9 декабря 2016, пятница

Конец Берии. Чем рискует Путин, цепляясь за власть

комментировать
План Путина остаться во власти еще на один шестилетний срок – до 2024 года – увеличивает вероятность того, что нынешнего президента уберут силой

«Куда мы планируем вторгаться?», - спросил Никита Хрущев во время инспекции одной из московских военных баз в сентябре 1964. «Никуда», - ответил на свой же вопрос советский лидер и мой прадедушка. Он неодобрительно посмотрел на ряды танков и ракетных установок.

«Это дорогое оружие, а люди в это время без штанов остаются», - проворчал он. За несколько лет до этого он назначил Владимира Семичастного руководителем КГБ. Впервые за всю советскую историю КГБ возглавил гражданский.

В следующем месяце Хрущев и сам лишился штанов. Его заставили уйти в отставку – в основном за попытку децентрализовать коммунистический монолит, какой бы непродуманной и импульсивной эта попытка не была. Армейские генералы и КГБ (Семичастный быстро превратился в тайного спецслужбиста) не хотели лишаться влияния на ВПК, который позволял контролировать российскую политику столетиями.

После смерти Иосифа Сталина в 1953 Хрущев подумал, что абсолютная власть спецслужб осталась в прошлом, но он недооценил влияние традиции изоляционизма на Россию. Михаил Горбачев, еще один реформатор, который при помощи перестройки хотел добиться менее милитаризованного будущего для России, также столкнулся с заговором сторонников жесткой политики в 1991. Несмотря на то, что переворот не смог возродить консервативный коммунизм, Горбачев, обвиненный в работе на Запад, все же лишился своего поста.

Владимир Путин, бывший оперативник КГБ, научен горьким опытом своих предшественников и знает, чью сторону нужно занимать, чтобы сохранить власть, и с кем бороться, чтобы сохранить свой имидж жесткого политика. Отсюда постоянная эскалация кризиса в Украине – Путин настаивает на мирных сценариях разрешения конфликта, но его армия продолжает помогать сепаратистам на востоке Украины.

Мирный способ отстранения от власти, как в случае Хрущева или Горбачева, лучше, чем конец Берии

Россия, разумеется, отрицает свое участие в конфликте, параллельно обвиняя Запад в организации протестов в Киеве в 2013 году. Экономические санкции, введенные в ответ на аннексию Путиным Крыма, не воспринимаются Россией как наказание за нарушение норм международного права. Их считают частью плана Запада по унижению российского государства.

Путин настаивает, что «такие методы не проходят с Россией. Они не срабатывали раньше и не начнут работать в будущем». Подливая масла в огонь, секретарь Совбеза РФ Николай Патрушев заговорил о возрождении нацизма в Украине «при попустительстве Европы и подстрекании со стороны США». Запросто смешивая ориентацию на Запад с нацистским вторжением в 40-х, Россия не только продолжает усиливать конфликт в Восточной Украине, но и активизирует свои военные операции за рубежом.

Тем не менее, нам следует помнить, что в 1998 году Путин, тогда уже ушедший из КГБ, стал новым руководителем ФСБ (преемником советского Комитета Безопасности), но не восстановился в прежнем звании. Таким образом, он стал вторым после Семичастного гражданским, возглавившим службу безопасности. Более того, во время борьбы за пост президента он настаивал, что НАТО не является врагом России.

Но уже через несколько лет нахождения при власти он решил не следовать по пути Хрущева и Горбачева – пути политической кооперации, экономического процветания и сокращения военных расходов. Вместо этого он избрал подход большинства российских лидеров – враждебность, воинственность и изоляцию. И именно здесь нашему другу Владимиру следует быть осторожным. Чрезвычайно уверенные в себе российские лидеры известны серьезными провалами, на которых Путину следовало бы поучиться.

Россия, которая является географическим оксюмороном и не принадлежит ни к Европе, ни к Азии, хотя и простирается от Германии до Японии – столетиями говорила о своей «особости», самодостаточности и «духе», который отличает ее от Европы. Россияне верят, что для защиты этой исключительности нужна постоянная и агрессивная бдительность, восходящая к Средневековью, когда началось превращение России в единое государство с центром в Москве.

Один из героев нынешнего Кремля, исторический двойник Путина Иван Грозный, недавно пережил обновление имиджа и стал «заботливым отцом нации». Сегодня его восхваляют за то, что он захватывал близлежащие земли и жестоко расправлялся с политическими оппонентами во имя патриотизма и национальной безопасности. По аналогии с путинским режимом, Ивана превозносят за то, что он защитил Россию от угроз ее суверенитету со стороны Запада (поляков и литовцев), Востока (монголов) и Юга (крымских татар).

