8 декабря 2016, четверг

Как Украине вернуть украденные активы

комментировать
Рано или поздно настанет час расплаты. И стране лучше подсчитать понесенный ущерб

Сначала Украина столкнулась с халатной и преступной властью, затем – с революцией, войной, вторжением, аннексией и вплотную приблизилась к экономическому коллапсу. Кто-то скажет, что прибегать к юридическим практикам для восстановления понесенных Украиной потерь нереально и бесперспективно. Украина не может заставить представителей старого режима и официальных должностных лиц России немедленно явиться в суд и заплатить за нанесенный ущерб, однако есть ряд правовых процедур, применяющихся по всему миру и имеющих реальные юридические последствия. Как минимум, посредством юридических механизмов можно оказывать давление с целью возвращения утерянных активов и выплаты средств. В недавней статье для Atlantic Council я проанализировал, как Украина могла бы вернуть активы, которые потеряла вследствие деятельности клептократов у власти и действий России в течении последних нескольких лет.

Неизвестно, сколько высшие чиновники Украины украли за четыре года президентства Виктора Януковича. Но, как бы то ни было, цифра эта существенна (я сосредоточился на мошенничестве в сфере НДС и государственных закупок, поскольку здесь его легче отследить, и можно установить сумму потенциального грабежа; например, годовой бюджет государственных закупок составлял около $12 млрд). По самым консервативным подсчетам, масштаб мошенничества в сферах НДС и государственных закупок составляет около $30 млрд. И это только две сферы спонсируемого государством мошенничества – всего же их было гораздо больше.

На первый взгляд кажется, что предпринять что-то для возвращения украденных активов и ресурсов сложно. Бывшие чиновники находятся вне досягаемости украинских судов, в основном на территории Российской Федерации, и лишь немногие из активов по-прежнему остаются в Украине.

Бывшие украинские деятели мало верят российской правовой системе

Вместе с тем, ситуация не настолько безнадежна, как может показаться на первый взгляд. Поскольку бывшие украинские деятели мало верят российской правовой системе, большинство их активов находятся в юрисдикции западных стран (зачастую под теми, которые связаны с офшорами). Расположение этих активов потенциально предоставляет мощные рычаги воздействия, с помощью которых можно добиться их возвращения.

Один из подходов: применить процедуру сделки о признании вины. Хорошим примером является Грузия, где после Революции роз бывшие чиновники были поставлены перед выбором между уголовным преследованием и возвратом похищенных активов. Тогда вернули около $1 млрд.

Украинская правовая система значительно в большей степени скомпрометирована, нежели в Грузии после Революции роз. Будет сложно создать в Украине процедуру, которая позволила бы быстро вернуть утерянные страной активы. Но поскольку многие активы представителей старого режима Украины находятся под юрисдикцией западных стран, можно было бы начать с внедрения процедур возврата активов стране, например, в США (и, возможно, в Британии). Западные государства, в первую очередь Соединенные Штаты, могут иметь юрисдикцию над активами, которые были похищены или незаконно получены.

В процедурах переговоров о признании вины главное создать реальную угрозу: инициировать криминальные расследования против бывших чиновников, объявить их в розыск, чтобы предполагаемые преступники не могли покинуть Россию, а параллельно провести операцию по восстановлению гражданских активов. Когда создана реальная угроза, можно делать реальное предложение. Например, в обмен на отказ от выдвинутых обвинений предложить бывшим чиновникам право посещать ЕС и США. В свою очередь, бывший чиновник должен отдать не менее 80% незаконно полученных активов. Для бывших украинских чиновников, которые живут в Москве и задаются вопросом, как долго продержится режим Путина, подобная сделка имеет смысл. Украинцам, с одной стороны, может быть неприятно, что деятели времен режима Януковича не понесли наказания, а с другой – для страны, возможно, лучше, чтобы значительная часть утерянных активов была возвращена и использована во благо украинского народа.

Сделка о признании вины может сработать, однако надеяться исключительно на американские процедуры недостаточно. Американским чиновникам, как минимум, понадобится сотрудничество со стороны Украины, а также предоставление доказательств того, что активы были украдены. Кроме того, есть еще одна проблема: станут ли западные государства помогать Украине, учитывая опасность, что возвращенные активы будут снова украдены. Главная проблема в самой Украине: украинский политический и бюрократический класс по-прежнему в значительной степени контролируется лицами, продолжающими воровать. С этим придется столкнуться, если сотрудничество с западными странами будет расширяться.

Что касается потерь от оккупации украинских территорий Российской Федерацией, то Украина должна сделать две вещи. Во-первых, подсчитать потери. Украина вряд ли получит все сразу. Тем не менее, стоит тщательно вычислить урон, нанесенный в результате вторжения и оккупации, количество погибших людей, стоимость уничтоженного имущества, бизнеса и инфраструктуры, а также потери внутренне перемещенных лиц. Рано или поздно настанет время расчета. Установив понесенные потери, Киев получит конкретную сумму, которую можно обсуждать на будущих переговорах. Чтобы подкрепить доверие к данному процессу, Украина должна создать международную бухгалтерскую коллегию, которая будет проверять и подтверждать понесенные потери.

Во-вторых, Украина должна сосредоточиться на рассмотрении этого вопроса в Европейском суде по правам человека (ЕСПЧ) в Страсбурге. Европейская конвенция по защите прав человека дает Украине инструменты для учета потерь перед международным трибуналом. Более того, существует ряд актуальных и полезных для Украины прецедентов, которые появились в результате оккупации Северного Кипра.

Украина уже инициировала два дела в ЕСПЧ, однако в этом вопросе нужен более стратегический подход. По мере того, как начинается международный процесс подсчета понесенных потерь, Украине следует инициировать ряд дел, в том числе о внутренне перемещенных лицах с Донбасса и владельцах малого бизнеса из Крыма, превратив их в поток разбирательств. Такой подход позволит этим делам быстро попадать в ЕСПЧ, создаст прецедент и будет оказывать давление для выплаты компенсаций.

Ни одно из этих решений не является быстрым, однако они позволяют создать давление как на бывших украинских чиновников, так и на Россию. Они приближают Украину к моменту, когда восстановление утерянных активов станет возможным.

Перевод НВ

Новое время обладает эксклюзивным правом на перевод и публикацию колонок Джона Хербста. Републикация полной версии текста запрещена.

Оригинал опубликован на Atlantic Council

Больше мнений здесь

ПОДПИШИТЕСЬ НА РАССЫЛКУ   Алан Райли   И ЧИТАЙТЕ ТЕКСТЫ ИЗБРАННЫХ АВТОРОВ КАЖДЫЙ ВЕЧЕР В 21:00
     
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.