28 марта 2017, вторник

Порошенко, которого знаю я

комментировать
Близко с Петром Порошенко я познакомился, когда работал главным редактором Корреспондента — в 2011 году он вместе с бизнесменом Борисом Ложкиным купил журнал у американского издателя Джеда Сандена

Тогда были непростые времена. Незадолго до этого Виктор Янукович стал президентом, у его окружения было свое специфическое понимание свободы слова.

Когда мы брались за какой-то обычный, по моим меркам, материал, мы — как того требуют журналистские стандарты — отправляли запросы людям, о которых будет идти речь в статье, чтобы они могли высказать свою точку зрения. Вместо того чтобы на наши запросы отвечать, эти люди, часто из самых высоких кабинетов власти, звонили новому собственнику Петру Порошенко, пытаясь выяснить у него степень опасности материала. Он в свою очередь звонил мне и спрашивал, о чем идет речь. Я отвечал, мол, проводим обычное расследование о премьер-министре или налоговой, вот и все. Слегка встревоженный, но в целом удовлетворенный ответом, Порошенко вешал трубку. Он быстро понял, что звонков по Корреспонденту становится слишком много, и перестал звонить мне с вопросами о материалах.

Статьи и расследования продолжали выходить, несмотря на ущерб, который они доставляли бизнесу Порошенко. После выхода одной из статей он с грустью сообщил, что до этой публикации шансы его предприятия на получение сотен миллионов гривен в качестве возмещенного НДС были намного больше — теперь же они призрачны. Кто-то, в частности Борис Колесников, Вадим Новинский и Геннадий Кернес, звонил мне, чтобы подискутировать о материалах. И это было честно. Все остальные звонили Порошенко, некоторые — не самые приятные люди с рычагами воздействия — почти угрожали. Надо отдать ему должное — он, как и прежний издатель, никогда не просил меня снимать материалы. При Порошенко у нас в журнале были опубликованы аэрофотосъемка Межигорья на девять страниц, материал История одной Семьи с соответствующей обложкой, расследование об истинных доходах президента Януковича и многое другое. Он нервничал, но терпел. Я тоже нервничал и тоже терпел. Думаю, он теперь знает, сколько стоит свобода слова.

Порошенко будет сложно бороться с коррупцией. Одно дело противостоять абстрактному понятию, совсем другое — сажать людей, которых ты лично знаешь, или их детей

Я не думаю, что Порошенко будет воровать. Как-то он рассказал: однажды при встрече с Януковичем сказал тому, что может купить все то же самое, что и он — ту же машину, ту же яхту, тот же дом, несмотря на то что состояние Порошенко всего $1 млрд, а Януковича — десятки миллиардов. Нет того, что вы можете купить за $50 млрд, а я не могу за $1 млрд, пересказывал Порошенко свой разговор с экс-президентом. Только мне во всем мире рады и жмут руку, а вам — нет.

Не знаю, имел ли место между ними такой разговор дословно, но мне тогда понравилось, что бизнесмен знает, чего стоят деньги и что в безграничном накоплении смысла нет.

Я думаю, Порошенко будет сложно бороться с коррупцией. Одно дело противостоять абстрактному понятию, совсем другое — сажать людей, которых ты лично знаешь, или их детей. Или вводить правила, которые разрушают их бизнес. А Порошенко всех знает, и все знают номер его мобильного, и плохие парни — тоже, и думаю, они будут ему звонить.

Порошенко хорошо знает английский, это я как преподаватель английского говорю. И это хорошо. Не только потому, что он может завязывать дружеские контакты с политиками со всего мира и читать сайт CNN. Но и потому, что знание английского позволяет путешествовать и понять, как устроен мир за пределами Украины. Меня поразило одно высказывание сотрудника ФБР, который расследовал дело Павла Лазаренко. Когда Лазаренко попросил в США политического убежища, он наделся, что купит всю полицию и "замнет" дело. По словам фэбээровца, Лазаренко был крайне удивлен, что он не может повлиять на следствие в США. Он не представлял себе, как устроен мир за пределами Украины, говорил сотрудник спецслужб. Янукович в своем понимании мироустройства сделал шаг вперед по сравнению с Лазаренко — он понял, что бежать в США нельзя. И сбежал в Россию.

Петр Порошенко — умный мужик, который понимает, где находится Украина, а где — остальной мир. Важно, чтобы он решился на радикальные реформы. Это непросто. Многие сразу перестанут любить.

Бывший министр экономики Грузии Каха Бендукидзе рассказывал, что после проведенных им радикальных реформ его некогда высокий рейтинг рухнул до 3%. Тогда он шутил, что, наверное, плохо сделал свою работу, если его все еще поддерживают 3% населения.

Другой грузин, Михаил Саакашвили, как-то рассказывал мне в Тбилиси, что радикальные и непопулярные реформы надо делать в первые два года — для того чтобы люди увидели отдачу к концу первого срока и переизбрали тебя вновь. Неплохой совет для Порошенко. Все остальное у него вроде как есть.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.