23 марта 2017, четверг

Виноват ли народ в преступлениях режима

комментировать
В России можно забыть десятки миллионов безвинно погребенных в расстрельных рвах и быть самыми духовными в мире

Эта статья — расширенный комментарий к пророческим словам великого русского писателя Виктора Астафьева, в сердцах написавшего: «Мы потеряли свой народ. Русской нации больше нет. Есть жуликоватая шпана, мычащее стадо… Если потомки не осмыслят и не осознают прошлого, у них не будет будущего. У порога их жизни всегда будут стоять, как стояли на пороге нашей жизни, авантюристы, подобные фашистам и коммунистам, готовые запутать их, заморочить им голову и повести за собой стадом на бойню за светлое будущее и за «жизненное пространство».

Разные народы уже не раз переживали периоды тотального очумления в виде гитлеризма, сталинизма, маоизма, пол-потовщины, путинщины — одурманивания, сопровождаемого тотальным бесовством, агрессией, террором, массовыми преступлениями и разрушениями. Я давно обратил внимание на сходство всех тоталитарных режимов, особенно — нацистского и большевистского. При внешнем различии идеологий — одни и другие живодеры выстраивали жизнь на основе лжи, насилия и массовой бесовщины.

Сам Гитлер ничего нового не изобрел: лагеря смерти, массовые чистки и убийства, заложничество, зверства охранки, холокост, чекистский террор, голодомор, сожжение книг, полная девальвация личности, потеря самоуважения — всё это изобрел не он, а большевики и, более того, они обучали всему этому офицеров СС в 1939-1941 гг. Тайная полиция нацистов — гестапо — строилась по образу и подобию ленинского ВЧК, офицеры СС проходили подготовку в СССР под эгидой советского НКВД, а многие немецкие студенты и аспиранты приехали тогда «набираться опыта» в СССР.

Нацистские лагеря смерти нацисты создавали по образу и подобию советского ГУЛАГа. Гитлеровцы взяли на вооружение весь арсенал дьявольских средств большевистского террора, разве что позже по времени и в гораздо меньших масштабах. Даже литературные и художественные вкусы большевиков и нацистов совпадали абсолютно: музыка Шёнберга, Веберна, Берга, проза Кафки и Джойса, философские труды О.Шпенглера и Х.Ортеги одинаково подвергались травле и остракизму нацистами и большевиками. Фашисты видели в них символ антинемецкого, коммунисты — вырожденческого искусства.

Россияне — исторически изувеченный народ

Я уж не говорю о том, что в начале Второй мировой (1939-1941) Сталин снабжал Гитлера стратегическим сырьем в несметных количествах и построил фашистам военно-морскую базу в Териберке близ Мурманска, откуда Кригсмарине (ВМФ нацистов) терроризировали ВМФ Англии. Тогда Сталин и Гитлер были союзниками, воевавшими против Англии и Франции. Сталин отправил Гитлеру только нефти и продуктов ее переработки около 800 тысяч тонн. Это означало, что немецкие самолеты летели бомбить Лондон, заправленные советским керосином и с бомбами из советского металла.

Сходства тоталитарных режимов — сущностны и глубинны, тогда как различия — поверхностны и вторичны. Министр иностранных дел фашистской Италии граф Чиано, возвратившись из СССР в 1939 году, признавался коллегам, что чувствовал себя в Кремле, как среди старых друзей по партии. А Гитлер лично удостоверил (см. «Интервью с Гитлером», АиФ, № 48, 1998, стр. 9), что «между нацистами и большевиками больше сходства, чем различий»: «Я всегда это понимал и даже отдал распоряжение, чтобы бывших коммунистов беспрепятственно принимали в нашу партию. Из коммунистов прекрасно получаются настоящие национал-социалисты… Я не просто борюсь с учением Маркса. Я еще и выполняю его заветы. И я признаю без колебаний, что многому научился у марксистов. Рабочие спортивные союзы, заводские ячейки, массовые шествия, пропагандистские листовки, составленные в доступной для масс форме, — берут свое начало у марксистов. Национал-социализм — это то, чем бы мог стать марксизм, если бы освободился от своей абсурдной искусственной связи с демократическим устройством…» (А.Гитлер).

Жить при тоталитаризме и оставаться «чистеньким» было невозможно, как невозможно сохранить стерильность, будучи погруженным в дерьмо: все так или иначе, больше или меньше, «исполняли приказ»: даже немотой, молчанием, внутренней неспособностью на малейший протест против тотального бесовства и бесчеловечности режима.

Как человек, переживший тоталитаризм и десятки лет со всех сторон окруженный людьми с жутко деформированными мозгами, я всегда воспринимал происходящее в СССР как исторический провал, как скачок в первобытность, как массовое одурманивание или помутнение. Собственно всем этим и был большевизм. Именно понимание происходящего как гигантского «бесовского хоровода» вкупе с чувством собственного бессилия перед вездесущим паскудством понудило меня с 25 летнего возраста начать 30-летнюю работу над 10-томником «Йехуизм» («Тоталитаризм»), дабы всесторонне обрисовать жуть превращения огромных масс народонаселения в стадо свифтовских йеху или айтматовских манкуртов (как ныне — в путинских зомби).

