17 декабря 2017, воскресенье

Главное в зарплатах – справедливость

комментировать
Какой должна быть компенсация CEO государственных компаний и кто должен ее определять

Выведение государственных компаний из-под политического влияния и настройка механизмов контроля деятельности и управления эффективностью работы CEO – это важная часть очищения системы государственного управления. Многое сделано, и еще больше предстоит сделать, чтобы довести реформу до конца. Каждый элемент пазла должен лежать на своем месте и не создавать пустой резонанс, как постоянно возникающая на пустом месте надуманная проблема больших зарплат.

Считаю, что в разговорах о том, какие зарплаты нужно платить CEO государственных компаний, важно не поддаваться манипуляциям и не использовать клише "большие/маленькие". Зарплаты должны быть справедливыми, а компенсационный пакет должен стимулировать эффективность и достижение результата. А теперь по пунктам.

В словосочетании "государственные компании" нельзя обманываться словом государственные. Госкомпании такие же участники рынка, как и компании коммерческого сектора и работают за схожими принципами и в одинаковой логике. Перед ними так же, как и перед частным бизнесом, стоит задача создания ценности для акционера. И нас не должно путать, что акционером является народ Украины, интересы которого представляет Кабмин. Принципы работы те же, например, что и у Мироновского Хлебопродукта – максимизация ценности, выраженной в финансовом результате, качественных изменениях, долгосрочной устойчивости, выплаченных налогах, социальной ответственности и проч. Во-первых.

Во-вторых. Отталкиваясь от этого, между компаниями государственного и частного сектора тоже не должно быть разницы в стандартах управления и методах работы. Ведь народ Украины, равно как и Юрий Косюк, заинтересован в процветании активов, которыми владеет. Поэтому SoE (state-owned enterprises, государственные компании) и частный бизнес заинтересованы в одном и том же – привлекать самых лучших и эффективных руководителей, способных создать максимальную ценность и реализовать видение собственника через согласованную и утвержденную стратегию.

Любой CEO при справедливой оплате подумает трижды, нужно ли ему брать на себя репутационный риск, соглашаясь на сделки с совестью

В-третьих. SoE и частные компании работают на одном рынке таланта. Не существует в природе какой-то отдельной касты "менеджеров госпредприятий". Для того чтобы госкомпании были привлекательны для сильных и результативных топ-менеджеров нужно создать условия, сравнимые с частным сектором. Иначе ни один CEO или руководитель высшего уровня не пойдет на компенсационный пакет ниже в 2-3, а то и 5-10 раз того, что он мог бы получать в частных компаниях. А если пойдет, то можно допустить, что у него есть скрытые мотивы и теневые источники дохода, иначе сложно объяснить, почему успешный человек "заряжен" на управление миллиардной госкомпанией с зарплатой 40 000 грн./мес., если рыночная стоимость подобной позиции сейчас – $40 000. Именно для этого нужна справедливая и соответствующая рынку зарплата. Для того чтобы у CEO не было неправильных стимулов и искушений. Ведь не забываем, что госкомпании в Украине – важная часть механизма взимания коррупционной ренты и каждая теневая группа, которая доит госактив, желает получить лояльного себе генерального директора.

В-четвертых. Зарплата Андрея Коболева (НАК Нафтогаз), Игоря Смелянского (Укрпочта), Олега Прохоренко (Укргаздобыча) и других не бралась с потолка. Процесс определения уровня оплаты опирался на медиану годового дохода в схожих по размерах и индустриальному сектору компаниях, которую брали в специальных исследованиях заработных плат компаний большой четверки. Идея заключалась в том, что нужно создать условия для прихода талантливых менеджеров с нужной подготовкой (опыт turnaround и управления изменениями) и правильными ценностями. На таких руководителей и без того огромный спрос в частном секторе, а значит, размер компенсационного пакета в госкомпаниях должен быть не хуже среднего по рынку.

В-пятых. Сейчас вопрос зарплат и контрактов решают органы управления – министерства, а не наблюдательные советы. И это проблема! Кабинет министров не должен заниматься управлением предприятиями и установлением размера дохода CEO. Министерства должны перестать быть квазихолдинговыми компаниями. Потому что при коалиционном принципе формирования Кабмина, каждый министр служит интересам политической группировки, а не здравому смыслу и интересам народа. В таких условиях зарплаты и уровни компенсации, если они устанавливаются на уровне Кабмина, являются рычагом политической воздействия на СЕО. Через рычаг "подписания / не подписания" сажают на цепь. Корпоративное управление и внедрение Наблюдательного совета директоров с большинством из независимых директоров служит цели исправить этот негативный фактор: с одной стороны, защитить интересы акционера, выстраивая надзор за действиями менеджмента, с другой стороны – защитить менеджмент, не давая представителям акционера оказывать влияние на CEO. И с третьей – справедливо оценить результаты и труд менеджмента, через правильно выстроенную и сбалансированную систему KPI и целевых показателей, которые обеспечат мотивацию на результат.

