5 декабря 2016, понедельник

Территориальный шовинизм

комментировать
Мы же не ждем, что иностранцы будут относиться к нам, как к людям второго сорта только потому, что наша страна имеет уровень ВВП несколько ниже, чем у них?

(Словарь для чтения статьи во избежание недоразумений: город – любой населенный пункт, «эмигрант» – синоним обидного слова «приезжий», «коренной» – родившийся в городе, о котором идет речь).

С завидной регулярностью в прессе и местах массового скопления людей (Интернете) возникают агрессивные споры на тему территориального шовинизма. Если в такой дискуссии, по счастливой случайности, общаются два «коренных» жителя, они начинают выяснять, сколько поколений их родственников жили в этом городе. Если и количество «колен» совпадает, спорщики выясняют, чья семья проживала ближе к историческому центру. А если оба вот уже сто лет «гнездятся» на Крещатике? Спор решит только дуэль?

После прочтения очередной статьи на вышеупомянутую тему (признаюсь, не впервые), я задала себе вопрос: считаю ли я, рожденная в Киеве, что у меня больше прав распоряжаться судьбой родного города, чем у тех, кто приехал сюда при поступлении в вуз, смене работы? И, вынуждена признать, иногда я отвечала «да, считаю». Но почему?

В третьем классе со мной за партой сидел Ярослав. Ярослав был самым высоким среди мальчиков, но, увы, далеко не самым находчивым. Время от времени вредная учительница украинского языка кричала на него из-за ошибок в диктанте. Самым обидным ее восклицанием было: «Живешь на Троещине, вот и учись там! Нечего ездить в нашу школу [на Оболони]». Когда я слышала это от нее, действительно думала, почему же он ездит к нам? Не потому, что я считала его недостойным оболонской школы, нет. Тогда я об этом не думала. А потому что на дорогу ежедневно он тратил три часа, в то время как остальные школьники жили в 3-10 минутах пешей ходьбы. Зачем учиться так далеко от дома?

Не является ли территориальный шовинизм тем же видом болезни, что и расизм, сексизм, гомофобия?

По-настоящему «эмигрантов» я узнала только в университете. «Коренные» группировались друг с другом, многие были знакомы еще по школе. «Эмигранты» же общались со своими, но не потому, полагаю, что находили друг в друге больше общего, а потому, что делили вместе быт общежития и троллейбус, на котором добирались на пары. В какой же момент своей жизни на вопрос «считаю ли…», я стала колебаться или отвечать «да»? В университете? Да, с «эмигрантами» мы говорили на разных языках, акцент был главным фактором на первом курсе, определяющим свой/чужой. Но к концу шестого курса все сдружились по интересам, прописка в паспорте не была определяющим фактором дружбы.

Когда я наталкивалась на материал, в котором «коренные» обвиняют «эмигрантов» во всех грехах, во мне поднимался праведный гнев либералки. Да что вы понимаете! Главное – это человек! Но была ли я такой либеральной, как мне казалось? Очередное неприятное «прозрение» пришло во время чтения статьи моей однокурсницы Марины о смене мэра столицы. Изложенная позиция не просто претила мне, я была агрессивно не согласна с ней. И первое, о чем я подумала – разве может человек, проживший здесь пять лет, знать, какой мэр для города лучше? Я живу в столице всю жизнь, кому виднее, если не мне? Но вдруг я вспомнила, что когда мы были единогласны в других вопросах, касающихся столицы, меня не смущало ее юго-восточное происхождение, ее позиция казалась мне заслуживающей внимания и имеющей право на существование. Так что на самом деле смущало меня в истории с выборами мэра? Ее происхождение или ее точка зрения?

Посмотрите внимательно на себя в зеркало, и ответьте так честно, как только возможно: верите ли вы на самом деле в то, что человек имеет право на свое мнение, если оно кардинально отличается от вашего? Или вы считаете, что он ошибается? В пятом классе я дружила с Аней. Мы все делали вместе. В шестом классе Аня рассказала, что является прихожанкой церкви Свидетелей Иегова. Я была шокирована. Все, что говорила Аня о религии (когда пыталась уговорить меня сходить с ней на собрание), казалось мне глупостью. Я не хотела ее слушать. Потому что она неправа или потому что репутация этой церкви была близка к нулю среди атеистов, и уж тем более – «ортодоксальных» православных христиан?

Если мы признаем на уровне государства, что человек имеет право на свободу вероисповедания, почему мы не признаем локальное право другого человека на свою точку зрения? И если мы признаем, что другой имеет право на свое мнение, значит ли это, что мы допускаем (или даже должны допускать), что точка зрения этого человека может быть истинной? Я говорю, что Бога нет. Но моя подруга Аня с этим не согласна. Должна ли я допустить возможностью существования Бога, несмотря на свою веру, согласно международным конвенциям о правах человека, и если должна, не будет ли это отказом от того, во что верю я?

Почему «коренной» считает, что имеет больше прав на «свой» город, чем «эмигрант»? Разве в современном обществе не пропагандируется культ человека-космополита? Мы говорим на нескольких языках, сотрудничаем с зарубежными партнерами, мы же не ждем, что они будут относиться к нам, как к людям второго сорта, если наша страна имеет уровень ВВП несколько ниже, чем страна партнеров? Если «коренного» жителя столицы его партнер из страны, входящей в десятку самых развитых стран мира, назовет «деревенщиной», будет ли «коренной» обижен? Безусловно. А если он территориальный шовинист и называет «деревенщиной» «эмигрантов», имеет ли он право обижаться в ответ на аналогичное отношение к нему? Нет. Но будет ли он считать, что заслуживает такое же прозвище от иностранца? Тоже нет. А ведь разница только в масштабах.

Разве не выглядят смешно боевые кличи вроде «пожили тут пару лет и уже считают, что могут чем-то распоряжаться»? Многие мечтают получить работу в более развитых странах, чем наша страна. Кто из поклонников сериала «Друзья» или «Секс в большом городе» не мечтал пожить в Нью-Йорке? Кто, будучи влюбленным в серию книг о Гарри Поттере, не хотел бы приехать в Лондон и остаться там, пусть даже ненадолго? Хотели бы мы в таком случае, чтобы наши права соблюдали? Хотели бы мы быть частью этого общества, а, значит, и влиять на изменения, происходящие в городе нашего проживания? Ведь мы тоже члены общества. Будет ли нам приятно, если «там» на нас укажут пальцем и крикнут «понаехали»? Разве не будем мы чувствовать себя несправедливо поруганными? Разве мы не имеем право свободно передвигаться по миру и занимать достойное место в любом обществе? Пускай нашу зарплату определяют наши навыки и профессионализм, а отношение к нам – воспитание и человеческие качества, но не наше происхождение. Разве можем мы выбирать, где родиться? И если нам не повезло родиться на Парк Авеню или Крещатике, должны ли мы считать себя хуже других? Не является ли территориальный шовинизм тем же видом болезни, что и расизм, сексизм, гомофобия?

После услышанного, не кажется ли вам, что территориальный шовинизм – всего лишь следствие плохого воспитания? Невоспитанный человек публично и громко сморкается, а невоспитанный гражданин, когда у него заканчиваются аргументы, бросает в лицо собеседнику его происхождение. Но будут ли последствия территориального шовинизма такими же незначительными, как испорченное настроение нашего собеседника, которому мы высморкались в лицо? Или маленькое зло всегда обречено достигнуть зрелости?

Имена героев статьи изменены. Любое совпадение случайно

Больше мнений здесь

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.