Немцы расплатились за преступления гитлеровского режима деформированным сознанием и разрушенной страной, 10 миллионами жертв и несколькими миллионами изнасилованных Красной Армией немок (многих из них — до смерти). Но в результате падения они уразумели свою вину и ответственность за преступления нацизма. Мне вспоминается поведение лучших представителей немецкой интеллигенции, переживших гитлеровскую катастрофу. Ханну Арендт волновала не только природа тоталитаризма, но и коллективная ответственность народа за чудовищные преступления режима. В сборнике «Ответственность и суждение» великая гуманистка заявила: «Если в уплату за соучастие я сделаю то, чего от меня требуют, то больше не смогу жить с собою; моя жизнь перестанет быть для меня чем-то стоящим. Поэтому я скорее несправедливо пострадаю сейчас и даже приму смертный приговор, если меня будут принуждать к участию, чем поступлю несправедливо и обреку себя на то, чтобы жить с таким злодеем, в кого превращусь я». Такой и только такой может быть позиция настоящего интеллигента — не в пример плебейскому холуйству нынешнего русского «бомонда», коллективно и персонально вылизывающего задницу невменяемому вождю, ведущему страну к катастрофе и к распаду.

Немцы первыми стали рассказывать правду о собственной вине: антифашистский роман «Не убий» Г.В.Рихтера, «Время жить и время умирать» Э.М.Ремарка, «Карьера Артуро Уи» Б.Брехта, исследование «Индивидуальное и массовое поведение в экстремальных ситуациях» Б.Беттельгейма, «Вопрос о вине» К.Ясперса, антифашистские фильмы, пьесы, стихи, научные и философские исследования… Самые антифашистские произведения после войны были созданы именно самими немцами.

В книге Карла Ясперса «Вопрос о вине» очищение немецкого народа рассмотрено не только как наказание преступников за совершенные ими злодеяния, но как осознание каждым вины за соучастие, как индивидуальное покаяние, признание личной ответственности за всё зло режима, как глубокое внутреннее обновление каждого «непричастного», систематическое обучение покаявшихся науке добра. Ибо ответственность за гитлеризм лежит на всех, клюнувших на «приманки» преступной власти.

В работе «Что значит "проработка прошлого"» Теодор Адорно говорит, что пока прошлое «не проработано», фашизм продолжает жить. «Проработка прошлого» означает критическую работу над памятью о прошлом, безжалостное осмысление прошлого, углубленный самоанализ и безаппеляционное «преодоление прошлого». Без Нюренбергских процессов, денацификации, радикального изменения-оздоровления сознания катарсис в принципе невозможен.

Немецкий политик Йошка Фишер сказал, что если немцы не будут постоянно помнить, что они сделали в Освенциме, то они никогда не построят новой Германии. А в России, оказывается, можно забыть десятки миллионов безвинно погребенных в расстрельных рвах и быть самыми духовными в мире.

Отличие немцев от русских заключается в том, что немцы открыли секретные архивы, покаялись в содеянном и провели денацификацию до конца. Они услышали своих мудрецов, совесть Германии, — Томаса Манна, Теодора Адорно, Карла Ясперса, Юргена Хабермаса, Эриха Мария Ремарка, Ханну Арендт, Бруно Беттельгейма, в них заговорила проснувшаяся совесть. У россиян совесть не только не проснулась, а уверовала в прерогативу и добродетельность злодейства, в право одного народа терроризировать своих соседей.

Пока бесовство не осуждено безоговорочно и бескомпромиссно, строить новую страну невозможно, потому что старое бесовство способно породить только новую дьявольщину, как мы это видим в современной непокаявшейся России.

Искупление — только в полном осознании своей вины, в признании совершенных преступлений, и пока этого не сделано, пока раскаяние не родилось в каждой душе — нет прощения такому народу. Пока страна не прошла через декоммунизацию-депутинизацию, через осознание вины и покаяние за нее, — нормальная жизнь в такой стране невозможна. Нет непримиримости ко злу — нет голоса совести и острого чувства личной ответственности.

Россия не только не осознала вину и ответственность за бесконечное бесовство большевизма и гебизма, но и привела к власти очередного гебистского беса, реставрирующего сталинизм и терроризирующего соседей. Вместо покаяния и искупления — новые преступления и создание целой армии преступных писак — ольгинских и иных троллей, денно и нощно кропающих гнусные пасквили на мизерную горсть сохранивших человеческое достоинство и честь соотечественников. Об ольгинских ботах я заговорил не случайно: для меня это наглядный пример восставшего из могил фашиствующего бесовства и ужасающей человеческой деградации. Адекватные и умные люди не будут гавкать или брехать за похлебку. Здесь дело не в бессовестной тупости, а в беспросветной аморальности — служении мелким бесам за гроши.

В каком качестве каждый человек и каждый народ себя выбирают, такой жизнью этот человек и этот народ живут. Россияне — исторически изувеченный народ, из которого высасывали соки практически все политические режимы, народ, против которого российские власти вели тысячелетнюю войну и выиграли все без исключения битвы. Виктор Астафьев признал, что трудно чего-либо хотеть от народа, который живет не на земле — на мешке с костями. Это делает реабилитацию неизмеримо более сложной, даже едва возможной, и уж точно более тяжелой по сравнению с денацификацией Германии или демократизацией Японии.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если Вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.