Коммунист Сталин тоже боялся внешних угроз и боролся со «стремлением империалистов унизить Россию». И, хотя во время Холодной войны такое стремление действительно имело место, сейчас аналогичная позиция Путина выглядит несколько наигранной. Тактика Сталина была более жестокой, но он хотя бы верил, что боролся за лучшее будущее человечества. Путин же, по словам Лилии Шевцовой, «стремится обеспечить выживание своего диктаторского режима при помощи возрождения милитаризма и концепции осажденной крепости».

На что Путин недальновидно забывает обратить внимание – так это на то, что диктаторы редко уходят из власти мирным путем. Чем жестче режим, тем драматичней оказывается его крах.

Иван Грозный, согласно некоторым историческим источникам, был убит, чтобы расчистить путь новой династии – династии Бориса Годунова.

Второй пример – смерть Павла Первого в ХVIII веке. Его правление, как и правление Путина, вначале не было экспансионистским – даже его мать Екатерина не считала наследника «императорским материалом». Но он быстро научился действовать агрессивно, чтобы доказать Франции и Британии, что нельзя пренебрегать амбициями России как сверхдержавы. Павел даже планировал вторжение в Индию в пику Великобритании. За эту непредсказуемость во внешней политике и бессистемные увольнения придворных его же собственные офицеры убили Павла золотой табакеркой.

Сталин сражался с «международным империализмом», искал врагов везде и при помощи спецслужб делал «врагами народа» обычных граждан. К 1953 году он стал настолько параноидальным, что дело закончилось ударом – хотя непонятно, это ли было причиной его скоропостижной смерти. Ходят слухи, что окружение стремилось убрать Сталина из власти, а потому организовало ему более скорый уход из жизни.

После смерти Сталина глава КГБ Лаврентий Берия, руководивший его репрессивным аппаратом, был осужден и казнен при помощи системы, которую сам же и создал. Кремлевским функционерам, среди которых был и Хрущев, даже не потребовалось доказательств, чтобы объявить Берию шпионом Запада.

Кровавое падение Берии – он был расстрелян – должно послужить Путину предупреждением. За 15 лет при власти он усиливал спецслужбы, угрожал и сажал оппонентов, заставлял молчать суды и прессу; теперь его собственные методы могут быть использованы против него.

Убийство в феврале лидера оппозиции Бориса Немцова пролило свет на внутренние трения в бастионе путинизма. Москва путалась в предположениях относительно того, кто мог стоять за стрельбой в такой близости от красных кирпичных стен Кремля.

Одна из теорий гласит, что это дело рук путинского протеже, президента республики Чечня Рамзана Кадырова. Возможно, почувствовав слабость власти, этим убийством Кадыров послал сигнал Кремлю: если интересы Чечни не будут соблюдаться, Москву ждут новые беспорядки.

Что еще хуже, после убийства Немцова российский лидер загадочно исчез на десять дней, что только подстегнуло слухи о том, что дни его сочтены. И, хотя Путин вернулся так же внезапно, как и исчез, и даже пошутил по этому поводу, нервная реакция и бесконечные теории о его скоропостижной смерти продемонстрировали, что Россия готова к дворцовому перевороту.

В конце концов, помимо Кадырова есть еще «ястребы» вроде Патрушева, недовольных слабой реакцией президента на действия Запада – а именно тем, что он ограничился Крымом, а не повел войска на «фашистский» Киев. 

Кроме того, есть еще и функционеры вроде Сергея Иванова. Иванова, КГБиста и главу Администрации президента, должны весьма беспокоить упреки Запада и все более непредсказуемое поведение Путина. Иванов, конечно, далеко не Горбачев, но санкции ему явно не нравятся. Одно дело – верить в могущество России, и совсем другое – не иметь возможности выехать за границу, чтобы этой мощью похвастаться.

План Путина остаться во власти еще на один шестилетний срок – до 2024 года – только увеличит вероятность роста напряжения между этими противоборствующими лагерями. Нельзя забывать и об общественном недовольстве, которое возникнет, когда люди в результате вызванного санкциями краха экономики действительно останутся без штанов.

Так что небольшое предупреждение президенту: возможно, ему стоило бы задуматься о том, что мирный способ отстранения от власти, как в случае Хрущева или Горбачева, лучше, чем конец Берии.

Текст публикуется с разрешения автора.

Оригинал

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.