10 декабря 2016, суббота

Ереван Независимости. Почему армяне продолжают протесты

комментировать
Правда ли, что дело только в семи драмах за киловатт

На проспекте Баграмяна в Ереване, где каждый вечер собираются от 10 до 20 тыс. человек, можно увидеть немало вещей, похожих на те, что происходили во время нашей революции достоинства. Здесь часто поют (правда, больше мужчины) и постоянно заявляют, что это мирный протест. Оппозиционные политики, кстати, тоже есть, но говорят мало, подчеркивают лишь готовность защитить своей неприкосновенностью митингующих, если полиция решит применить силу. Пожалуй, и все.

Для особо непонимающих, то есть работающих здесь российских СМИ, активисты даже написали плакаты: “Это не Майдан, это маршал Баграмян”. Все, кому я говорю, что из Украины, сразу тоже повторяют: “Это не Майдан”.

Вагинак Шушанян, один из лидеров движения Нет грабежу, благодаря которому и начался протест, рассказывает смешную, на его взгляд, историю: “Мы принесли на Баграмяна цветы, и нам тут же стали твердить, что это цветная революция. А мы в ответ: вы с ума сошли? Мы просто хотим подарить цветы нашим девушкам, мамам, сестрам”.

Вагинаку 24 года. На митинги ходит с 16. В прошлом году неизвестные избили его за акцию против притеснения гражданских активистов. Я спрашиваю Вагинака: чего ему не хватает в Армении? Он говорит: свобод. Каких? Всех.

Возле мусорных баков, служащих митингующим баррикадами и местом встречи, знакомлюсь с Шагеном Арутюняном. Шагену 16. И он здесь местная звезда. Прославился всего две недели назад — после того, как выбежал на стадион во время матча Армения—Португалия с плакатом “Свободу Шанту Арутюняну и всем политзаключенным Армении”. Шант Арутюнян — отец Шагена. В 2014‑м вместе с единомышленниками он протестовал против ущемления прав. В руках активисты держали деревянные палки и свето-шумовые хлопушки. По словам Шагена, для самозащиты. Отца посадили на шесть лет в тюрьму за хулиганство, а Шагену дали четыре года условно. Теперь он здесь, потому что для него это новая возможность пойти против власти, ущемляющей права и свободы людей.

 Вслух лучше рассказывать версию об электричестве. Это не так опасно

Уже пятую ночь подряд замечаю здесь и оппозиционного политика Николу Пашиняна, который тоже практически ничего не комментирует: он депутат, а акция неполитическая. Но мне рассказали, что Никол тоже сидел. С 2009‑го по 2011‑й. Получил срок за организацию протеста против результатов президентских выборов. В 2008‑м, когда впервые победил Серж Саргсян — нынешний глава Армении, оппозиция заявила, что голоса сфальсифицированы, и люди вышли на улицы. Тогда полиция застрелила 8 человек, погибло также двое полицейских; на скамье подсудимых оказались лишь организаторы митинга и никто из представителей правоохранительных органов.

У всех, с кем я говорю, пытаюсь узнать об отношении к России. Ведь компания-монополист Электрические системы Армении, решившая поднять цену на электроэнергию, из‑за чего люди вышли на улицу (хотя разница — 7 драм за киловатт — это 35 наших копеек), принадлежит российскому холдингу Интер РАО. Протестующие считают, что Москва их обманула.

Один из национальных героев Карабахской войны, подполковник Жирайр Сефилян объясняет, что РФ вроде бы и союзник Армении в конфликтном карабахском вопросе, но это не мешает ей продавать наступательное оружие Азербайджану. Сефилян помнит и 1992‑й год, когда ему и другим армянским военным пришлось сражаться с российскими танками в Нагорном Карабахе во время наступления азербайджанских войск.

С 32‑летней Элен я сижу на ковре, который она принесла из дома. Элен нормально относится к России. Но, по ее словам, из‑за олигархов и коррупции — как внутренней, так и внешней — цены в Армении растут, а свободы сокращаются. Элен здесь, чтобы все было наоборот. И добавляет: вслух лучше говорить об электричестве, а не о свободах. Это не так опасно.

Гид Георгий боится другого: каждый год из страны из‑за высоких цен и коррупции выезжает около 80 тыс. граждан Армении. Если так пойдет и дальше, говорит он, в Армении останется всего миллион жителей. В Азербайджане — 9 млн, а значит, войну в горах выиграть будет сложно.

На рассвете во время прогулки по Баграмяна с армянским журналистом к нам подходит мужчина средних лет в очках и говорит, обращаясь ко мне: “Это вам, Настя, не Украина”. Я оборачиваюсь к нему, пытаясь понять, откуда он знает мое имя. Но он успевает повторить: “Это вам не Украина, просил передать господин Гаспарян”.

Речь идет о генерал-лейтенанте Владимире Гаспаряне, начальнике полиции Армении. “Могли бы вы представиться?” — “Советник начальника полиции. Когда‑то работал с Азаровым и Герман”. Вспоминаю эти фамилии из нашего прошлого и думаю о том, что все, что здесь происходит, не просто так.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.