки Нью-Йорка
АПОКАЛИПСИС БЛИЗКО: Так представлялись иллюстраторам Collier’s в 1950 году последствия атомной бомбардировки Нью-Йорка


В Вашингтоне пришли в шок. Там предполагали, что Советы изобретут бомбу не раньше 1952‑го. А до этого американцы планировали спокойно совершенствовать и приумножать собственный ядерный арсенал.

Гарри Трумэн, 33‑й президент США, выдержал паузу в 20 дней в надежде, что Москва сообщит о рождении своего ядерного потенциала. Но не дождался, потому 23 сентября сделал заявление, которого ждали правительства многих стран Запада. “В течение последних недель в Советском Союзе произошел атомный взрыв… Где‑то между Казахстаном и Уралом”,— сообщил прессе Трумэн. При этом процитировал сам себя: “Почти четыре года тому назад я указал, что ученые фактически единодушно считали, что существенно важные теоретические сведения, на которых основывается открытие [ядерного оружия], уже широко известны”.

На следующий день цитаты руководства США о взрыве в СССР попали на передовицы едва ли не всех газет мира. Исключением стали советские СМИ.

Историк Влад Зубок утверждает, что Сталин сам узнал о взрыве из сводки новостей, которую приносили ему с утра,— вождю не сообщали о ходе испытаний, пока он этого не требовал. Великий кормчий счел сообщения западной прессы утечкой информации и велел срочно разобраться. Ученые-ядерщики объяснили, что у американцев есть аппаратура, способная зафиксировать повышение радиационного фона, поэтому факт взрыва быстро стал их достоянием.

В отличие от западных читателей, рядовые советские граждане узнали о новых боевых возможностях своей родины лишь 25 сентября. Причем главная газета страны — Правда — не напрямую сообщила об испытаниях под Семипалатинском, а рассказала о пресс-конференции Трумэна.

 

Атомные фантазии

Заявление американского президента заложило еще одну бомбу — смысловую. Журналисты так и не поняли, что, собственно, взорвалось. Означает ли это, что у Сталина теперь тоже есть ядерное оружие? Сколько? У каких стран оно еще может быть? Нужно ли ждать войны?

С этими вопросами они набросились на министра обороны США Луиса Джонсона, который вышел к прессе после Трумэна. “У вас есть заявление президента, и я бы не хотел его искажать”,— обрушил надежды журналистов военный.

Это сейчас устройство атомной бомбы изучают в школах, но в 1949‑м о ней, кроме специалистов, знали только по фотографиям разрушенной Хиросимы да по контурам ядерных грибов. Никто понятия не имел, где этот Казахстан и Урал — ведь все это одна огромная Россия. После заявления Трумэна простые обыватели требовали новых деталей. И они стали регулярно появляться.

  


ПРЫЖОК К СВОБОДЕ: Учительница советской школы в Нью-Йорке Оксана Касенкина выпрыгнула из окна родного консульства, не желая возвращаться в СССР. В Collier’s она написала, как после падения Сталина могла бы жить в украинском Славянске
ПРЫЖОК К СВОБОДЕ: Учительница советской школы в Нью-Йорке Оксана Касенкина выпрыгнула из окна родного консульства, не желая возвращаться в СССР. В Collier’s она написала, как после падения Сталина могла бы жить в украинском Славянске


 

Уже с конца сентября провинциальные газеты США стали перепечатывать сообщения некоего итальянского корреспондента The New York Daily News Роберта Конуэя. Жители городка Санкт-Петербург во Флориде, например, узнали: “Английским и американским разведчикам уже в течение не менее девяти недель, а может быть, и больше, было известно, что в Советском Союзе закончено создание атомных бомб. Первые две бомбы были сброшены вблизи Черного моря, но не разорвались”.

А вот жителям австралийского Таунсвилла местная газета сообщала, что все тот же Конуэй утверждал: “Советник турецкого авиационного колледжа в Стамбуле, полковник Джордж Хартман подтвердил, что Сталин сам присутствовал при двух испытаниях”.

Отслеживать потоки подобного бреда, чтобы требовать опровержения, было просто невозможно. Советские власти об испытаниях молчали. Американские — иногда давали обтекаемые комментарии. А владельцы крупных мировых изданий, дорожившие репутацией, только удивлялись, как у них на глазах мелкая рыбешка стрижет купоны на общественном запросе.

Авторитетный американский еженедельник Collier’s, с которым в свое время сотрудничали Эрнест Хемингуэй, Уинстон Черчилль и Курт Воннегут, нашел способ удовлетворить информационный голод своих читателей, сделав попытку показать им мир после возможной ядерной войны.

 

Заработать на истерии

На тот момент Collier’s являлся самым читаемым американским журналом. Его основал в 1888 году ирландский эмигрант Питер Кольер. К началу ядерной гонки свежий номер еженедельника появлялся на свет из типографии империи Collier’s в городке Спрингфилд, на западе от Нью-Йорка. Журнал любили читатели — от среднего класса до высшего общества — за то, что для них писали научные и литературные знаменитости, чьи тексты и идеи излагались доступным языком. К тому же с 1920‑х Collier’s установил железное правило: любой материал должен быть не более тысячи слов. Зато редакция не скупилась на гонорары. Воннегут за два рассказа получил от Collier’s $1,8 тыс., после чего ушел с должности пиар-менеджера в General Electric и стал писать.

Августовский номер 1950‑го Collier’s вышел с обложкой, на которой ядерный гриб вздымался над Нью-Йорком. Известный тогда в США эссеист Джон Лир ярко описал, как всеми любимые строения Большого Яблока рушатся и плавятся после советской атомной бомбардировки.

