6 декабря 2016, вторник

Эх, братцы, увязнем в Сирии. Новая авантюра Путина

комментировать
36 лет назад увязли в Афганистане. В прошлом году увязли в Донбассе — теперь увязнем в Сирии

Судя по субботнему телефонному звонку госсекретаря США Джона Керри министру иностранных дел РФ Сергею Лаврову, информация об отправке российских войск в Сирию, похоже, соответствует действительности. Вряд ли Керри стал бы на основании одних лишь вздорных слухов в интернете или откровенных газетных «уток» тревожить своего российского коллегу, произносить жесткие слова про то, что наращивание военного присутствия России в Сирии создает риск конфронтации с силами коалиции во главе с США, которая сейчас проводит компанию авиационных ударов по позициям ИГИЛ.

Скорее всего, госсекретарь позвонил Лаврову после того, как информация в СМИ стала подтверждаться данными разведки. Да еще интернет в который раз выставил в глупом свете всех московских «официальных представителей», успевших выступить с предсказуемыми опровержениями, что нет, мол, в Сирии никаких российских военных — сами российские морпехи начали постить в соцсетях свои фотки на фоне сирийских городских пейзажей, украшенных двойными портретами Асада и Путина.

Что теперь делать официальным кремлевским представителям? Опять рассказывать про добровольцев, на этот раз оправившихся на время отпуска выручать сирийских единоверцев, благо в Сирии действительно насчитывается два с лишним миллиона христиан, многие из которых — православные? И уж этих точно не удастся выдать за уволившихся с военной службы за день до отправки на российскую военно-морскую базу в сирийском порту Тартус.

И с кем будет воевать Путин в Сирии — с ИГИЛом или все-таки с сирийской оппозицией? Последние сообщения из Сирии говорят о том, что правительственные войска, с трудом удерживавшие оплот диктатора Асада, город Латакию, получив подкрепление, стали теснить силы оппозиции.

Военное вмешательство в Сирии — авантюра, смертельно опасная для РФ

Зачем Путину еще одна «гибридная» война?  Кто-то уверен, что Путин пытается обострением ситуации на Ближнем Востоке удержать цены на нефть от дальнейшего падения и даже вызвать их рост.

Кто-то предсказывает, что Путин хочет — чуть ли не в предстоящем выступлении на юбилейной сессии Генассамблеи ООН в Нью-Йорке — предложить Западу свои услуги в борьбе против исламского государства, а взамен получить снятие или ослабление санкций плюс начало переговоров о статусе Крыма (тема некоей сделки по Крыму, на мой взгляд, весьма далекая от реальности, активно муссируется на Западе всевозможными прокремлевскими лоббистами). Однако, судя по реакции Керри, США и их союзники по антиИГИЛовской коалиции не в восторге от непрошенной помощи Кремля. Они явно не готовы ставить знак равенства между сирийской оппозицией, пятый год воюющей против режима Асада, и боевиками «халифата».

Не знаю, насколько серьезно просчитывали в Кремле сценарий, который начинает разворачиваться у нас на глазах. Не знаю, есть ли у Кремля эксперты по Ближнему Востоку получше тех «украиноведов», что убедили Путина ввязаться в «гибридную» войну на востоке Украины, обещая ему легкую прогулку по городам и весям «Новороссии», где от Харькова до Одессы его должны были встречать цветами, а встретили совсем по-другому.

Не знаю, нашлись ли специалисты-востоковеды, которые смогли объяснить Путину риски, на которые он идет, выступая на защиту непопулярного правителя Сирии, утратившего контроль над большей частью ее территории, принадлежащего, к тому же, к ненавидимому шиитскому меньшинству (алавитам) в стране, где большинство составляют мусульмане-сунниты, пользующегося лишь поддержкой шиитского движения «Хезболла» в соседнем Ливане да шиитского Ирана, которого арабские страны, почти все суннитские, воспринимают сегодня как главного врага, в том числе, на религиозной почве.

В советские времена ближневосточные эксперты, советовавшие Кремлю, прозорливостью не отличались. Например, они традиционно преувеличивали силу арабов в противостоянии с Израилем и выдавали готовность Египта и других арабских стран принимать щедрую экономическую и военную помощь Москвы за намерение неизменно следовать в фарватере советской внешней политики. Но когда Израиль раз за разом громил арабов в пух и прах, когда выяснялось, что арабские лидеры предпочитают иметь дело не с Советским Союзом, а с Соединенными Штатами, когда не Громыко, а Киссинджер оказывался главным игроком в ближневосточной дипломатии, когда пришедший к власти в Египте на смену доктринеру и популисту Насеру прагматик Анвар Садат указал на дверь советским военным советникам, пошел на мирные переговоры и установление дипломатических отношений с Израилем, в Кремле началась многолетняя бесплодная истерика.

Ненамного дальновидней была ближневосточная политика Кремля и в последующие времена, которую коротко можно описать, уж простите меня за солдатскую прямоту, примерно так: а что, если нам попробовать помочиться против ветра?! Кремль дважды пытался выручить Саддама Хуссейна — первый раз накануне «Бури в пустыне», когда покойный Евгений Примаков мотался в Багдад, где пытался убедить Хуссейна убраться из Кувейта, второй раз — накануне войны 2003 года.

Апофеозом прозорливости была демонстрация в поддержку народа Ирака, устроенная «Единой Россией» в самом центре Москвы, как оказалось, в тот самый день, когда пал Багдад. Как сейчас помню красноречивую картинку на разделенном пополам экране: в левой части московские дураки митингуют — в прямом эфире! — в защиту иракцев на Красной площади, а в правой части экране благодарные иракцы — в ту же самую минуту! — валят с постаментов статуи Саддама Хусейна.

Сегодня мы слышим в прокремлевской прессе заклинания о том, что сирийская армия сильна и готова дать отпор врагам, удивительно напоминающие все то, что мы уже слышали про силу и боеготовность иракской армии, потом — ливийской. «А что, если нет?!» — как поется в одной популярной песенке.

Авторитарный режим, сталкивающийся с внутренними проблемами, стремится компенсировать их на внешнеполитическом направлении — это давно известная в истории закономерность. Но в истории России эти маленькие и большие, победоносные по замыслу войны с удивительным постоянством превращаются в совершенно не победоносные, а если называть вещи своими именами — во внешнеполитические катастрофы. Начиная с русско-японской войны прошлого века или даже Крымской войны века позапрошлого. 36 лет назад увязли в Афганистане. В прошлом году увязли в Донбассе — теперь увязнем в Сирии?

Но, как сказано было однажды, «невозможно понять логику непрофессионала» — и точно так же очень сложно понять логику авантюриста. А то, что военное вмешательство в Сирии — авантюра, причем, смертельно опасная для России — именно для России! — у меня лично сомнений нет. И меня вдвойне тревожит, что и политика, которую проводил все эти годы в отношении сирийского кризиса президент США Барак Обама, тоже пока оборачивается чудовищным провалом. Но это уже другая тема.

Текст публикуется с разрешения автора.

Оригинал

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.