20 августа 2017, воскресенье

Владимир Путин: великий компилятор

комментировать
Всё до единого в современной России – это совмещение старых чужих политико-идеологических технологий

Понять Путина. Предсказать его поведение. Разобраться, что у него в голове, чего он хочет и к чему стремится. На все эти вопросы нельзя ответить, не вспоминая о том, где именно он работал в молодые годы. «Где» – и в организационном, и в географическом смысле.

А работал – точнее, служил – нынешний российский президент в КГБ. Говоря человеческим языком, занимался профессиональным интриганством и получал за это зарплату. Сам по себе этот факт может необратимо травмировать психику, сломать представления о том, что такое хорошо и что такое плохо. Но не только.

Кто были сотрудники КГБ в 1970-е – 1980-е годы? Это были люди, которые лучше, чем кто-либо другой, знали истинное положение вещей в СССР. Знали истинное место Советского Союза в мире. Знали истинную цену всем его «дальнейшим улучшениям» и «неуклонным повышениям». И не питали никаких иллюзий насчёт «самого передового в мире общественно-политического строя». Они чётко знали: по всем существенным экономическим показателям СССР – типичная страна Третьего мира.

В брежневскую эпоху у этих людей уже не было никаких высоких идеалов, но они верой и правдой служили режиму, цену которому так хорошо знали. Служили его пропаганде, обманывавшей миллионы, и нещадно боролись с теми, кто разоблачал эту ложь: тайное знание об истинном положении дел должно было оставаться их корпоративной привилегией, их и только их тайным знанием.

Если покопаться, в путинской РФ можно найти черты и титовской Югославии, и чаушесковской Румынии

Эти люди отстаивали режим, который сами же считали безнадёжным лузером, причем отстаивали, не выбирая средств. Это были профессиональные циники. Для них сила и интриги были уже не средством утверждения идеалов – они стали целью, самоценной и самодостаточной. Сила ради силы, интриги ради интриг. Мочить в сортире просто ради того, чтобы мочить в сортире. Психология уличного (сортирного) хулигана? В общем-то, да.

Эти люди привыкли не только не задумываться над высоким смыслом своих действий – они привыкли не задавать себе элементарные вопросы: «Зачем?» и «А что потом?».

Вот теперь Путин мечтает о победе над Европой и Америкой. Начитавшись теорий противостояния цивилизаций и восприняв их как новое «единственно правильное» учение, он и представить себе не мог, что противостояние – это прежде всего состязание, соперничество, конкуренция. Для него существует один-единственный способ противостояния – тот, к которому он был приучен на службе.

Во что это инспирированное им противостояние выльется для России – об этом Путин, вполне вероятно, просто никогда не задумывался. Играя в шахматы, вы, конечно, можете изо всех сил врезать шахматной доской сопернику по голове и объявить себя победителем – вот только одна беда: от этого вы не станете лучше играть в шахматы. «Врезав по голове» ненавистному Западу, Россия не станет производить более качественную и более современную продукцию, она так и останется страной, распродающей дары природы. Не случайно ведь даже сейчас, в период обострения «вставания с колен», высокотехнологичные товары российского производства – один из объектов для всеобщих шуток, причём дозволенных шуток.

Да, кстати: предположим, мечта Путина сбылась, Европа лежит в руинах – и политических и экономических. А кто, простите, в таком случае российские нефть и газ покупать будет? На что Россия станет жить?

А ещё Путин служил в Германской Демократической Республике. Чувствовал себя победителем среди побеждённых. Надавал СССР Германии по голове – и вот он, Владимир Путин, простой ленинградский парень, гуляет по Дрездену, и не просто гуляет, а надзирает за местной публикой, контролирует её. Не оттуда ли его столь трепетное отношение к той войне, которая для него так и не может окончиться?

Не оттуда ли его маниакальное желание разделять страны – Украину, Грузию, Молдову? Он ведь привык к тому, что вот он, в ГДР, на переднем крае противостояния с ФРГ. Значимая персона – по крайней мере, он себя таковой считал.

Не оттуда ли и ярлык «фашистов», навешенный на украинцев? Советская пропаганда ведь так и твердила: в ГДР – «хорошие немцы», а в ФРГ – «фашисты». В 1973 году, когда Леонид Брежнев совершил визит в ФРГ, я был во втором классе. Многие одноклассники искренне боялись: а вдруг Брежнева там убьют? Этот страх был неподдельным, и выдумали его дети, конечно же, не сами: их родители действительно верили, что в Западной Германии – «фашисты». После этого визита, кстати, советская пропаганда резко сменила тональность и внушала лишь то, что в ФРГ якобы очень активны неофашистские группировки, а власти не борются с ними надлежащим образом. Знакомо, не правда ли?               

Да и вообще, слишком уж много аналогий с разделённой Германией прослеживается в действиях Путина.  

Принято считать, что ныне Путин строит в России копию СССР. Это не совсем так. В сегодняшней России пропаганда не борется с засильем импортных товаров и вообще с «вещизмом», как советская пропаганда называла стремление покупать не лишь бы что, а качественное и красивое. Нет гонений на поп-музыку, в том числе западную. За «не такую» причёску старшеклассника не вызовут к директору, а полиция не задержит за «не такую» одежду. По телевизору не транслируют народные песни с утра до вечера, навязывая их как единственно правильную массовую культуру.

На самом деле Путин изо всех сил пытается скомпилировать реалии и практику СССР, причём сталинского и брежневского одновременно, и ГДР как «витрины соцлагеря». Есть в его практике что-то и от герековской Польши, где был дозволен мелкий бизнес – но только в розничной торговле и сфере услуг, а граждане могли – грех-то какой – почти свободно выезжать за рубеж. Если покопаться, в путинской России можно найти черты и титовской Югославии, и чаушесковской Румынии, и кимирсеновской Северной Кореи.

Собственно, всё до единого в современной России – это компиляция старых чужих политико-идеологических технологий, используемых именно как технологии, сугубо прагматически. «Вставание с колен» – тот же коммунизм, то есть неопределённая сверхцель, отложенная на неопределённое время: вот, мол, достигнем этой цели – тогда и заживём припеваючи, а пока что «вы там держитесь». Процесс, могущий продолжаться бесконечно, и результат, который «когда-то будет».

Одно лишь отличие: в коммунистической идее была сильная экономическая составляющая (то самое «неуклонное повышение»), которая давала обществу возможность видеть, движется ли действительно страна к поставленной цели. Отсутствие в реальности этого «неуклонного повышения» и стало одной из главных причин краха СССР. Путин эту ошибку исправил: в его «вставании с колен» напрочь отсутствуют вехи, по которым можно было бы проследить, туда ли движется возглавляемая им страна и движется ли вообще. «Крымнаш»? Несмотря на всю эйфорию, он слишком локален. Как и Донбасс, как и Сирия.

Вот здесь и кроется реальная угроза: оказалось, что на самом деле без вех нельзя – общество не может всё время только верить, оно должно видеть. Чтобы удержать свою популярность, чтобы россияне и дальше верили, что без Путина никак и никуда, он вынужден ставить новые и новые вехи. Всё более и более крупные, чтобы убедить россиян: «вставание с колен» – это не по мелочам, это у него серьёзно. Для Путина такие вехи – это эскалация силы, эскалация интриганства.

Больше мнений здесь

Комментарии

1000

Правила комментирования
Показать больше комментариев

Мнения ТОП-10

Читайте на НВ style

Последние новости

Подписка на новости
     
Погода
Погода в Киеве

влажность:

давление:

ветер:

Все материалы раздела Мнения являются личным мнением пользователей сайта, которые определены как авторы опубликованных материалов. Все материалы упомянутого раздела публикуются от имени соответствующего автора, их содержание, взгляды, мысли не означают согласия Редакции сайта с ними или, что Редакция разделяет и поддерживает такое мнение. Ответственность за соблюдение законодательства в материалах раздела Мнения несут авторы материалов самостоятельно.