  


ЛИЦО БУДУЩЕГО: Обложка Collier’s за 27 октября 1951 года со сценарием третьей мировой войны. Ее исход изображен на карте за спиной солдата — Украина с Крымом вышли из состава России
ЛИЦО БУДУЩЕГО: Обложка Collier’s за 27 октября 1951 года со сценарием третьей мировой войны. Ее исход изображен на карте за спиной солдата — Украина с Крымом вышли из состава России


 

Популярности номера, на котором красовался заголовок Хиросима в США, добавили политики. Еще в 1947‑м президент Трумэн запретил брать на государственную службу идейно чуждых, “неблагонадежных” соискателей. В первую очередь речь шла о тех, кто симпатизировал коммунистам.

В феврале 1950‑го малоизвестный и много пьющий сенатор от Висконсина Джозеф Маккарти публично заявил, что у него есть список из 205 таких служащих в самом Госдепе, министерстве иностранных дел. После разбирательств власти уволили многих фигурантов этого списка, а в обществе началась настоящая охота на тайных агентов Кремля.

В этих условиях Collier’s с рисунками оплавленных опор Бруклинского моста создавал эффект фильма-катастрофы. Читатель представлял себя на знакомых улицах в условиях радиации и спрашивал: “С этим можно что‑то сделать?” Этот вопрос был вынесен на обложку. Испугаться так, чтобы долго жить с этим ощущением, можно было за 15 центов (рекомендованная цена за номер) — стоимость трех литров бензина.

Американцы уже тогда любили ужасы и охотно им поддавались. Многим припоминалась паника в Хэллоуин 1938 года, когда режиссер Орсон Уэллс поставил радиоспектакль Война миров по роману Герберта Уэллса о вторжении марсиан на Землю. Актеры в форме новостного репортажа сообщали о пришельцах. Многие слушатели пропустили предупреждение в начале и восприняли за чистую монету, а некоторые паковали вещи и готовились к эвакуации.

 

С бомбой в будущее

Номер Collier’s с ядерным апокалипсисом продался неплохо. Главное — удалось заработать на рекламе, которая на страницах журнала для современного читателя выглядит странной шуткой: рядом с городскими руинами — картинки американской мечты с предложением купить уютный домик или машину для всей семьи.

Редакторы журнала решили на следующий год повторить прием. Только с противоположным эффектом. Теперь американцам предлагалось задуматься над вариантом третьей мировой войны. Тем более в это время советские и американские военные впервые сошлись в корейском конфликте, и стороны возможного глобального противостояния стали очевидны.

Collier’s попросил профессоров истории и экономики Колумбийского университета пофантазировать, из‑за чего может начаться война и как она закончится. Этические барьеры каждый публицист определял сам. Collier’s установил для приглашенных авторов одну большую рамку — Война, которой мы не хотим. Эту фразу редакция и вынесла на обложку.

Сценарий войны с Советским Союзом редакторы Collier’s писали с азартом и детской наивностью создателей современных компьютерных игр.

 


ВЕЖЛИВОЕ ЗАДЕРЖАНИЕ: Генерал Василий Сталин, сын советского вождя, задержан отрядом американских солдат. Рисунок Collier’s, 1951 год
ВЕЖЛИВОЕ ЗАДЕРЖАНИЕ: Генерал Василий Сталин, сын советского вождя, задержан отрядом американских солдат. Рисунок Collier’s, 1951 год


Вкратце прогнозы редакции выглядели так.

Все должно было начаться в 1952 году из‑за покушения на Иосипа Брос Тито, лидера Югославии. Красные войска входят в страну. В ответ на возмущение мирового сообщества Сталин, как всегда, заявляет, что это “наше внутреннее дело”, и Кремль защищает “волю народа”.

Тогда США сбрасывают бомбы на советские заводы и выводят из строя нефтяную промышленность. Озлобленный Сталин превращает в радиоактивный пепел Лондон и Вашингтон. В ответ ядерный взрыв возвышается уже над Москвой. До этого люди покинули город, так как их предупредили листовками.

СССР сломлен, Сталин исчез, его сын Василий задержан, из лагерей освобождены миллионы узников, появилось 20 политических партий и свободная пресса, а крестьяне получают землю. Из советского блока уходят страны Центральной Европы, и Украина, единственная из республик Союза получает независимость.

К 1960 году советская столица полностью восстановлена (с Хиросимой и Нагасаки это удалось за пять лет). На центральном стадионе Динамо проходят показы мод, и за пару лет 5 млн русских женщин выходят замуж за иностранцев. В этом же году Москва принимает Олимпиаду.

 



Советский след

Каждый из 23 ученых и литераторов, приглашенных для проекта, описал определенную сферу русской жизни после третьей мировой войны. Один лишь автор выбивался из этого ряда — Оксана Касенкина. Ее имя не сходило с газетных полос американских изданий уже пару лет и лишний раз привлекало внимание к теме номера.

52‑летняя Касенкина работала учительницей химии в школе для детей советских работников в Нью-Йорке. В 1948-м она попросила политического убежища, но ее закрыли в здании консульства СССР. Она выпрыгнула из окна и едва не разбилась. Поддержка американского общества заставила советские власти отступиться, и решительная учительница осталась в США.

Сценарий третьей мировой от Collier’s вполне вписывался в излюбленный жанр массовой культуры — футуристический прогноз. Хотя в России эту публикацию до сих пор воспринимают как один из планов порабощения Союза.

   

ЗАЧЕМ ВОЕВАТЬ?
Реклама Collier’s 1950-х. В номере, посвященном третьей мировой войне, журнал продал почти половину из 132 страниц под рекламу

 

 

Материал опубликован в НВ №7 от 26 февраля 2016 года

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Последние новости

ТОП-3 блога

Фото

ВИДЕО

Читайте на НВ style

Крупным планом ТОП-10

Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер: