24 января 2017, вторник

Послевоенное бремя. Как будут жить бойцы, вернувшиеся из Донбасса

комментировать
Кровопролитие на востоке Украины изменит ее народ навсегда. О том, как залечивать психологические раны, необходимо говорить уже сейчас

В подростковом возрасте у моей сестры был друг по переписке из США, вроде “парня на расстоянии”. За обедом мы часто слушали разные истории о Майкле, обычно милые и невинные. Но однажды ее рассказ стал настоящим шоком: парня призвали на военную службу и собирались отправить во Вьетнам. Чтобы избежать этого, он прострелил себе ногу во время учений.

Почти два миллиона американских мальчишек попали во Вьетнам. Треть из 60 тыс. погибших — молодые призывники, которых забросили на другой конец света для борьбы с коммунизмом. Борьбу проиграли, а те, кто с позором вернулся, попали в страну, яростно протестовавшую против войны и не готовую признать все ужасы, пережитые согражданами в тропических джунглях.

Это навсегда изменило Штаты. Американцам понадобилось почти десять лет, чтобы научиться проявлять уважение к бойцам, воевавшим во Вьетнаме. С тех пор любой разговор о военном участии США в операциях за границей неизбежно затрагивает тему Вьетнамской войны. Страх совершить ту же ошибку неоднократно препятствовал или ограничивал вмешательство США. Американские вертолеты, сбитые в Сомали, и вторжение в Ирак еще больше разбередили раны, нанесенные Вьетнамом.

Словно парализованные, европейцы наблюдали, как мирную страну затягивает в водоворот ненависти

Война оставляет глубокие шрамы в душах не только участников боевых действий, но их близких, включая детей и внуков. У многих моих американских друзей есть личные истории, связанные со Вьетнамом. Например, спившийся отец-ветеран, гонявшийся посреди ночи за детьми с дробовиком, или же потеря брата-близнеца, вернувшегося домой в цинковом гробу.

На европейском континенте война в Югославии в 90‑х годах воскресила ужасы, которые, казалось, больше никогда не повторятся в этой части света. Но европейская система безопасности, созданная после Второй мировой войны, не смогла предотвратить кровопролитие. Словно парализованные, европейцы наблюдали, как мирную страну затягивает в водоворот ненависти и мести.

Канадский документальный фильм с говорящим названием Причиняет ли вам боль моя история?, посвященный психологическим эффектам войны в бывшей Югославии, повествует о моем коллеге, сербском психиатре Владимире Йовиче из Белграда. Ему удалось избежать службы на передовой. Но Йович ежедневно наблюдал последствия войны в качестве врача, поэтому вместе с друзьями создал организацию, оказывающую помощь тем, кто в ней нуждался. В фильме мы видим, как Йович возвращается в регионы Боснии, где все еще живут сербы. Он встречается с людьми, которые потеряли все, но их даже не признают жертвами. И их рассказы ужасны.

Сербы травмированы вдвойне. Диктатор-популист довел их до войны, в которой они потерпели поражение по всем фронтам: превратились в изгоев в Европе и были поставлены на колени ракетными бомбардировками НАТО. В то же время им пришлось признать, что они были виновны в разнообразных зверствах и добавили темные страницы к истории Сербии. Ощущения народа, пожалуй, можно сравнить с тем, что чувствовали немцы в 1945 году. Страдание, которое многие отказываются признать, поскольку роль военного преступника плохо сочетается с ролью жертвы.

В украинской войне есть и то и другое. Для большей части населения это освободительная война против российского агрессора и его приспешников — смеси местных преступников и маргиналов. Тысячи мальчишек призвали в армию и отправили на восток, чтобы сражаться в войне, которую не каждый из них может назвать своей. Они приезжают в отпуск и видят парней такого же возраста, которые ухаживают за девушками и бегают на вечеринки, словно войны нет. Они — не добровольцы, которые после Майдана самостоятельно приняли решение отправиться на восток. У этих ребят не было выбора.

С другой стороны, мы видим людей, которых терроризирует созданное путинской Россией марионеточное государство. Они тоже украинцы, и после воссоединения страны им придется жить с травмой, не слишком отличающейся от сербской. Они сделали неправильный выбор, потеряли свободу, приобрели статус агрессора. И в то же время они сами — жертвы.

Украина должна уже сейчас создавать службы помощи тем, кто не в состоянии самостоятельно справиться с психологическими последствиями войны. Также стране понадобится многовекторная программа восстановления цивилизационных мостов между ее западом и востоком. Конечно, война еще не закончилась. Но это не должно оправдывать бездействие.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.