4 декабря 2016, воскресенье

Почему россияне снисходительно относятся к украинцам

комментировать
Ёрничанье над всем украинским остаётся неоконченной историей и постоянно присутствует в русской культуре

Внимательный читатель русской литературы обязательно заметит разбросанные по разным текстам уничижительные или недоумевающие высказывания об украинцах, их истории и языке.

В романе Тургенева «Рудин» (1856) герой шутит, что легко мог бы стать малороссийским поэтом даже без знания языка и рассуждает о ненужности перевода: «Я  попросил  раз одного  хохла  перевести первую, попавшуюся мне фразу: “Грамматика есть искусство правильно читать и писать”. Знаете, как он это перевел: “Храматыка е выскусьтво правыльно чытаты ы пысаты...». От этого переводческого упражнения легко перебросить мостик к булгаковской иронии в  «Белой гвардии» по поводу украинского «кота» и русского «кита». Напомню комментарий Николки: «Слова «кит» у них не может быть, потому что на Украине не водятся киты, а в России всего много. В Белом море киты есть…»

Украинский язык многим образованным русским людям казался неполноценным местным наречием, звучащим забавно для великорусского уха. А диалектное богатство украинского воспринималось как признак его неполноценности. В очерке «Киев-город» (1923) Михаил Булгаков так писал о киевских вывесках: «Мне кажется, что из четырех слов – “молошна”, “молчна”, “молочарня” и “молошная” – самым подходящим будет пятое – молочная. Ежели я заблуждаюсь в этом случае, то в основном я все-таки прав – можно установить единообразие. По-украински, так по-украински. Но правильно и всюду одинаково». Не столь важно, что Булгаков просто выдумал слова «молчна» и «молошная». Важно, что его идеал языкового единообразия свысока описывает вариативность как отсталость.

Все украинское многими образованными людьми в России воспринимается как приземленное, неинтересное. А стремление к независимости - недоразумением 

Философ и социолог Богдан Кистяковский в 1917 году заметил, что для образованного русского существование украинцев является «мелочью провинциальной жизни». Причем, мелочью, не имеющей самостоятельной культурной ценности. В изданной в 1944 году книге о Гоголе Владимир Набоков писал: «В период создания “Диканьки” и “Тараса Бульбы” Гоголь стоял на краю опаснейшей пропасти... Он чуть было не стал автором украинских фольклорных повестей и красочных романтических историй. Надо поблагодарить судьбу (и жажду писателя обрести мировую славу) за то, что он не обратился к украинским диалектизмам как средству выражения, ибо тогда бы он пропал. Когда я хочу, чтобы мне приснился настоящий кошмар, я представляю себе Гоголя, строчащего на малороссийском том за томом “Диканьки” и “Миргороды”».

Гоголь – в глазах не одного Набокова – спас себя от украинской локальности, сделав выбор в пользу русского языка и, тем самым, в пользу универсальности и глубины. С высоты этой универсальности уже в постсоветское время, кажется, совершенно невинным подтрунивать над словом «самостийна», выдумывать забавные «украинские» названия вроде «Плетення жинчиных жакетив» в «Кыси» Татьяны Толстой, упражняться в пародировании украинского языка при изображении «Уркаины» в «S.N.U.F.F.» Виктора Пелевина. Я сознательно привожу примеры из качественных и претендующих на критический посыл произведений. Именно они лучше всего показывают, что ёрничанье над украинским остаётся неоконченной историей и постоянно присутствует  в русской культуре.

Какова природа такого отношения? «Украинское» многими образованными людьми в России воспринимается как приземленное, неинтересное. А стремление к независимости - недоразумением и неблагодарностью, поэтому изображается несамостоятельным, навязанным извне. Только если раньше во всех проявлениях украинского движения искали польские происки, сегодня ищут  американские.

Я не хочу сказать, что каждый человек русской культуры так думает. Для меня важна необходимость сознательных усилий для преодоления такого отношения. В 1928 году философ Георгий Федотов рассуждал о задаче, от которой зависит будущее России: «Не только удержать Украину в теле России, но вместить и украинскую культуру в культуру русскую». Сейчас в Украине происходит попытка противоположного вмещения – развивается проект русскоязычной украинской политической идентификации, успех которого во многом зависит от его способности вмещать в себя русскую культуру.

Кроме того, война, как никогда остро, поставила вопрос о русскоязычной украинской литературе, представителями которой являются Андрей Курков, Борис Херсонский, Анастасия Афанасьева и другие. Всё это делает культурные и политические процессы в Украине исключительно важными. В том числе - для будущего русского языка и русской культуры.

ПОДПИШИТЕСЬ НА РАССЫЛКУ   Андрей Портнов   И ЧИТАЙТЕ ТЕКСТЫ ИЗБРАННЫХ АВТОРОВ КАЖДЫЙ ВЕЧЕР В 21:00
     
Андрей Портнов
Андрей Портнов

Историк, приглашенный профессор Университета им. Гумбольдта в Берлине

Другие мнения автора
Если вы нашли ошибку в тексте, выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.