В-шестых. Теперь о результате. Для того чтобы можно было справедливо определить критерии оценки эффективности достижения результатом, нужно определить, что государство считает результатом. Менеджмент не должен идти со слепыми глазами по и без того сложной дороге. Нельзя «просто управлять» компанией, любой, гос- она или нет. Каждая компания должна иметь смысл, цель и план, через который реализуется смысл. В рабочих документах – это стратегия и политика собственности (ownership policy) для госпредприятий. Где четко указывается, для чего нужно то или иное предприятие, в данном случае – народу Украины. Почему его стоит держать в собственности, а не приватизировать и продать? Этот ответ должен быть максимально четким. Например, Нафтогаз нужен для обеспечения энергетической безопасности. После чего менеджменту компании будет достаточно просто создать стратегию, описывающую, как будет реализовываться эта миссия. Стратегия в свою очередь это не сферический конь в вакууме. Это конкретный годовой план с векторами действий и milestones, к достижению которых привязывается мотивация CEO и его команды. Тогда система сбалансирована и работает правильно. Эффекта лебедя, рака и щуки нет. Все интересы согласованы, прозрачны и работают в едином и разделяемом направлении.

В-седьмых. Правительство сейчас неэффективно исполняет роль представителя акционера, потому что не определилось со своим отношением к госкомпаниям и не обеспечило себя необходимыми рычагами управления. Корпоративное управление, с независимыми директорами, работает только в Нафтогазе. За полтора года не был внедрен ни один независимый совет директоров в других госкомпаниях. Политики собственности как не было так и нет, а это значит, что менеджмент должен выстраивать стратегию компании на собственное усмотрение, без четкого вектора и видения сверху. Дальше – больше. Если нет стратегии, то не может быть и достоверных годовых целей, по которым можно оценивать эффективность CEO и его командой. Хотя на практике цели подменяет финплан, и менеджмент сам определяет ориентиры для того, чтобы хоть как-то придавать своей работе осмысленность и направление. Но те ли это цели, которые нужны государству? Цели! А не показатели финплана. В данный момент, государство, как представитель акционера, молчит. А значит, достоверно оценить эффективность CEO мы не можем. И справедливо выплатить бонусы не способны. Плюс на это накладывается то, что внимание общественности приковано к самым ярким кейсам – Нафтогаз, Укрпочта, Укрэнерго, Аеропорт Борисполь, УЗ. Однако есть ведь еще масса других компаний – ОГХК, Энергоатом, Укрспирт, Электротяжмаш, ОПЗ и проч. По которым вообще нет информации, что там происходит? Каким образом и на каких принципах строится там управления? Где годовые отчеты?

Поэтому как краткий итог и выводы.

Мы, как народ Украины, заинтересованы в том, чтобы зарплаты CEO и высших руководителей государственных компаний были не большими или маленькими, а справедливыми и определялись рынком с помощью регулярных отраслевых отчетов заработных плат. Это уберет ненужные негативные влияния на процесс управления государственным предприятием. Любой CEO при справедливой оплате подумает трижды, нужно ли ему брать на себя репутационный риск, соглашаясь на сделки с совестью и подвергая себя опасности уголовного преследования.

KPI и целевые показатели, по которым оценивается эффективность, должны быть (а) публичны, (б) привязаны к стратегии, согласованной с правительством. Стратегия, в свою очередь, должна быть направлена на реализацию политики госсобственности, а не браться "с потолка".

И последнее. Каждый должен делать свою работу. Кабинет министров разрабатывать политику и формировать долгосрочное видение развития отраслей, а функции управления государственными компаниями делегировать на уровень наблюдательных советов с большинством из независимых директоров. Так как в правительстве мало тех, у кого есть необходимые компетенции и тех, кто хоть что-то понимает в управлении компаниями.

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев
Если вы хотите вести свой блог на сайте Новое время, напишите, пожалуйста, письмо по адресу: nv-opinion@nv.ua

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.