26 августа 2016, пятница

Окопались и готовы к бою. Что происходит в Донбассе

комментировать
Cнизившаяся интенсивность боевых действий не дает больших надежд на прочный мир

Cнизившаяся интенсивность боевых действий не дает больших надежд на прочный мир

Украинские солдаты опасаются повторения югославского сценария и долгих лет затяжных перестрелок

В Украине поздняя зима дразнит приходом весны: на дворе то холод, то снег, то дождь.

Двухлетняя война, разорившая восточную часть страны и унесшая жизни более 10 тыс. человек, переменчива, как и погода – раззадоривает перспективой мира, но так и не утихает.

Обе стороны конфликта в очередной раз подтвердили свою приверженность перемирию в сентябре прошлого года, сократив масштаб и интенсивность боевых действий по сравнению с осенью 2014-го и первыми месяцами 2015-го.

Но война не закончилась.

На протяжении шести дней, с 27 февраля по 3 марта, я посетил позиции украинских сил вдоль линии разграничения, а также тыловой эшелон, растянувшийся от наиболее южной точки фронта вблизи Мариуполя до самой северной границы войны у города Счастье, что недалеко от контролируемого сепаратистами Луганска.

Украинцы окопались и готовы к бою. Как сказал один из солдат: «Теперь это моя жизнь».

В горячих точках в районе Донецка совершаются ежедневные атаки комбинированных российско-сепаратистских сил с применением артиллерии, танков, минометов и стрелкового оружия. «Перемирия нет», – уверяет 23-летний солдат украинской 93-й бригады Джон Слободян на фоне звуков артиллерийского огня около села Карловка. «И так каждый день», – добавляет он.

Самая южная точка линии фронта – приморский поселок Широкино. После окопной и артиллерийской битвы, начавшейся в феврале 2015 года, украинские силы в прошлом июле взяли поселок под контроль. Сегодня Широкино лежит в руинах, мирного населения здесь не осталось.

Жизнь здесь заморожена, как и сам конфликт

В 200 километрах от Широкино расположена наиболее северная точка фронта, окраина Луганска. Здесь война превратилась в снайперские обстрелы. Украинские патрули ищут группы российско-сепаратистских сил, проскальзывающие через линию фронта, чтобы устраивать засады и устанавливать самодельные взрывные устройства – своеобразная игра в кошки-мышки.

«Это война или нет? Непонятно», - говорит 30-летний солдат 92-й бригады Андрей, стоящий на позициях около Луганска.

Замороженный конфликт

Недалеко от Карловки слышны звуки артиллерии, минометов и стрелкового оружия. Украинские солдаты из 93-й бригады стоят у деревянного домика. Общаются, шутят, закуривают. Обстрелы учащаются и усиливаются, привлекая внимание солдат.

Один за другим поочередно они оглядываются через маленькое озеро в сторону холмов, ещё коричневых после зимы. Оттуда слышны звуки войны.

Но при этом солдаты по-прежнему расслаблены. Кто-то играет с щенком, которого приютило их подразделение. Кто-то нарезает свиную ногу для шашлыка на обед.

Все ведут себя непринужденно, подчеркивая банальность нынешней ситуации.

Солдаты подтверждают, что российско-сепаратистские силы атакуют украинские позиции ежедневно. В основном со 120-миллиметровых и 82-миллиметровых минометов плюс стрелковое оружие и снайперский огонь. Иногда используется артиллерия большего калибра и установки Град. Также, по словам украинцев, их позиции в поселке Пески постоянно обстреливают из танков.

93-я бригада воюет в Донбассе около полутора лет. Бойцы не придают перестрелкам большого значения и относятся к слышимым доказательствам близлежащих сражений беспечно. Они помнят напряженные бои, поэтому, несмотря на ежедневные атаки, считают нынешнюю ситуацию достаточно спокойной.

«То начинается, то прекращается, – рассказывает 37-летний солдат 93-й бригады Ростислав Брыль. – Слышать артиллерию – это нормально. По сравнению с тем, что было раньше, стало намного тише».

Но снизившаяся интенсивность огня не дает больших надежд на прочный мир. Многие опасаются повторения югославского сценария и долгих лет затяжных перестрелок.

«Мы находимся здесь более полутора лет, – говорит Брыль. – Мы устали и готовы возвращаться домой». Но другие солдаты, кажется, больше обеспокоены условиями перемирия, нежели перспективой возвращения домой.

«Это не может надоесть, – подчеркивает 34-летний Богдан Капуста. – Мы хотим на фронт. Хотим сражаться».

Регулярные войска и командование разочарованы условиями перемирия, установленного вторыми Минскими соглашениями. Украинские солдаты под Карловкой рассказывают, что имеют право использовать пулеметы в ответ на обстрелы только в том случае, если речь идет об артиллерии и минометах.

«Да, мы разочарованы, - говорит Брыль. – Когда по тебе стреляют из артиллерии, а ты можешь ответить только пулеметом, это очень разочаровывает».

Кто кому верен

Многие поселки вдоль линии фронта закалены боями. Некоторые совсем опустели. Жизнь здесь заморожена, как и сам конфликт.

Я видел гражданские автомобили, выстроившиеся у ветхих контрольно-пропускных пунктов, где солдаты проверяют удостоверения личности и багажники в поисках оружия и контрабанды. Уличные торговцы продают закуски и военную форму со стендов, установленных перед танковыми барьерами и окопами. Дети катаются на велосипедах по дорогам, граничащим с минными полями.

Во многих из этих городов украинские солдаты – привычны. Их часто можно встретить на улицах, в кафе и ресторанах. Иногда гражданские долго сопровождают их длинным взглядом, но в целом к их присутствию относятся безразлично.

После долгих месяцев перестрелок украинские силы в июле 2014 года снова взяли под контроль город Попасная, что недалеко от Луганска. Через полтора года расположенные вблизи украинские бригады собрались в попаснянском доме культуры советской эпохи, чтобы отрепетировать концерт к 8 марта. Солдаты провели вечер, представляя традиционные украинские песни в помещении, на стенах которого по-прежнему висят бюсты Владимира Ленина и Карла Маркса.

В некоторых районах вдоль линии фронта настроения людей разделились: одни поддерживают украинское правительство, другие – отдают предпочтение пророссийским сепаратистам.

Дворник из Мариуполя, пожилая женщина, раскричалась, увидев группу украинских волонтеров и ветеранов, осуждая их за то, что говорили по-украински. «Вы в русскоязычном регионе, поэтому должны проявлять уважение и говорить по-русски», – настаивала она.

Продолжение колонки читайте в разделе «Мнения». Следите за обновлениями.

Перевод НВ

Полную версию материала Нолана Петерсона можно найти на The Daily Signal

Больше мнений здесь

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.